Comics | 18+
Up
Down

Marvel: All-New

Объявление

Но дракон классный. Если, конечно, не брать во внимание то, что он сейчас изо всех сил пытается убить отчима.

© All-New Spider-Man

* — Мы в VK и Телеграме [для важных оповещений].
* — Доступы для тех, кто не видит кнопок автовхода:
Пиар-агент: Mass Media, пароль: 12345;
Читатель: Watcher, пароль: 67890.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel: All-New » Незавершенные эпизоды » [07.02.16] We are family?..


[07.02.16] We are family?..

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Время: около четырех дня
Место: квартира Роджера в Нью-Йорке
Участники: Madame Hydra & Spider-Woman
Описание: Гидра никогда не забывает о своих "детях". Даже если вам кажется, что она оставила вас в покое - это всего лишь сладкое и обманчивое заблуждение. Уже достаточно длительное время Джессика не сталкивалась с Гидрой, что изрядно ее расслабило и заставило потерять бдительность. Настолько, что появление Офелии прямо в доме усатого няня Роджера Гокинга стало для нее мягко говоря неприятным шоком.

+2

2

Шторка мягко качнулась и снова обвился, Офелия смотрела сквозь нее как улица медленно погружается в закатные краски. Это было походе на то, как мир медленно тонет в крови. Она потратила много времени на то, чтобы быть здесь. У ее ног лежал рыжеволосый мужчина, в колыбели покачивался чей-то, не ее, ребенок. Но все это было не важно, она пришла в гости к той единственной, которую любила.
В гости, молча и без приглашения, зная что здесь ей будут не рады, зная что ее скорей всего прогонят, если не вышибут ее спиной дверь. Она была здесь во все оружии, как в гостях у врага номер один. Офелия усмехнулась, а ведь так и было, ее самый ценный противник, ее самая ценная девочка, ее дочь, которой у нее не было и не будет никогда, ее Джессика. Это “ее” прокатилось по нервам патокой и улеглось где-то внутри, осторожно грея.
Ребенок пошевелился, но Офелия не тронулась с места, она наблюдала, чутко прислушивалась к происходящему, выжидала. В ней не было уверенности, что все идет правильно, в ней не было самоуверенности, только ожидание.
И это ожидание тянуло из нее последние силы. Она усилием воли не вздрогнула, когда в доме этажом ниже хлопнула дверь. Она не подняла глаз, когда на лестнице раздался стук каблуков. О, Офелия прекрасно знала, что узнает шаги Джессики, ее тихую паучью поступь, ее почти не слышный запах, ее присутствие. Скорей всего она просто всем телом почувствует присутствие и тогда можно будет двигаться.
Мужчина у ног чуть шевельнулся, она даже не перевела на него взгляд, зная что сонная отрава убьет его через пару часов, а если его спасут, ну значит ему крупно повезло. Немногие выживают после встречи с ней, еще меньше людей хочет жить после ее ухода. Офелия ждала, замерев и затаив дыхание, как когда-то в детстве, почти сотню лет назад, она ждала прихода родителей. Так же в тишине, чуть подрагивая от нетерпения, от желания рассказать, поделиться всем что есть внутри, всею собой.
- Глупости, - одернула она сама себя, какие беспечные глупости лезут в голову.
Ребенок беспокойно заворочался и Офелия посмотрела на него, блондинистый мальчик, такой хрупкий, такой податливый. Стало даже интересно, была ли Джессика в детстве такой же? Могла ли она быть таким ангелом? Или в ней всегда оно было, вот это вот темное, что мелькает перед тем, как она делает первый удар. Как странно, Офели помнила себя в роли ее матери, помнила свои ощущения, мечты, чувства, все то ложное, что ей предоставили вместо настоящей жизни. она все это помнила, но не могла ощутить снова.
Из всего того, что было, ей осталась только жажда, подспудная жажда вытащить, помочь, оставить при себе, позаботиться.
Заботиться.
Она бы расхохоталась скажи ей кто-нибудь и когда-нибудь, что ради кого-то, ради девчонки, она будет стоять здесь, в захолустье с обшарпанными стенами и полной безвкусицей и ждать прихода той, которая этого даже не оценит. Она бы убила такого шутника и была бы права.
Она любила ее, она же ее и ненавидела.
Джессика была слабым местом в обороне, была звеном, которое давно выпало из цепи. Она была никем, пустотой и необходимой.
Офелия вскинулась. На лестнице было тихо но чутье, ее чутье говорило ей, что Джессика рядом. Почти близко. Уже почти дома. Офелия замерла, даже затаила дыхание, это ощущение чужого присутствия, оно захватывало и распыляло.
Она была здесь.
- Добрый вечер дорогая, вот ты и дома. Мамочка ждала тебя.
Она все также мтояла у окна, только чуть ближе к колыбели чем изначально. Готовая в любой момент уничтожить ребенка, который все еще спал в своей кроватке. Тонкая спица в руке чуть подрагивала, в такт ее дыханию. Офелия выжидающе смотрела на дверь, которая пока не шевелилась.
Возможно она ошиблась. Возможно ее подвело ее самоуправство и тишина вокруг. Возможно она прогадала, что пришла и на этот раз сюда. Что пришла предлагать вернуться домой человеку, который этого даже не сможет понять. Она пришла за человеком, которого нужно было убить много лет назад, когда она только ушла из Гидры, когда предала, когда предавала из раза в раз и всаживала острые когти туда, где когда-то было сердце Мадам Гидры.
Давно пора было покончить с этим.
Давно.
Офелия напряженно всматривалась в дверь, ожидая рывка, нападения, ожидая остроты ощущений, новой боли, страха, может быть чего-то новенького. Но пока стояла напряженная тишина, ребенок чуть слышно сопел, человек у ее ног умирал.
Ожидание затягивалось.

+2

3

После адского и кошмарного января февраль обещал быть спокойным. Так хотелось думать Джессике Дрю, потому что не могло же мироздание после стольких нервных ночей, боли, беспробудной тоски в груди и моральных терзаний продолжать это в новом месяце. Январская трагедия оказалась на самом деле вовсе не тем, чем была на первый взгляд, а ее подоплека уходила витыми корнями куда-то вглубь. Они обязательно с ней разберутся, докопаются до истины, но иногда стоило отвлечься от проблем и немного отдохнуть. А молодой мамочке все-таки вспомнить, что у нее есть ребенок. Брюнетка периодически заглядывала к Роджеру, проверяя все ли у них в порядке, но, к сожалению, не так часто, как хотелось бы. Бородатый нянь справлялся на ура, так что женщине даже в голову не могло прийти, что там может что-то случиться. Все мысли и тревоги по этому поводу остались уже давно в прошлом, вот только она не могла даже представить, что угроза придет оттуда, откуда ее не ждали.
Беды ничто не предвещало. После похода в магазин за различными вкусностями Джессика неспешным шагом направлялась к дому Роджера. Пирожные и крошечные печенюшки, конечно, достанутся Дикобразу, а малышу в качестве утешения будет вручен забавный плюшевый зайчонок. В дивном, приподнятом настроении Джессика поднималась пешком по лестнице на пятый этаж. У нее имелся свой комплект ключей от квартиры, так что звонить в дверь не было необходимости, тем более, что они заранее договорились о времени ее прибытия. Перехватив одной рукой пакет с продуктами и мягкую игрушку, Дрю достала ключи из кармана и быстрым движением вставила в замочную скважину, попытавшись повернуть по часовой стрелке. Замок тихонько щелкнул, но крутиться не пожелал – дверь оказалась незапертой. Данный факт слегка насторожил брюнетку, поскольку Роджер не имел привычки оставлять дверь открытой. Впрочем, кто знает, вдруг его срочно отвлек Герри? Женщина бесшумно скользнула внутрь, настороженно прислушиваясь к звукам, доносившимся из квартиры. Ее встретила подозрительная тишина. Причем настолько гробовая, что можно было услышать биение собственного сердца. Одолеваемая смутной растущей тревогой в груди, Джессика тихо ступала по паркету и старалась ничем не выдать свое присутствие. Она была здесь не первый раз, так что прекрасно знала, какие доски скрипели, а какие нет. Практически затаив дыхание, брюнетка подошла к комнате, где стояла колыбель Герри, и представшая картина заставила ее замереть на пороге. Недалеко от люльки стояла Офелия собственной персоной, а у ее ног скрючился изредка вздрагивающий Роджер. Это выглядело настолько дико, что в первый момент ей захотелось просто проснуться, потому что это не могло быть реальностью. Однако сомневаться действительности происходящего не приходилось. Глаза Джессики тревожно сузились, а губы изогнулись в каком-то хищном оскале, который ранее никому не доводилось видеть. Все ее тело в буквальном смысле превратилось в сжатую пружину – Дрю была готова к прыжку. Она знала, что превосходит Гадюку по скорости и реакции. Она знала, что молниеносным движением может свернуть той шею, причем ни единого звука не успеет вырваться из ее гортани. Но Джессика медлила, краем глаза следя за Роджером. Женщина-Паук прекрасно знала Офелию и ее методы работы. Если тело мужчины порой сводила судорога, это означало, что он отравлен. Причем арсенал ядов, которым пользовалась известная на весь мир террористка, был настолько обширным, что возможные антидоты скорее всего были известны только ей. Если она умрет, то шансов выжить у Гокинга не будет совсем. Однако если вдруг появится хоть малейший риск или угроза для жизни малыша, Джессика без колебания примет решение в пользу сына. Да, смерть Роджера в этом случае останется на ее совести, но он поступил бы точно так же на ее месте.
Дрю швырнула пакет и мягкую игрушку в лицо непрошеной гостье и резким движением бросилась вперед, вставая между кроваткой и Гидрой, оттесняя ту в сторону. Ей самой не был страшен никакой яд – организм еще в раннем детстве вместе с сывороткой стал иммунным к любым химическим веществам и радиации. Возможно, ее ребенок тоже унаследовал подобную особенность, но проверять на практике это не хотелось.
- Что тебе здесь надо? Что ты сделала с ним? – глухой голос нарушил сложившуюся тишину, а руки непроизвольно сжались в кулаки. И этой женщине хватило ума прийти в дом ее друга, отравить его, угрожать ее ребенку и наивно полагать, что встреча будет теплой? – Я не стану повторять вопрос дважды, Офелия.
Женщина-Паук была настроена более чем решительно. Это легко можно было прочитать по ее взгляду. Спокойному, холодному и немного усталому. Так обычно безмолвно смотрит на тебя бойцовская собака, обученная убивать. И пока ее челюсти не сомкнутся на твоем горле, ты так и не поймешь, что именно это она и собиралась сделать. Джессика сейчас была затравленным зверем, а оттого готовой на что угодно, лишь бы сохранить жизнь своему ребенку. И, как известно, нет в мире опаснее и отчаяннее матери, загнанной в угол.
[AVA]http://funkyimg.com/i/2eVSt.jpg[/AVA]

+3

4

У каждой сказки был свой конец, конец своей сказки Офелия примерно представляла, но умирать от руки почти-дочери не собиралась, даже если это где-то было выбито на камнях. Нет. Поэтому она вслушивалась в себя, ощущая опасность всей кожей, но еще не понимая от кого она исходит. От кого-то кто прячется в соседней комнате, от нее самой, от кого-то кто затаился за окном? Офелия сосредоточенно дышала, на счет раз - вдох, но счет два - выдох. Она затаилась, как змея в засаде готова взвиться и укусить в любой момент. Но все равно момент когда Джессика возникла на пороге она пропустила и поэтому вздрогнула, не потому что изнутри что-то толкнула фразой - скучала, не потому что внутри все еще было какое-то совершенно не нужное никому доверия. Нет. Она просто была удивлена и поэтому оступилась. Пропустила момент, когда вся ситуация вышла из под ее контроля, упустила возможность контролировать реакции Джессики, чувствовать ее страх. Теперь приходилось отступать, пакет упал на пол, Офелия сделала шаг назад, мужчина на полу выгнулся в дугу: спина напряженная, губы посинели, картинка доставляла удовольствие и если бы не попытка Джессики все испортить все было бы так прекрасно, так душевно. Все было бы как раньше. 
- Где же твое гостеприимство дорогая, разве этому я тебя учила? - Она улыбалась, натянуто и немного зло, также как и чувствовала себя. Натянутая как тетива лука и взведенная как пружина, Офелия никогда не бывала спокойной рядом с Джессикой. Напряженная тишина была ей ответом или же Офелия сама никак не могла взять себя в руки, столько чувств, ощущений, столько жизни. За последние годы это был первый раз, когда она почувствовала себя живой, когда у нее получилось вырваться из тишины собственного сердца и ворваться в чужую жизнь. 
- А как же чай? Или кофе? И тихая беседа на диване? - Офелия укоризненно покачала головой, издеваясь больше над собой чем над Джессикой. Ее почти-дочь была похожа на взведенный пистолет, который вот-вот должен был выстрелить. За ее спиной заворочался ребенок и Офелия перевела взгляд на него, изучая маленькие ручки, который тот тянул куда-то вверх. Как легко было бы его убить, как легко было бы через него достать Джесс, уничтожить что-то настолько ценное для нее. Может быть это помогло бы ее сломать, может быть она вернулась бы домой. 
Может быть...
Офелия перевела взгляд на Джессику и усмехнулась. 
- Ты же знаешь, что не получишь от меня подсказок. Кто он? Отец ребенка? - Слова звучали жестоко, но Офелия любила ими пользоваться, когда их произносили с интонациями, слова играли новыми красками, тем удивительней была реакция на них.
Лирика кончилась, Офелия посерьезнела, судьба человека который умирал на полу ее не касалась, как не касалась и судьба остальных людей в принципе. Ей была интересна и важна только Джессика, сейчас и всегда. Только за ней она маниакально следила, ее выбирала себе в заместители, ее хотела видеть дома среди членов Гидры. Но Джессика была достойным противником. Офелия сделала шаг вперед и почти коснулась руки Джессики, в последний момент передумав притрагиваться к той, что стояла на изготовку, готовая кинуться вперед в любой момент и уничтожить. Это было красиво, как бывает красиво смертоносное оружие, выкованное мастером.
- Возвращайся домой, Джессика, мы любим и ждем тебя. Ты наша принадлежишь нам! - Она произносила слова, которые проговаривала тысячи раз, вслух, мысленно, Джессике, все кто захочет выслушать ее. Она говорила о том, во что верила, о том, что любила. 
У каждого возвращения были свои истории, Гидра не была альтруистичной организацией, не была и благотворительной. Гидра уничтожала души и ломала жизни, и как правило делала это с удовольствием и фантазией. Джессика была любимым детищем Гидры, самым прекрасным, совершенным и идеальным, так что Офелия уже представляла сколько голов она сможет получить, когда ее почти-дочь вернется домой. Это грело ей остатки души, которая когда-то несомненно была, но после стольких воскрешений - не факт что осталась.
- Ты вернулась к Мстителям, я слышала. - Офелия всегда знала что просить, даже когда сомневалась в своих силах, даже когда не была уверена что ее дочь, дочь ведь? вернется домой. Она всегда имела планы наперед, пусть они кому-то казались безумными, пусть они таковыми и были. Она просила голову Мстителей, голову Капитана Америки, Хоукая. Не так дорого, для возвращения домой. 
О том, что Джессика не вернется Гадюка думать себе запрещала, эта мысль изгонялась тщательно и выскребалась из всех углов, ей было не место в голове Офелии.

+2

5

Спокойное дыхание, размеренное биение сердца, трезвый ум и незамутненное сознание. Те времена, когда Джессика заводилась с пол оборота, отдаваясь во власть гневу и страху, давно прошли. Она не только не боялась Офелию, она даже не испытывала к ней конкретно сейчас ненависти - было просто не до этого. Все чувства выгорели, эмоции увяли. Конец января был для нее таким адом, что сейчас сил на бурную реакцию просто не хватало. Наверно, Гадюка жаждала видеть на ее лице страдания и муки, но сейчас там не отражалась ничего. Холодное равнодушие и сосредоточенность. Обидно, должно быть.
Герри позади тихонько зашевелился и шумно вздохнул. Судя по всему, к нему террористка не притронулась, хотя быть уверенной в этом на сто процентов не приходилось. Однако пока он был в относительной безопасности. Мамочка убила практически голыми руками сотню скруллов на космической станции, чтобы защитить своего малыша, так что в случае чего с одной сумасшедшей уж сумеет справиться.
- Ты ничему меня не учила, - медленно, чеканя каждое слово, произнесла Дрю. - Ты не моя мать, ты больна, сходи к психиатру.
Пожалуй, это прозвучало крайне грубо для сложившейся ситуации, но брюнетка не собиралась расшаркиваться и подбирать слова, чтобы не задеть тонкую душевную натуру непрошеной гостьи. Ей здесь были не рады, и она прекрасно об этом знала, но несмотря на это, осмелилась явиться. Зачем? Почему именно сейчас? С момента их последней встречи утекло уже немало воды, можно было бы появиться и раньше. Так почему? Офелия никогда не приходит просто так. Даже если она вдруг соскучилась, у нее всегда была конкретная причина.
- Мне не нужны подсказки, мамочка, - последнее слово сорвалось с губ как ядовитый плевок. - Мне нужен ответ на вопрос. И какая разница, кто он? Может, и отец. Тебе разве не все равно?
Джессика была натянута, словно струна. Напряжение, висевшее между женщинами в воздухе, даже и не думало ослабевать. Еще бы, если у ног этой безумной выгибается дугой твой друг, которого опять же ты подставила под удар. И опять же этой проклятой Гидры. Не слишком ли ее было много в последнее время?
- Слушай меня внимательно, Гадюка, хочу кое-что прояснить между нами. Пока мужчина у твоих ног умирает, не будет никаких бесед. У нас есть два варианта: либо ты даешь ему адтидот, и мы видим улучшение его состояния прямо на глазах, после чего так уж и быть, поговорим, либо я выбрасываю тебя в окно и все проблемы решаю самостоятельно, но в следующую нашу встречу, если ты вдруг выживешь, сворачиваю тебе шею без разговоров, чтобы в моей жизни больше не возникало таких вот ситуаций. Я привыкла, знаешь ли, терять близких мне людей. В частности из-за тебя и твоей дерьмовой организации. Но если он умрет, то с ним исчезнет то, что сейчас удерживает меня от твоего убийства, дорогая.
Обе женщины сейчас попались в один и тот же капкан на двоих. Ведь как себе это представляла Дрю - Роджер являлся гарантом безопасности Офелии. Пока он жив, Гадюка могла не беспокоиться о своей бесценной шкурке, потому что была нужна. Здесь можно было бы выстроить целую линию шантажа и угроз, играя с его жизнью, висящей на волоске. Но у этой ситуации была и обратная сторона. Дрю изменилась с тех самых пор и вдобавок ко всему стала матерью, а это также наложило свой отпечаток. Многие взгляды теперь стали радикальнее, и если Роджеру все-таки суждено погибнуть от рук Офелии, то она отправится за ним следом. Поторговаться за его жизнь она еще могла, но все зависело от цены. Иногда для предотвращения большего зла стоило принять сложное решение. Конечно, это было в какой-то мере лицемерием, потому что если бы в таком положении оказался Геральд, все было бы иначе. Но ей чертовски повезло, и теперь Женщина-Паук ни на миллиметр не подпустит Гадюку к сыну. Костьми ляжет, но не подпустит.
[AVA]http://funkyimg.com/i/2eVSt.jpg[/AVA]

+3

6

В какой-то момент Офелия просто успокоилась, сделала глубокий вдох и взяла себя в руки. Бойня в доме Джессики ей была не нужна, она пришла сюда поговорить и когда-то, до определенного периода в своей жизни, Офелия очень хорошо умела это делать. Говорить. Поэтому сейчас, вместо молчаливого противостояния она решала с чего начать диалог. И дураку понятно, что мужчина на полу не привлек бы Джессику, ни шарма, ни внешности, только какая-то уютность и тепло – отвратительно. Пусть подыхает, пусть подыхает у ее ног, как и планировалось. Даже если она встретится со своей дочерью в бою из-за этого, Офелия усмехнулась немного зло, немного обижено.
А как же беспокойство за нее? Как же внимание ей? Как же так?
Не пойдет.
Она крепче сжала спицу в руке, готовясь в случае чего повредить Джессике лицо, как минимум. Что там говорили бейте в глаза? Вот в случае чего она туда и будет целиться.
- Ничему не учила? Дорогая ты недооцениваешь меня, кто еще смог бы показать тебе всю грязь нашего прекрасного мира и не замараться. Кто еще научил бы тебя предавать, убивать, мучить и ненавидеть. – Офелия улыбнулась и отступила оглядывая Джесс с ног до головы. – У меня прекрасно получилось, не так ли девочка моя?
О, она не мать, нет. Офелия знала это, где-то глубоко внутри себя. Знала и ненавидела в себе это знание, не способная любить, не способная доверять и не способная на детей. Офелия ненавидел в себе эту беспомощность и любила Джессику, как напоминание о том, что что-то у нее все-таки вышло, что-то получилось именно так как задумано. Нет, она не отпустит ее просто так, не выпустит ее из своих цепких лапок и не перестанет приходить к ней, хотя бы в кошмарах. Хотя бы так быть ближе, раз ближе уже не получится. Хотя бы так…
- Вот видишь, ты все же зовешь меня мамочкой, спасибо. – Она уже давно не чувствовала ядовитых укусов, в ней уже все отболело. Но нет-нет да случались приступы фантомной боли. Сколько же ненависти они накопили друг к другу?
Офелия любила ее, по-своему конечно, иначе она не умела. Но тем не менее она любила ее и готова была убить в любой момент, готова была лишиться Джессики и остаться совершенно одной, как долгие - долгие годы до нее. Она ненавидела ее, ощущая полную беспомощность перед этим глупым упрямством, перед чужой ненавистью, которую она не могла стереть просто так. Разговора явно не получалось.
- Антидот? Джессика, ты держишь меня за идиотку? Когда от моих ядов можно было излечиться мгновенно? – Она почти рассмеялась, о нет детка, не все так просто. Не в этот раз и не в этом случае.
Она вколола ему собственное изобретение, собственную смесь, от которой не было одного антидота. Он умирал бы в сознании если бы ему достало сил.
- Ты получишь Антидот, когда поделишься с мамочкой информацией и не раньше.
Офелия была женщиной, со своими слабостями, со своими заботами, но она никогда не была глупой или излишне упрямой. Если бы мужчина умирал в сознании она бы наслаждалась его хрипами и стонами, а так? Никакого интереса если честно. Скучно и печально. Ребенок на заднем плане ее интересовал гораздо больше, там хотя бы было поле для фантазии, а с фантазией у нее было все в порядке. Такие как она либо дохли сразу либо взбирались повыше, чтобы в случае чего выжить.
Офелия десятки лет стояла у истоков Гидры и пока не собиралась покидать пост.
- Мирная беседа и я уйду, честное слово. Хотя нет, ты же не веришь моим словам, жестокая. – Голос у Офелии был уверенный, немного насмешливый и самую капельку издевательский. Только издевалась она над собой, выворачивая слова, искажая их смысл, она причиняла себе боль упреждая удар в этом место. – Он промучается еще какое-то время я тебе обещаю, достаточно времени на самом деле даже на самый неспешный разговор.
«Если ты хочешь чтобы ничего и никогда не болело, ты должен быть мертвым», - она кивнула в сторону кресла, предлагая Джессике сесть и выдохнуть. Уже понимая, что так не получится, что миром эта встреча не кончится и все снова полетит в тартарары, она все еще питала какую-то вялую, слабенькую надежду на то, что может быть Джессика найдет в себе силы хотя бы выслушать. На ответы в такой ситуации можно было даже не рассчитывать.
- И как тебе последняя потеря? – Она говорила не о рыжем, который валялся на полу. Нет. Это была ерунда в сравнении с тем, куда можно было ударить дальше. – Как тебе его место в Мстителях, впору?
Офелия всегда знала, куда нужно ударить и как надавить, чтобы внутри человека что-то захрустело, разламывая лед спокойствия. Она знала, что Джессику тоже можно чем-то пробить и пока искала способы, которые были ей доступны.

+2

7

Спокойный вдох и размеренный выдох на несколько счетов. Взгляд Джессики скользнул по лицу собеседницы и замер на скорчившемся мужчине у ее ног. Она не сможет ему помочь, если убьет Офелию, это было очевидно. Но были ли у него шансы в том случае, если Дрю пойдет на поводу у террористки? Чего она этим всем хотела добиться? Решать нужно было быстро, впрочем, если верить словам Гадюки, то времени у них было предостаточно, не так ли?
- Нет, из тебя вышла хреновая мать. Никакой из твоих уроков не усвоился в моей голове, - холодно произнесла женщина, пристально наблюдая за Мадам Гидрой. - Хотя ты можешь сказать, что это я была ужасной дочерью. Оба варианта правдивы.
Брюнетка едва заметно пожала плечами и чуть склонила голову на бок. Раз уж ей придется играть по навязанным правилам, стоило бы это делать грамотно: получить максимум информации от самой Офелии, не выдав при этом ничего лишнего. Предложение сесть в кресло брюнетка проигнорировала и оставила без внимания, не сдвинувшись со своего места ни на миллиметр. Как и ее гостья, Джессика идиоткой отнюдь не была, поэтому отходить от колыбели малыша даже не думала.
- Хорошо, предположим, существует вероятность в один процент, что ты не лжешь. Что тебе надо от меня? Ты прекрасно знаешь, что под знамена Гидры я больше не встану. Эксклюзивной информацией не обладаю. Какой смысл в этом фарсе?
И все-таки брюнетка ухватилась за призрачный шанс спасти Роджера. Пока запросы Гадюки были приемлимыми, она могла бы попытаться. Другое дело, если террористка не сдержит своего слова... Но тогда ей самой от этого будет только хуже. На всей этой чертовой планете у супергероини практически не осталось тех самых близких людей, за кого можно было дергать ниточками. Только малыш, который с этого дня будет находиться под лучшей охраной в Башне Старка двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю. И тогда Офелию ничто не спасет от праведного гнева. Дрю никогда не предавала, не мучила. Но вот ненавидеть и убивать умела. И последнее всегда могла бы совершить в случае крайней необходимости.
Беседа началась с прямого удара в сердце - речь шла о Тони Старке. Лицо Джессики слегка побледнело, а руки еще сильнее сжались в кулаки - до белизны костяшек пальцев. Оставался только один вопрос - а знала ли Мадам Гидра всю эту историю? И чего хотела этим самым выяснить?
- Так вот оно что... Пришла позлорадствовать? - глухо ответила она, вскинув бровь. - Приложила к этому свою руку, а теперь хочешь посмотреть на то, как барахтается молодая вдова? Ну что, посмотрела? Довольна? Или у меня недостаточно убитый горем вид? Не слишком красные от слез глаза? Наверно, мне смело можно забирать прозвище у Наташи Романовой, да?
Вопрос на вопрос - отличная тактика ведения беседы. Особенно тогда, когда ты не знаешь, насколько осведомлен твой противник в предмете разговора. Джессика поймала себя на том, что изначальное ледяное спокойствие дало легкую трещину. И даже не внешнюю, а внутреннюю. А это было совершенно неприемлемо для опытной шпионки. Нужна была проекция, видимый и напускной гнев, кажущаяся потеря самообладания, но при этом жесткий стержень внутри. Она могла это. Она умела это.
- Я не на его месте, - неожиданно зло отрезала Женщина-Паук, недобро сверкнув глазами. - Я там, где должна быть. Не больше и не меньше. Что еще ты хочешь услышать от меня?

+2

8

Можно было дышать, можно было не дышать. Результат в этом разговоре был предрешен и, наверное, это было больно? Офелия задвинула ощущение подальше, не ей чувствовать это, не для нее подготовлена постель из колючек и шипов. Нет. Она была хреновой матерью? Если бы ей было позволено, она бы истерически рассмеялась на это заявление. Хреновой матерью? Она вообще не была матерью и в глубине души она знала, что это правильно. И именно эта мысль раздирала ее на куски, каждый чертов раз, когда она касалась этой темы. Каждый раз мысль о детях вырывала из нее какой-то кусок, и он более никогда не возвращался на место.
Нет. От этой темы она устала. Видит бог или кто там есть на его месте, она ее любила, какой-то больной любовью, от которой не могла отказаться. У нее тоже бывали слабости, которые не позволены в Гидре, у нее бывали моменты, когда он хотела бы убить Джесс и больше никогда не встречать ее в этом мире. У нее бывали моменты, когда она готова была ее защищать.
Единственное но во всем этом – безразличие, вот его Офелия на дух не переносила. Наверное, потому она и была здесь, в этой комнате, с полутрупом и ребенком.
- Позлорадствовать? Дорогая, ты как будто меня плохо знаешь, я не способна на такую подлость. – Она постаралась улыбнуться и сдержала порыв подойти ближе, чтобы уловить малейшее изменение в Джесс.
А глаза у той действительно были больные, Офелия мысленно покачала головой. Нельзя было так вляпываться, ох нельзя было. Это всего лишь Старк, сегодня он есть, завтра его нет. О чем думала Джессика, что ею двигало? Что это за скоропостижные отношения, о которых надо узнавать тайно, через посредников.
«Что ты скрываешь от меня?» - Офелия тяжело вздохнула. Нет, Джессика никогда не была покладистой или послушной, кажется эту черту характера отец забыл ей привить. Джессика не умела облегчать разговоры, слишком прямолинейная, слишком полезная и нужная. Переманить ее обратно в Гидру, вернуть домой, вот чего бы Офелия хотела, к чему она шла долгие годы, уничтожая репутацию Джесс на корню. Но так ничего и не добилась.
И Старк? Это как последний удар, гвоздь в гроб ее мечты. Но так просто она ему ничего не отдаст. Нет.
- Черный тебе не к лицу, так что оставь мисс Романовой ее прозвище, ей оно пригодится. – Черная ирония во всей этой ситуации была, только она была своеобразная. Старк получил то, чего хотела Офелия и умер, может быть имело смысл подумать о том, стоит ли оно того.
Офелия непроизвольно вздрогнула, идея отказаться от Джессики приносила не облегчение, как она когда-то надеялась, не было успокоения от этой мысли. Только страх остаться одной насовсем.
- Мне нудны подробности о его гибели, родная. – Это была отличная попытка, правда отличная. Они потеряли чертову девчонку, потеряли оружие, способное перевернуть этот мир. Офелия пришла сюда по двум причинам, и одна из этих причин сейчас готовилась ее убивать. Было бы слишком наивно предполагать, что Джессика не будет в бешенстве от одного вида мадам Гидры в своем доме.
- Твоя показательная скорбь видна издалека, наверное, ты уже знаешь подробности, которые мне не донесли. Наверно, ты захочешь поговорить по душам с матерью? Поплакать?
Мужчина ее у ног снова дернулся и Офелия старательно подавила в себе желание пнуть его как следует, чтобы он уже больше не шевелился. До асфиксии осталось полчасика, так мало времени на то, чтобы провести его с Джесс, так мало слов было сказано и все не те.
- Я уйду, как только получу то, что мне надо. – Офелия подняла руки, показывая, что не вооружена, спицу, которую до этого она держала в руке, она убрала обратно в свою прическу. Стоило только дернуться в ее сторону и Офелия снова будет ядовита, как и змея в честь которой она была когда-то названа. – У тебя милый малыш.

Отредактировано Madame Hydra (27.08.2016 15:05)

+2

9

Джессика сурово сдвинула брови, пытаясь понять, что от нее хотела Офелия и что она сама знала об этом мутном деле.
- Иди ты к черту со своей заботой, - сквозь зубы процедила брюнетка, чувствуя, как терпение капля по капле начинает стекать по стенкам воображаемой чаши, которая оказалась вовсе не бездонной и была готова переполниться в любую секунду. - Что ты вообще знаешь вообще о скорби? Ты, бездушная ядовитая змея, которая давно вытравила все чувства из себя, кроме ненависти и злобы. Хочешь знать подробности? Делаешь вид, словно это не твоих рук дело? Хах!
Дрю распрямилась и натурально рассмеялась своей гостье в лицо. Вымучено, с желчью в каждой морщинке на ее бледном лице. Женщина-Паук ни на секунду не могла поверить в то, что Гадюка не знала о том, что происходило. Пусть у Гидры было много голов, но чтобы та, кто носила прозвище, созвучное с организацией, и была вдруг не в курсе? Удивительное дело.
- Что ж, ну так слушай. Меня вежливо послала Хилл, меня грубо послало ФБР. Передо мной захлопывались все двери, куда бы я ни пыталась стучать. Мне пришлось постараться, чтобы узнать хоть немного подробностей. И что же? Конечно это Гидра, кто бы мог сомневаться?! Из-за нее этот гребанный вертолет рухнул в Гудзон, а я потеряла мужа и, вероятнее всего, последнюю возможность иметь нормальную семью. И ты считаешь, что я должна сиять от счастья, потому что ты решила прийти ко мне в гости со своей лживой заботой? Потому что ты угрожала моему малышу, в общем-то, единственному теперь из моей семьи? Что ты убиваешь и мучаешь моего друга? Ты думаешь, что это все весело и задорно? Нет, мать твою, это нихера не весело и не задорно.
Брюнетка судорожно сглотнула и мысленно попыталась сосчитать до десяти. Воспоминания о тех днях, когда они потеряли Железного Человека, с новой силой нахлынули со всех сторон. И пусть это оказалось вовсе не так, но Дрю до сих пор была на взводе. Потому что проблемы у них только-только начинались. И визит Офелии вывел уровень жопы на новые, недосягаемые высоты. Она вновь была под прицелом, каждый ее шаг опять будет отслеживаться. Каждое движение, слово и жест. Все. И если раньше плевать Джессика на это хотела с высокой колокольни, то теперь она была не одна. У нее был малыш, ее плоть и кровь, которую она вопреки здравому смыслу пожелала принести в этот свет. Почему она не могла задуматься тогда, насколько это будет большой риск для него? Почему не подумала о том, что из-за ребенка станет уязвима для всех своих врагов? Понадеялась на уход из Мстителей и ЩИТа? Молодец, Дрю. Только вот продержалась совсем недолго, вынужденно вернувшись в команду на пост координатора. А что дальше? Хотела в ЩИТ? Теперь уже точно нет, дорога в него была заказана ради их же блага, дерьма там итак в последнее время хватало. Легкая дыхательная гимнастика позволила унять бурю внезапно нахлынувших мыслей и чувств, и теперь Женщина-Паук вновь выглядела спокойной и опустошенной, словно отрезало. Ее усталое лицо перестало выражать какие-либо эмоции, только бесконечное желание, чтобы все наконец оставили ее в покое.
- Щупальца Гидры тянутся повсюду. Ты можешь узнать все из отчетов ФБР, да даже ЩИТа. Я уверена, что для тебя это не проблема, - глухим и бесцветным голосом отозвалась  женщина, скользнув "мертвым" взглядом по лицу Офелии. - Я знаю, что у меня милый малыш, он не мог быть иным. А теперь, если ты наконец вдоволь насладилась моей жизненной драмой, может, ты дашь моему другу антидот и провалишь отсюда к черту? Я не в том состоянии, чтобы вести светские беседы. Особенно с тобой, когда я предпочла бы короткий разговор, заканчивающийся хрустом твоей шеи. Или тебе мало? Нужно больше мучений?

+2


Вы здесь » Marvel: All-New » Незавершенные эпизоды » [07.02.16] We are family?..


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC