Comics | Earth-616 | 18+
Up
Down

Marvel: All-New

Объявление

* — Мы в VK и Телеграме [для важных оповещений].
* — Доступы для тех, кто не видит кнопок автовхода:
Читатель: Watcher, пароль: 67890.
Навигация по форуму

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel: All-New » Настоящее » [08.10.2016] Gingerbread House


[08.10.2016] Gingerbread House

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

"Come in! Come in, you've nothing to fear!" went on the old woman. Unluckily for Hansel and Gretel, however, the sugar candy cottage belonged to an old witch, her trap for catching unwary victims. The two children had come to a really nasty place.
https://i.ibb.co/6JP619v/unnamed3.jpg

08.10.16 Нью-Йорк. День.

Valeria von Doom, All-New Wolverine, All-New Spider-Man


С разгулом нечисти настали нелегкие времена - таинственные исчезновения людей, повсеместное помешательство, что-то похожее на эпидемию. Маги решают возникающие проблемы по мере сил и возможностей. И хотя в Нью-Йорке более-менее спокойно благодаря присутствию Верховного Чародея, что делать если теряются те, кого никто не будет усердно искать - брошенные, никому не нужные дети и подростки из неблагополучных семей?
И вряд ли бы кто-то обратил внимание на одно очень странное детское кафе, если бы около него не пропал след самого Медоеда.
Которого явно будут искать Росомахи.
Очень нервные и злые Росомахи.

Отредактировано Valeria von Doom (23.12.2021 16:18)

+3

2

В доме пусто.
В чахлой квартире заядлого холостяка с тягой к саморазрушению со следами попыток в порядок от той, что знала только лабораторные стены, было непривычно пусто и тихо.
Лора сняла кожаную куртку, повела носом. Ни звука, ни запаха, ничего. Внутреннее напряжение выросло с отметки «всегда в бою» до «что-то случилось». Квартира была без движения, хотя Габби должна была быть здесь. Она оставила ее всего на… пару часов? Не больше. Лора старалась не оставлять сестру без особой нужды надолго, зная, каково это – ощущать себя брошенной, оставленной, не у дел. Пусть ей было всего ничего, она была опытным бойцом – куда опытнее многих нынешних студентов что Школы Людей Икс, что Академии Мстителей… в том виде, в котором помнила ее Лора.
Они договорились о простом – Лора заберет пару вещей у Сурайи и Кэссиди, которые те приготовили для Габби, а Габби сходит за продуктами. Они должны были… готовить тыквенные маффины. Пробовать готовить, ведь к Хэллоуину надо было научиться. Ни Лора, ни Габби не знали, будет ли на Кракоа вечеринка или вроде того, но обеим хотелось чем-то отличиться. Когда все твои сильные стороны заключаются в превращении живого в мертвое за короткое время, поиски себя в более безопасных хобби никогда не прекращаются.
- Габби?
Это ничего не даст, но она попыталась. Звук собственного голоса наполнил воздух отчаянием, от которого защемило в груди. Плохое чувство.
Запах все еще был, но быстро истлевал.
Лора не стала входить дальше – нацепила куртку и вышла из квартиры.

Улицы Нью-Йорка были безумием для любого чуткого обоняния. Гарь копоти, грязи, гнили, духов, немытых тел, кремов и отдушки, животных и разлагающейся органики, чахнущих деревьев и токсичного мусора, тысяч людей разных возрастов, гендера и образа жизни… Лора шла, через раз ловя ниточку запаха Габби, каждый раз боясь ее потерять. Она не представляла, что будет, если потеряет. Не простит себя? Как минимум. Как максимум… думать об этом не хотелось. В голове звучало упрямое «найду», и потому она неустанно втягивала в себя запахи, игнорируя острое жжение в ноздрях.
По девяностой улице полчаса, свернув на Роджер-авеню, Лора наконец пришла куда-то… и ниточка разорвалась. Запах исчез.
Ей стало почти страшно. Все внутри похолодело, но она взяла себя в руки.
Все будет хорошо. Она найдет. Она не уйдет отсюда, пока не узнает, куда делась ее сестра. Неважно, что она сделает или что сделают с ней – она узнает ответы на свои вопросы.
А, кстати, где это «отсюда»?
Взгляд въедливо прошелся по вывеске – «У тетушки Поли», кондитерская-кафе. Поджала губы – ну да, ну да, где еще пропасть маленькой девочке, как не в стране сахарного диабета, воздушно-шоколадного суфле и десяти видов посыпок.
Двустворчатые двери открылись. Над головой мелодично звякнуло.
- Входите-входите, - донесся приятный женский голос, - будьте моей гостьей!
Высокий потолок, окна почти во всю стену, отделка под дерево и старый красный кирпич. По стенам вились почти живые лозы цветочных растений, между окнами висели аккуратные горшки с не менее аккуратными красочными цветами. Тут и там стояли стеллажи с книгами, игрушками, мягкие кресла с ворсистыми пледами. Столиков было немного, но все были укрыты чистыми скатертями с растительным рисунком. Резные французские стулья казались хрупкими, но очень мягкими, словно манящими присесть «всего на один пончик».
А пахло здесь… Лора даже на мгновение позабыла, что нос саднило от чрезмерной сосредоточенности на определенном запахе. Ведь ароматы тут сводили с ума. А еще напоминали, что она ужасненько голодна.
- Милая моя, вы потерялись? – из-за прилавка выплыла пухлая дама в бежевом платье в мелкий цветочек. Ее волосы были заколоты в аккуратный пучок, и не менее аккуратно подведенные прозрачно-голубые глаза с интересом рассматривали Лору. – Выглядите несколько… растерянной. Чаю?
Лора резко выдохнула, хмуро уставившись на дамочку, словно прогоняя наваждение. Той, что никогда не чувствовала себя хоть где-то в безопасности, подобные запахи-виды-вкусы были чужды. Кафе пыталось создать ощущение комфорта, вызвать желание остаться здесь, но внутри пульсировала мысль – надо найти сестру.
Очень больно терять того, к кому так сильно привязался.
- Нет, - резко ответила она, все же сохраняя нейтральный тон, - но здесь… была моя сестра. Вы не видели девочку лет девяти? Похожа на меня, темные волосы, на лице – вертикальные шрамы?
За прилавком появился какой-то мужчина в униформе, что приветливо помахал ей рукой и принялся поправлять стоящие в стеклянной витрине пирожные. Их там было столько, что растерянность – первое чувство, которое приходило на ум.
Но Лора пришла не за вкусняшками.
Дама покачала головой. Ее сердцебиение было странным, как и запах. Когда Лора разобрала ее запах, то ароматы пирожных, выпечки и всякого такого уютно комфортного стали ее раздражать.
- Прости, милая, я не припомню никого с такими приметами. Ты уверена, что она приходила сюда? Может, выпьем чаю и ты расскажешь…
- Я знаю, - резко, с нажимом, повнимательнее посмотрев на, похоже, хозяйку, - что она здесь была. А вы – врете, и это я тоже знаю. Мне вызвать полицию?
Дама с притворным испугом подняла ладони вверх.
- Милая, что с тобой не так? Я же пытаюсь помочь. Понимаю, ты расстроена пропажей сестренки, но уверяю тебя – здесь нет потерянных детей. Может, она ушла куда-то, где любит бывать? Ты там проверяла? А в полицию стоит пойти, если ты думаешь, что она в беде.
Она что-то еще тараторила на своем взросло-успокаивающем, но это совсем не успокаивало Лору. Не прислушиваясь, она втягивала в себя запахи, снова фильтруя, ища нужный. Это было почти что найти иголку в стоге сена, но у нее же получалось. У нее всегда получилась находить нужное. Она не могла, не имела права – ни морального, ни какого-либо еще – так просто сдаться. Но запах Габби словно бы остался у нее за спиной, а здесь… кристальная чистота. Не может же запах кого-то так резко обрываться. Не может ведь, верно?
Она препиралась с дамочкой еще минут десять прежде, чем продемонстрировать свои когти. Тогда мужчина за прилавком все-таки из-за него вышел и как-то очень флегматично попросил ее уйти. Чем больше она принюхивалась, тем сильнее ощущала иррациональный страх перед чем-то, что обычно ее не пугало. А потом – раздражение, снова и снова, которое очень напоминало вступление на неизведанную территорию.
Может, так оно и есть?
Утвердительный ответ она получила, когда вышла из кондитерской и повернулась. На дверях висел амбарный замок, а сами двери перекрывал огромный виниловый баннер с надписью «на реконструкции».
- Да вы издеваетесь, - нервно проскрежетала зубами.
Еще двадцать минут раздумий привели к одному простому выводу – одной тут не справиться. Она не может снова попасть в кондитерскую, зато, судя по наблюдениям, туда вполне попадали другие посетители. Преимущественно дети. Можно было продолжить наблюдение, но чем дольше она тянула, тем призрачнее была надежда спасти Габби… а она точно вляпалась, раз след привел и оборвался в месте, которое пахло и как безопасное место, и как логово зверя. Очень голодного и злого.
Или она судила по себе.
Можно было позвонить Доктору Стрэнджу, но у нее не было его телефона – в прошлый раз он телепортировал ее с сестрами в лабораторию Пима, не оставив ни визитки, ни бумаги с телефоном. Разыскивать его в Санкторуме – долго, придется пересечь половину города, и кто знает, сколько займет времени ожидание. Связаться с Вандой? Ильяной? Лора могла бы, но их телефоны были недоступны.
Прощелкав записную книгу, Лора остановилась на телефоне той, с которой совсем недавно выживала в очень непростых условиях. «Принцесса». Лора даже усмехнулась прежде, чем отправить короткое сообщение:

Привет. У меня пропала сестра. Мб магия. Срочно.

Она добавила адрес и стала ждать. Следующим этапом было позвонить, но вдруг Валерия не очень сильно занята и ответит ей в течение десяти минут?

+3

3

Сообщение Лоры застало Валерию, когда она как раз читала очередную книгу по магии. Последние дни были насыщенными, но это же был не повод отставать по учебе, хотя какой-то видимой программы обучения вроде как и не было. Может, она была в голове у отца, даже наверняка. Злоупотрелять лишним временем в любом случае не стоило.
Поначалу бровь Валерии сильно изогнулась и поползла вверх.
Что за требование? Валерия ей что, девочка на побегушках? Что эта Росомаха себе вообще позволяла?
Они, конечно, спасли вместе Человека-Паука, но близкими подругами не стали. И это скорее Лора должна была Валерии, а не наоборот. С какой стороны ни посмотри - это просто хамство.
Первые пару минут девочка даже возмущенно отложила телефон, вознамерившись вернуться к чтению. Если Лора Кинни хочет помощи - пусть научиться просить ее как того велят воспитание и этикет.
Однако, буквы перед глазами упорно отказывались складываться в слова, потому что… потому что банальный детский интерес брал верх. Хотя и не только он.
С магией творилось что-то невообразимое. Она знала это и от Тони, и от Стрэнджа, и от отца. То, что сестра Лоры пропала действительно могло быть связано с колдовством. Даже в более-менее спокойном в этом плане Нью-Йорке, который был обителью Верховного Чародея. Что же касается вежливости, то было давно уже понятно, что у этой барышни серьезные проблемы в общении с людьми.
Валерия взяла телефон и позвонила Лоре, начав разговор, однако совсем не с деловых вопросов:
- Здравствуй, Лора. Прежде, чем мы перейдем к делу, я тебе очень советую на будущее одну вещь. Если ты хочешь от кого-то помощи - проси об этом, а не требуй. Когда о чем-то просят, то начинают разговор со слова: “пожалуйста”. Особенно, если ты просишь помощи у того, кто тебе ничем не обязан и ничего не должен.
Когда Лора закончила описывать случившееся, Вэл нахмурилась. По хорошему тут бы стоило позвать кого-то из магов посерьезнее. Но отца беспокоить сразу, не имея конкретики и доказательств не стоило. Тони Старк в больнице. Как связаться со Стрэнджем известно было, наверное, одному ему. Особенно если он не хотел, чтобы с ним связывались. Надо будет поставить на него жучок. Ну или просто подарить ему мобильник. Кнопочный, для настоящих любителей ретро.
Валерия сообщила Лоре, что будет на месте где-то через час-полтора - надо было собраться и долететь, причем приземляться белым днем в Нью-Йорке тоже было желательно не посреди многолюдных улиц в своей безусловно прекрасной, но очень заметной броне.
Когда Вэл уже облачалась в свой доспех, ей пришла в голову мысль, что в любом случае лезть в магические проблемы вдвоем - чрезвычайно опасно. Да и Лора произвела на нее впечатление слишком горячей девицы.
Пока что Вэл планировала разведку, а дальше посмотреть по ситуации - что же случилось. И скорее всего лучше прийти с этим к Стрэнджу или Тони. В крайнем случае - к отцу, если больше некому будет помочь.
Но был и еще один фактор - все что она узнала о магических созданиях, так это то, что в разговорах с ними надо быть одновременно и воспитанным, и непосредственным, и харизматичным, и собранным, и искренним, и осторожным. Не поддаваться ни гневу, ни гордыни - она уже прочла, что случается с неопытными магами, которые пытались откусить кусок больше, чем были способны проглотить. В общем-то, "попасть в струю" с каждой магической сущностью.
Пару дней назад с Ортоксом ей откровенно повезло. Разведка разведкой, но нужен был переговорщик. На всякий случай. Вдруг разведка пройдет неудачно? А кто из ее знакомых справлялся с этой ролью лучше всего?
Валерия подумал еще пару секунд, и набрала номер Герри:
- Привет. Понимаю, звоню внезапно. Странно прозвучит, но ты не хочешь… Ввязаться еще в одно приключение? У моей знакомой пропала сестра в одной кондитерской. Эти сестры… Они дочери Росомахи, супергероя из Людей Икс. Похоже, это связано с чем-то магическим. Не хочу ввязываться во что-то серьезное, но думаю провести разведку, чтобы было что-то конкретное, с чем можно было бы прийти к Стрэнджу или, в самом крайнем случае, к Тони. Ты не подстрахуешь нас, пожалуйста? Постараемся быть осторожными и не вляпаться в проблемы.
Чем больше Вэл это говорила, тем больше ее гложили сомнения. Звучало все как-то по-дурацки. Не позвать в кино, не позвать погулять, а… “Привет, ты не хочешь снова поставить свою жизнь в смертельную опасность ради кого-то незнакомого?”
С другой стороны, может быть, дружба между супергероями, супрезлодеями и их потомством и должна была проявляться как-то так.
Скрашивало абсурдность ситуации хотя бы то, что судя по рассказу Лоры, ее сестра пропала в какой-то кондитерской. Это точно порадует Герри.
Оставалось надеяться, что ее новый приятель воспринял все позитивно, ведь Герри по крайней мере согласился, и, кажется, даже стал слушать все с большим энтузиазмом после упоминания слова “кондитерская”. Так что Вэл со спокойной душой сбросила ему координаты места встречи, закончила облачаться в доспех, попрощалась с котом и отправилась в Нью-Йорк.
Завтра точно надо устроить себе выходной и закончить чтение магической книги и отработку нового заклинания. Завтра ничто не отвлечет ее от занятий. Разве что Галактус прилетит и поглотит Землю целиком и без остатка. И то - это не может быть оправданием для дочери Виктора фон Дума. Лишь причиной.

***
Девочка добралась к месту встречи немного раньше того срока, что обозначила Лоре.
Герри еще не было на месте, а вот девушка стояла здесь как штык. Она определенно нервничала.
Место, рядом с которым стояла Лора, Вэл удивило. Из описания Лоры она уловила информацию про какую-то кондитерскую, но этот магазин… Он выглядел действительно внушительно. Идеально-ровные булочки с корицей, восточные сладости, пирожные всех форм и размеров, эклеры, фруктовые корзиночки, штрудели, пряники, леденцы… Лимонады со свежайшими фруктами стояли в декоративных бочках, заполненных льдом. Стоило лишь взглянуть на все это великолепие - и начинали течь слюнки.
Цены на уличной витрине были просто неприлично низкими для всех тех умопомрачительных запахов, которые чувствовались прямо с улицы. Неудивительно, что посетителей сюда заходило много - как взрослых, так и детей.
Кажется, Герри сойдет с ума.
Вэл направилась к Лоре, на ходу сразу постаравшись прислушаться к лей-линиям.
Да, безусловно тут была магия. Мощная. Тут было сплетение лей-линий. Даже не близко к уровню Санкторума, но их точно проходило больше, чем, скажем, на улице рядом. Эдакая маленькая точка, где волшебство было чуть более сконцентрировано.
- Привет. Сейчас подойдет мой приятель, Герри. Он тоже нам поможет. Лора, я предупреждаю сразу - никаких глупостей. Никакой агрессии, никаких когтей. Тут действительно похоже на вмешательство магии, но в первую очередь мы проведем разведку. Если там что-то, с чем мы не сможем гарантированно справиться или договориться - мы ничего не будет предпринимать без Стрэнджа или еще кого-нибудь из волшебников постарше. Если твою сестру похитило что-то магическое или волшебник - мы все равно мало что сможем сделать.

+3

4

Звонок Валерии застиг Герри в разгар битвы с Мидиром. Гигантский дракон моментально воспользовался возможностью и растоптал рыцаря, одержав вот уже третью победу и в очередной раз доказав, что с ним бороться придется еще долго.
— Вот же вредная ящерица… — ворчит Герри, отвечая на вызов и не сводя своего взгляда с надписи “YOU DIED” на экране. — Привет, Вэл! Как дела?
На вопросе о том, не желает ли он ввязаться в еще одно приключение, у него брови тут же начинают ползти вверх. Игра оказалась забыта, как и пицца. Он внимательно слушает и не перебивает, хотя такое желание у него возникало пару раз, чтобы убедиться в том, что он все правильно расслышал. Дочери Росомахи? Кондитерская? Еще одна авантюра, и на этот раз без мистера Стрэнджа или кого-то из взрослых?!
Вот это да-а!
Естественно, Герри такое пропустить просто не имеет права. Никакого. И дело даже не в том, что звучит все дико интересно, а в том, что нельзя оставлять Вэл там одну разбираться со странными неприятностями. Ну, ладно, не совсем одну, но сути это не меняет. Если с ней что-то случится из-за того, что рядом не окажется кого-то, кто смог бы ее подстраховать…
Не окончив данную мысль, он обещает, что скоро будет, и быстро мчится к себе для того, чтобы захватить куртку и коммуникатор. Лезть в логово кого-то или чего-то лучше будучи подготовленным. Пытаться быть осторожными и не вляпываться в проблемы — вот это звучит из разряда “миссия невыполнима”. Подобное возможно, но неимоверно трудно. Так что лучше перестраховаться.
Попрощавшись со всеми и попросив Пятницу проследить за кормежкой Джорджии, Герри выскакивает из пентхауса, а спустя некоторое время из Башни, где у дверей уже поджидает такси. И всего через полчаса то отвозит его по адресу. Он, конечно, думал о том, чтобы достичь цели, нацепив на себя костюм и перемещаясь по паутине между небоскребами, но… Этот вариант разбивается вдребезги, стоит только вспомнить о том, что рядом с кондитерской будет достаточно людей, а приземляться и снимать маску рядом с ними не особенно желательно.
Он, конечно, не скрывает свою личность и не собирается в будущем, но пока объявлять всему мире о собственной персоне — плохая идея. Не обсудив с семьей и не взвесив все “за” и “против” принимать такое решение точно не следует.
Дав таксисту плату и чаевые, Герри выскакивает из машины и с любопытством осматривается. Он все еще не привык к тому, как Нью-Йорк 2016-го года выглядит и насколько отличается от Нью-Йорка 2031-го. На самом деле в этом совсем нет ничего плохо. Наоборот. Это радует. Рекламы меньше. Да и мир как будто светлее и чище. Свободнее.
Кондитерская располагается на другом конце улицы, но не заметить ее даже на расстоянии сложно. Магазин буквально кричит о себе множеством цветов и их оттенков, манит к себе, вызывает непреодолимое желание подойти ближе и посмотреть. Герри вздыхает, не понимая, почему о таком месте он не слышал прежде.
Хотя, стоп… Если в нем произошло нечто магическое и неприятное, то тогда даже хорошо, что он раньше ничего не знал о нем.
Подходя ближе, он видит Валерию, а рядом с ней темноволосую девушку. Наверное, та самая знакомая, чья сестра пропала.
У Герри даже расширяются глаза от восторга — Людей Икс он прежде ни разу не встречал. Это даже волнительно.
— Всем привет! — он лучезарно улыбается, переводя взгляд с одной девушки на другую, и представляется: — Джеральд… Можно звать меня просто Герри. Почти все так и делают.
А затем он смотрит на витрины кондитерской, которые забиты всевозможными сладостями, и на несколько минут теряет дар речи.
— Все это даже издалека выглядело внушительно, а рядом… — с тихим восхищением проговаривает он, мысленно убеждая себя в том, что надо для начала заняться делом, а уже после пытаться опустошить магазин.
У него появляются серьезные сомнения в том, что его карманные средства позволят ему сделать это. А точнее, что его совесть позволит ему подобную вольность. В последнюю очередь хочется объяснять Тони, что он потратил уйму денег на пирожные, шоколад и всю эту невыразимую прелесть.
Герри встряхивает головой, приводя свои мысли в порядок. Так. Нельзя расслабляться. Здесь пропала девочка, а значит дело серьезное. Он все еще помнит прачечную и про то, как там пропадали люди. Шутить или относиться к этому с беспечностью не стоит.
Но все это так и хочется перепробовать…
Он смотрит на Вэл.
— С чего начнем? — Герри косится на прохожих и продолжает, когда те удаляются. — Кстати, Вэл, ущипнешь меня, если меня начнет уносить, ладно? Просто… если здесь что-то не так, я бы не стал вообще что-то отсюда есть.

+3

5

Валерия опять ее чему-то учила. Из нее получился бы хороший учитель – Лоре нравилось, как та строго разъясняла вещи, которые должны были понимать обычные люди. Когда же ты до двенадцати лет была не более, чем инструментом в чужих руках, а затем много лет пыталась сообразить, как быть с полученной свободой, любые пояснения от других, более успешных в социализации, были важны.
Но Лора не слышала.
Лора была как в тумане, в океане из серой дымки, где нет ничего, кроме медленно, но верно нарастающей паники.
Все дело в том, что она никого раньше не теряла? Нет, не так.
Раньше она ни к кому не привязывалась так. Был отец, но Логан всегда уходил, всегда находил другие дела, людей и отношения. Лоры не было в его картине мире, ведь она была ему навязана. А Габби… как бы это сказать? У нее был шанс. По крайней мере, Лора верила в это. Пыталась дать ей то, чего сама была лишена.
И потому было так страшно не знать, где она, что с ней и почему она исчезла.
Неужели Габби ее… бросила?
Нет. Глупое утверждение.
Хотя на самом деле Лоре было страшно, неприятно и обидно думать об этом.
Лора скованно кивнула Валерии, оттолкнулась от стены, у которой стояла. Не стала делиться мыслями, что пришли к ней только сейчас – это было лишнее. А если она сейчас станет сомневаться, что ее сестра пропала, а не сбежала, то у Валерии может лопнуть терпение. Ведь Лора выдернула ее из личных дел ради… глупости.
Собственные проблемы всегда казались ей незначительными. А раз Валерия так реагировала, значит, они таковыми и правда были.
Но зачем тогда она позвала кого-то еще?
- Спасибо, - выдавила из себя, рассеяно глядя куда-то мимо и вниз. – Я постараюсь. Сделаю все, что надо. Она не должна пострадать.
Сказать или спросить про Стрэнджа? Наверное, не стоило. Лора решила для себя, что будет говорить поменьше, чтобы не раздражать Валерию, ведь ей и правда ОЧЕНЬ нужна помощь. И совсем не нужно лишиться этой помощи из-за вещей, которые Принцессе не понравятся.
Она умела адаптироваться и подчиняться. Ничего нового. Но в этот раз… все было ради Габби.
На подошедшего юношу она взглянула искоса, но взгляд задержала. Ее ноздри широко расширились – его запах был… интересный. Он не был обычным человеком, но не маг, мутант или что-то такое. Запах пиццы, кошачьей шерсти, текстиля… видимо, Валерия выдернула его из дома. Но этот парень почему-то так задорно улыбался, словно был готов променять уютное окружение на эту встречу. Он тоже из этих, которым все геройское кажется крутым?
- Лора, - подняла ладонь, не изменившись в лице. – Спасибо, что пришел, Герри.
Герри смотрел на витрины почти с тем же восхищением, что немногим ранее смотрела Валерия. Лора снова перевела взгляд – пыльные заколоченные витрины, «на реконструкции», цепь на ручках двери.
- После того, как я вышла, - заговорила она, разглядывая витрину с равнодушным видом, - я вижу закрытое помещение. На двери – табличка «на реконструкции». Но пока я вас ждала, сюда входили и выходили. Я наблюдала с той стороны улицы.
Она покосилась на Герри.
- Я видела в их креме червей. Уверен, что хочешь выяснить их вкус?
Не то, чтобы она была против их покупок в этом месте. Но что, если тут все… сложнее? Лора сталкивалась с магией, демонами и всем вот этим, имела представление о том, насколько всё это опасно. Спасать помощников по поиску сестры от сладостей заколдованной кондитерской не входило в список ее добрых дел на этот месяц.
- Как нам войти, - посмотрела на дверь, - если вы видите вход, а я нет? Я не останусь на улице. Если Габби в опасности, я…
Она сжала кулаки.
«Никаких когтей», это было условие Валерии.
- Простите. Я просто… не смогу тут ждать.

+2

6

Хм. Это действительно было интересно.
Валерия отчетливо видела роскошную кондитерскую - со сладкими булочками на полках, леденцами всех форм и размеров, уютными столиками и даже декоративным камином в дальней части зала.
Герри явно видел то же самое.
Но не только. В кондитерскую действительно заходили люди, также как и выходили. Обычные люди, которые шли по своим делам, очаровывались вкуснейшим запахом булочек с корицей и штруделей, покупали себе перекус, и… спокойно шли дальше по улице. Или мамы с детьми, которые сразу покупали пирожные коробками. Магазинчик выглядел так, как будто стоял здесь уже некоторое время и приобрел своих покупателей.
Но Лора говорит, что не видит его, а видит нечто иное.
Вэл постояла минутку и потерла переносицу.
Самых очевидных предположений, основанных на полученных за последний месяц знаниях напрашивалось два - или здесь была замешана магия иллюзий, или тут был некий портал в другое измерение. И в этом портале Лору “забанили”. Возможны были и более сложные варианты, и компиляция первых двух.
С иллюзиями бороться было возможно, а вот порталы… С ними все было сложнее, в частности потому, что с этой магией Валерия была знакома только в теории и очень поверхностно. В этом случае или придется уговаривать Лору стоять здесь и ждать, или… Или придется все-таки наступить на горло своей гордости и звать кого-то из старших.
- Так… Просто так я тебя туда провести не смогу - я не того уровня волшебник. Хорошо бы понять, что это вообще за место… Тут нужно… немного поизучать. Предлагаю сделать так. Герри, ты у нас за специалиста по связям с общественностью. Можешь порасспрашивать покупателей - что они думают о кафе, как давно сюда ходят? Можно притвориться каким-нибудь блогером, который пишет заметку в соцсеть, или что-то в таком духе. Лора… Ммм… Посмотри, кстати, пресловутые соцсети. Погугли эту кондитерскую - есть ли она на гуглкартах, как давно появилась эта отметка, есть ли отзывы в сети?… Ну а я… Ну, что ж… Я попробую разобраться, что именно за магия тут замешана. Если не хотите заниматься именно этим, можете еще что-то придумать, но надо понять - насколько это место... Ну как бы... Реально.
Валерия не стала дожидаться, что именно решат Герри и Лора. Не хотят действовать по предложенному плану - их право. Все равно надо было заняться расследованием магической части. Заниматься этим прямо у витрин было опасно - можно было привлечь внимание хозяйки и посетителей странными жестами. Да и когда волшебник шепчет там себе что-то под нос, глядя в витрину с булочками - это тоже довольно подозрительно для людей, сидящих за столиками по ту сторону стекла.
Поэтому Вэл отошла немного подальше, сев на скамейку, стоящую на пешеходной части улицы.
Несколько почти незаметных пассов на простенькое заклинание определения магии. Оно было хорошо тем, что ему мог научиться даже начинающий волшебник. Проблема его была в том, что магию оно определяло как бы… давая волшебнику "зрение", а магия была для этого зрения источником света. Если ты смотрел на горящую свечку или лампочки на новогодней гирлянде - тебе было комфортно. При взгляде прямо на яркую лампу - глаза начинали болеть. При прямом взгляде на солнце можно было временно ослепнуть. Это заклинание работало почти также, только со всем организмом волшебника. Попытавшись разобрать с его помощью источник слишком сильной магии можно было потерять сознание.
Валерия начала аккуратно концентрироваться на предметах вокруг, прибегнув к нему. Пока что она избегала взгляда на сам магазин.
Булочки… Коробки с пирожными… Леденцы… Нет, от них совсем не веяло никаким колдовством. Либо магическое воздействие на них каким-то образом скрыли, либо черви в креме были признаком самой обычной антисанитарии. Им троим оставалось лишь надеяться на второй вариант, поскольку в случае первого… Они имели дело с таким сильным волшебником, что все равно ничего не смогут сделать. Скорее всего, даже договориться.
Валерия аккуратно, медленно переводила взгляд на пекарню, постаравшись по максимуму сконцентрироваться. Если она опять упадет в обморок, недооценив свои силы… Это будет просто позорище.
Нет, на удивление ее всего лишь немного замутило. Самую малость. Магия внутри помещения была, хотя чувствовалась издалека и из-за закрытых дверей не так остро.
И все же этот источник магии был подобен яркой лампе. Смотреть на него слишком долго становилось мучительно больно.
Вэл инстинктивно отвела взгляд, потеряв концентрацию. У нее не было никакой возможности определить конкретнее ни тип магии, ни силу, ни попробовать выделить какие-то конкретные источники.
А ведь опытный маг мог бы сконцентрироваться, мог бы выдержать и понять больше.
К ее удивлению, в последний миг действия заклинания, когда она отвела взгляд на стоявшую неподалеку Лору, она заметила след магии на ней.
Хм, это было интересно.
Ничего конкретного Вэл понять также не смогла, но… Возможно, вместе с остальными данными у нее сложится более конкретная картина. Вроде бы ни следов гипноза на людях, ни следов какой-либо еще магии на кондитерских изделиях не было. Выглядело все как самый обычный магазин.
Она вернулась к Герри и Лоре и спросила:
- Ну что? Как успехи? Что-нибудь узнали?

+2

7

— Рад знакомству, Лора, — отвечает Герри, радостно пожимая ее руку — все же как никак первый им встреченный мутант!
Но в данный момент нет времени на любопытство. Он с удивлением слушает рассказ девушки, практически не отрывая взгляда от витрины кондитерской. Не похоже, что заведение находится на реконструкции, однако причин не доверять Лоре у него нет. В ее голосе он слышит искренность и горячее желание отыскать свою сестру. И Вэл ей доверяет, ведь иначе бы она его предупредила, будь что не так…
Потому он даже не сомневается в правдивости ее слов.
Не без омерзения Герри передергивает плечами, услышав про червей в креме. Какая мерзость! Это даже звучит ужасно.
Он, конечно, своими глазами видит то, как кондитерская ломится от всевозможных лакомств, но все равно… С магией он успел познакомиться и увидеть то, на что та способна, а следовательно сказанное Лорой очень даже звучит реалистично. И что-то у него не возникает ни малейшего желания проверять, насколько все эти сладости являются настоящими.
— Нет. Совсем не хочу, — быстро произносит Герри, встряхнув головой, словно прогоняя от себя наваждение. — Ну его… Не так уж я и голоден.
Валерия, тем временем, решает не тратить время даром и быстро набрасывает план действий. Он же морщит лоб, не понимая, как им втроем пройти в магазин, если тот не пропускает Лору, и тихо покачивает головой, вытаскивая из своего кармана смартфон.
У него возникает вопрос о том, насколько сильна магия этого места, и если это иллюзия, то сумеет ли Вэл ее развеять. Или, вспоминая тот случай с прачечной, произошедший всего несколько дней назад, вероятно, что тут находится какое-то там измерение…
Вся надежда на Валерию.
Герри хмыкает, оглядываясь по сторонам, а после пристально смотрит на посетителей, вышедших из дверей.
— Хорошо, тогда я пойду и закидаю людей вопросами, — говорит он, улыбнувшись и уверенным шагом направившись в сторону кондитерской.
На ходу он включает камеру на телефоне, собираясь последовать совету Вэл и сделать вид, что он очередной блогер с ютуба, каких сотни и тысячи. Отличная маскировка! В современном мире это уже не вызывает никакого подозрения со стороны обычных граждан. Нужно только убедительно сыграть данную роль, но с этим у него определенно не возникнет проблем.
Его целью становятся молодая женщина с девочкой пяти-шести лет, которые вышли из магазина буквально минуту назад и теперь спокойно шли по тротуару с нагруженными пакетами.
— Здравствуйте! — возникает Герри прямо перед ними, вынуждая их остановиться, и ловит их удивленный взгляд. — Можно задать вам пару вопросов о кондитерской? Я блогер, и готовлю обзор на нее.
Говоря, он применяет свои феромоны, заставляя их успокоиться и поверить ему. Лицо женщины мгновенно разглаживается, выражая высшую степень доверия к нему, а девочка так и вовсе начинает лучезарно улыбаться.
— Было бы крайне полезно услышать пару слов от покупателей, чтобы материал был объективным, — продолжает он. — Что вы можете рассказать о данной кондитерской?
— Это мой любимый магазин! — восторженно пищит девочка, подпрыгнув на месте.
— Тише, Аннет, — выговаривает ей мать, но сама тоже улыбается. — Это и правда наш любимый магазин. Мы ходим сюда уже… Давно ходим и можем сказать, что во всем Нью-Йорке нет более вкусных кондитерских изделий. Все всегда свежее и превосходного качества.
Герри делает вид, что снимает видео, и задает следующий вопрос:
— А каковы владельцы?
— Владелица, — мягко поправляет его мать девочки. — Приятная, умная и очень добрая женщина. Она нас обожает, правда, Аннет?
Дочь тут же активно кивает ей головой.
— Отлично, — расплывается в улыбке Герри. — Спасибо большое за ваше время.
— Нет, что вы! — восклицает женщина, начиная отходить, ведя дочурку за руку. — Мы были только рады пообщаться.
Следующей “жертвой” он выбирает мужчину средних лет в очках. Затем трех молодых девушек, все время хихикающих, пока он задает им вопросы. И еще двух женщин с детьми, которые носились вокруг, желая заглянуть в его смартфон.
И все говорят одно и то же — вкусные и свежие товары, а добродушная хозяйка магазина знает чуть ли не всех постоянных посетителей по именам. Удивительное единодушие. Что-то здесь точно не так. Месяц назад он, быть может, во все это и поверил бы, но не после последних событий.
Герри, недоуменно моргая, возвращается к Лоре.
— Да уж… Там, кажется, настоящая крестная фея работает, — протягивает он задумчиво и смотрит на Валерию, которая приближается к ним.
В ответ на ее вопрос он лишь пожимает плечами.
— Все хвалят и любят горячей любовью это место. Сладости всегда свежие, качество обслуживания на высоте, а хозяйка — вообще чудо чудесное. Она знает всех по именам, обожает детей и угощает их пирожными, всегда дружелюбна, гостеприимна и ласкова… — Герри вздыхает, убирая телефон в карман. — Для опрошенных мною людей этот магазин очень даже реален.

+3

8

- Ага, - коротко ответила на приветствие Герри, - я тоже.
Похоже, ее маленькую ложь про червей никто не раскусил. На реакцию юноши хмыкнула без улыбки. А ведь могла наговорить еще гадостей про эту едальню. Все, чтобы ее помощники не отвлекались от главного. Ведь ее опыт сам за себя говорил: настрой всех на нужную волну, убери лишнее, и миссия будет выполнена.
Самой бы еще не отвлекаться на мысли о том, с каким наслаждением она всадила бы когти в управляющую этого гадюшника.
Кондитерская могла выглядеть как угодно мило, завлекать какими угодно лакомствами, но не стоило переходить дорогу Росомахе. Чем бы или кем бы ни была та тварь, что уволокла Гэбби, она об этом сильно пожалеет.
Кровожадные мысли не мешают Лоре вслушиваться в слова Валерии.
Изучить. Всестороннее изучение посредством наблюдения и опроса. Хороший вариант, потому Лора согласно кивнула. С легким интересом покосилась на Джеральда – Валерия отправила его проводить «соцопрос», а это многое говорило. Похоже, они уже «работали» вместе и Валерия знала его сильные стороны. Значит, этот парень – тоже из тех, кто умеет общаться? Он тоже из магов?
- Хорошо, - пристально посмотрев и на Валерию, и на Джеральда, Лора снова посмотрела на чертово здание. Вывеска «на реконструкции» предательски качнулась, как издеваясь над ней.
Телефон Кинни выглядел потрепанным, зато надежным. Она отошла подальше от кондитерской, чтобы не маячить у прохожих на виду, а еще – чтоб не мешать Герри выполнять его часть работы. Отойдя до пешеходного перехода, привалилась к стенке одного из магазинов и принялась искать информацию, попутно поглядывая в сторону Герри. Если Валерия уже показала, что за себя может постоять, о возможностях этого парня Лора была не в курсе. Будет неприятно, если он пострадает в попытке помочь ей.
Но, похоже, дела у него шли очень даже хорошо – люди останавливались, отвечали, некоторые улыбались. Валерия тоже была видна с места Лоры, а потому она чуть расслабленно вздохнула, стараясь сфокусироваться на отзывах. «Хорошая выпечка», «отличные кейки», «вкусный кофе» и все в таком духе. Отзывов было много, а информации о кондитерской мало. У них не было своего сайта или аккаунта в хоть каких-то соцсетях. Все попытки узнать, что находится в здании, приводили к картам и отзывам на разных сайтах-отзовиках.
Создавалось ощущение, что кондитерская известна только благодаря «сарафанному радио».

Пышечки просто бомба! Отпад, класс-ананас, буду ходить сюда каждый день с сестрой! Тут такое все миленькое, а тетенька-владелица отвал всего!
xxx Великая Г., ваш гид в страну нью-йоркских вкусняшек

Палец Лоры завис в воздухе над этим отзывом. Оставлен пару часов назад, геолокация подтверждена. Почему именно этот отзыв прозвучал в голове голосом Гэбби? Лора перечитала – «каждый день с сестрой»… От этих слов почему-то кольнуло в груди.
Что это? У нее что-то с сердцем?
Неважно, с этим разберется потом. Важно то, что Гэбби точно была здесь. У нее есть доказательство, которое делает все догадки неопровержимым фактом. Потому-то запах сестры и вел к кондитерской, потому-то и врала владелица – она точно видела Гэбби, но решила это скрыть.
В отзыве было несколько фотографий. На одной из них она увидела знакомую часть головы с не менее знакомым шрамом и бантиком в волосах.
Лора стиснула зубы, чтобы не сорваться и прямо сейчас ворваться в это заведение… Нет, надо держать себя в руках. Она всегда успеет разнести тут все к чертям и ошметкам.
Взгляд, брошенный в сторону кондитерской, был полон уверенности – непробиваемой, непрошибаемой, абсолютной. Лора каждой стрункой своей души чувствовала, что на верном пути, что Гэбби была там. Никто и ничто не сможет ее переубедить, даже эта дурацкая иллюзия.
Иллюзия… дрогнула. Вывеска «на реконструкции» завалилась на бок и упала.
Лора заморгала – у нее словно что-то в глаз попало. Или наоборот – выпало.
Когда она протерла глаза, то на месте закрытых дверей были вполне открытые двери. А за окнами – та кондитерская, которую она хотела сравнять с землей.
Можно было теперь помахать рукой и Валерии, и Герри, но Лоре не понравилось ощущение «выпадения песка» из глаз. Тут явно была какая-то чертовщина, и ей нужны были те, у кого был опыт с ней сражаться. А то ее опыт в войне с демонами тут не то, чтобы сильно помогал.
Выдохнув, Кинни сунула телефон в карман и подошла к кондитерской. Она внимательно смотрела через окна, игнорируя опасливые взгляды тех, кто сидел внутри.
- Для меня тоже, - дослушав парня, Лора достала телефон и протянула его, показывая скриншот отзыва Гэбби. – Она точно тут была. Когда я получила подтверждение своих догадок, я… у меня словно с глаз что-то упало. Не знаю, как объяснить. И я опять увидела это место.
Она отвернулась к ребятам, раздраженно выдохнула.
- Ненавижу магию, - прорычала, пряча телефон в карман. – Эта хозяйка похитила мою сестру. Если она опять попытается меня обмануть, я ее кишками весь квартал украшу.
Говорила она очень тихо, но очень грозно, умышленно держа руки в карманах. Валерия могла понимать, что если она их вытащит в следующий раз, то будет нарушено обещание про «никаких когтей».
Потому что Лора была ох как зла и ее когти ох как чесались.
- Идемте внутрь, - мрачно добавила, посмотрев на ребят. – Герри, я не в курсе, что ты можешь, поэтому держись за мной. Валерия, сможешь поговорить с этой теткой? Я, кажется, не в ее вкусе – не тяну на хорошую девочку.

+2

9

Как и следовало ожидать, и Лора, и Герри со своей частью работы справились отлично. Они раздобыли гораздо больше информации, чем смогла выудить Валерия из своего магического исследования.
Это несколько уязвляло ее гордость, однако компенсировалось неприятное ощущение тем, что она, как опытный руководитель Фонда, смогла грамотно оценить способности и компетенции своих подчиненных и делегировать обязанности в соответствии с ними, поручив профильную, посильную и выполнимую работу. Результаты были получены превосходные. Мелочь, а приятно.
По итогу воздействие на Лору по симптоматике все больше походило на иллюзию или гипноз. Что ж, тогда шансов у них чуть больше. И это означает, что магазин скорее всего реален.
Осталось только понять - зачем такой приятной и милой тетушке, которую так любят не только дети, но и родители, кого-то похищать? Да, место выглядело странно. Но из всего, что за последнее время она слышала от Стрэнджа, из всего, что прочла в книгах и спрашивала у отца, она сделала очень важный для нее вывод, который вряд ли был очевиден для Лоры - логика потусторонних существ может сильно отличаться от логики людей. Это надо учитывать при взаимодействии с ними, а у Лоры даже в общении с земными существами не все гладко.
Валерия притормозила и никуда не пошла, выждав, пока сама Лора заметит, что девочка не идет за ней. А в том, что она это заметит с ее нюхом и слухом, девочка не сомневалась.
Когда внимание переключилось на нее, она спросила, не тронувшись с места.
- Лора, какая вещь в расследовании преступления важнее всего, когда у тебя есть подозреваемый? - Валерия сделала еще одну паузу, дав Лоре самой продумать ответ, но продолжила, не дождавшись его, - Мотив. А мы не только не знаем с кем и с чем имеем дело, но и даже примерно не можем предполагать зачем бы этому кому-то понадобилась твоя сестра. Я так понимаю, новостей о пропажах детей в окрестностях не было? Также как мы и не видим здесь толп родителей, которые стучались бы в двери. И еще одно. Вот представь, что к тебе в магазин вломился дебошир, которого ты поколотила и выкинула. Через час он заходит в твой магазин еще раз, но с еще двумя друзьями. Каков шанс, что ты не будешь питать к ним ко всем теплых чувств?
Валерия потерла переносицу, потому что это очень хорошо - говорить про конструктив и обстоятельный подход. Но сама она каждый день думала про мать и брата. И было ужасно понимать, что сейчас она все равно никак не может им помочь.
Она вздохнула несколько тяжелее и сказала уже чуть теплее, без этого командирского наставничества в голосе.
- Слушай, я… Я понимаю, что ты чувствуешь, правда. Но если нас всех вышвырнут из этой пекарни, телепортировав куда-нибудь в российский зоопарк в в вольер к белому медведю, то мы твою сестру точно не спасем. А магия здесь чувствуется… внушительная. Я предлагаю сделать вот что. Во-первых, тебе нужно или все-таки подождать нас с Герри снаружи, или переодеться. Лучше даже вообще замаскироваться, чтобы эта дама тебя не узнала. Нам с Герри лучше зайти отдельно, присесть на чашечку чая и попробовать поговорить с владелицей. Может быть, она вообще не причем, а тебя заколдовала просто потому, что испугалась? Мышление волшебников и потусторонних существ может очень… очень сильно отличаться от привычной нам формальной логики. Стрэндж нам с Герри это недавно в Англии наглядно показал.

Герри только вздохнул следом за Валерией, молча вспомнив о случае в Лондоне и еще о путешествии в Шестое Измерение. Да уж. Уроки вышли весьма познавательными. Затем он кивнул, подтвердив слова подруги, которая пыталась убедить Лору не ломиться в двери кондитерской, а разделиться и действовать аккуратно.
— Вэл права. Нам так будет проще втереться в доверие. Может, без шума и пыли получится что-нибудь узнать о том, что здесь происходит, а если нет… Сориентируемся на месте, — после он обратился к Валерии. — Какая у нас будет легенда?

Валерия пыталась призвать к здравому смыслу, но в Лоре все еще буянила отцовская кровь. Она сжимала и разжимала руки, глядя на двери кондитерской так, будто это – цель, а она – хищник на охоте. Была бы в руках снайперская винтовка, а еще лучше – гранатомет…
Протяжный вздох. Аргументы возымели эффект – малый, но все же. И правда, зачем владелице кафе нужна Гэбби? Она, конечно, очаровашка, но не настолько, чтобы ее похищали. Все, что у них было на руках – странное заведение, наличие магии и какого-то майндконтроля или вроде того.
При упоминании маскировки Лора покосилась на Валерию. Вряд ли она знает всю подноготную Оружия Икс и Предприятия, но если и так, то попала пальцем в небо. Удобно, когда за плечами годы диверсий и маскировки разной сложности.
Бывшая псевдо-племянница Кингпина знала толк в маскировке.
- Вы видели Стрэнджа в Англии? – только и сказала она, немного расстроено выдохнув. – Я не нашла его в Санкторуме. С ним было бы проще.
Она выпалила это бездумно, на эмоциях, с которыми не знала, как поступить. Но через секунду осознала и уже более спокойно добавила:
- Простите. Я ходила к нему, но его не было, и я… не знала, к кому еще обратиться.
Прокрутив то, что говорила Валерия, и то, что добавил Герри, она потерла ладонью щеку, отворачиваясь от кондитерской. Но спиной она словно ощущала, как за ними что-то наблюдает.
Или ей кажется?
- Окей, я подожду двадцать минут и зайду, - посмотрела на Джеральда. – Не ешь там ничего, понял? Вэл, ты тоже. Я пошутила про червей, если что.

- Легенда? - Валерия задумалась. С одной стороны, со Старком они один раз накололись, придя без заранее подготовленной истории. С другой стороны… Насколько это имело смысл сейчас? Ведь совсем не факт, что местный колдун будет хотя бы в половину также интеллектуально развит, как Тони, - М-м-м, ты знаешь, Герри, мне кажется, что иногда лучше просто говорить правду. У нас нет времени все прорабатывать досконально, так что…  Мы можем ничего не придумывать и не врать. Просто аккуратно выбирать выражения. Например, если нас спросят, откуда мы узнали про пекарню, то ответим просто, что “подруга рассказала”, - предложила Валерия, кивнув на Лору, - А если спросят, почему мы так долго сидим… Скажем, что не дождались знакомую, до которой не можем дозвониться, и решили зайти перекусить. Ну и так далее…
Валерия поглядела на Лору после ее слов про Стрэнджа. Она хоть и не была уверена, что бывший Верховный Волшебник до конца с ними откровенен, но свои обязанности он все еще исполнял вполне сносно. А с учетом того, что это уже были и не его обязанности вовсе, то его можно было назвать одним из самых мотивированных волонтеров на этом свете. А может быть, и на том тоже.
- Сейчас с магией все… Довольно сложно. Если не вдаваться в подробности, то имеет место… дестабилизация магического фона по всему миру, которая еще не улеглась. У Стрэнджа много работы, но если у нас все будет совсем плохо - как-нибудь его достанем, - обнадеживающе сказала девочка.
Хотя она была не совсем уверена, что удастся найти Стрэнджа быстро, но… В конце концов, куда он денется? Есть много способов привлечь внимание такого человека. Главное, не привлечь раньше него пару десятков Мстителей. Или папу.
Наконец, они с Герри направились в пекарню.
Дверь открылась с приятным для слуха звоном колокольчика, что только добавляло
ощущения какой-то неестественной сказочности этому месту. Когда ты изучаешь магию, начинаешь чувствовать это. Нет, это было не ощущение тревоги. Чувствовалось именно…  что-то волшебное. Не-волшебники скорее всего не заметят этого, а даже если интуитивно почувствуют - спишут все чувства на запах сочных булочек и хороший дизайн.
Сплетение лей-линий в этом месте само по себе по идее не должно было давать такого эффекта. Оно лишь усиливало что-то еще.
Они встали в небольшую очередь, в которой даже люди стояли как-то… мило.
Усатый мужчина в шляпе расплачивался наличными за большую покупку, состоящую сразу из торта и нескольких видов печенья, и весело перешучивался с пожилой дамой и ее внуком. Он советовал им попробовать какие-то местные вкусности. Обычно в очередях все стояли, сконцентрировавшись на своих телефонах, но тут разговор у людей заводился сам собой.
Валерия решила, что слушает и разговаривает с людьми лучше Герри, так что предпочла оглядеться.
Несколько посетителей сидели в зоне кафе. Немного полноватая молодая девушка работала за ноутбуком, пила кофе и заедала свою работу целой тарелкой макарун различных цветов. Видимо, очень нервная работа.
Две мамочки непринужденно болтали о чем-то своем, пока их дети веселились в небольшом детском уголке вместе с одним из сотрудников кафе, который показывал им фокусы, доставая из рукавов карандаши и свернутые листы с раскрасками.
Помимо этой компании в помещении сидела лишь девочка-подросток, примерно их с Герри возраста. Поверх слишком легкой для погоды тонкой рубашки на ней была надета вязаная кофта явно не по размеру, какая-то слишком старомодная. Судя по антропологическим чертам, девчонка была выходцем из стран Ближнего Востока, но хиджаба на ней не было. Девочка выглядела довольно грустной и смотрела куда-то в стену, будучи глубоко погруженной в свои мысли - об этом говорило то, что она не пила чай, который был налит в кружке перед ней, не притронулась к пончику, но сосредоточенно грызла ноготь.
Когда пожилая дама попрощалась с “Тетушкой Поли”, пообещав обязательно зайти еще раз послезавтра, как-то сама собой подошла их очередь, но Валерия слишком сосредоточилась на изучении помещения и его гостей.
Пришлось резко обернуться на голос поприветствовавшей их хозяйки заведения. И не зря. Валерия успела заметить, что хотя дама и говорила с ними с Герри сахарным и доброжелательным голосом, она метнула очень неодобрительный взгляд на двух мамочек, которые, казалось, совсем забыли про своих детей. Еле-еле заметно тетушка Поли нахмурилась, но когда она снова посмотрела на Вэл и Герри, ее взгляд мгновенно стал добродушным и ласковым.
- Здравствуйте, ангелочки! Вижу, Вы у нас впервые. Я Тетя Поли, - мило сказала женщина, чуть поправив рукой прическу, - Ох, простите мои манеры. Современные американские дети совсем не любят таких обращений, считают себя уже совсем взрослыми для “нежностей”. Но я не могу удержаться, уж простите бабушку. Я из Германии, у нас так принято. Что-то выбрали, мои хорошие? Возьмете с собой и побежите по делам, жуя на ходу как большие взрослые, которые подают этот ужасный пример? Или все-таки спокойно выпьете чайку из старинной фарфоровой посуды? У тетушки Поли прекрасная коллекция чаев!
Старушка говорила очень мило и располагающе. Она улыбалась, хихикала и настолько гипертрофированно “учила жизни”, что это воспринималось не реальными нудными наставлениями, а уморительным концертом, самоиронией - так хорошо ей удавалась роль “пожилой леди”.
И тот цепкий взгляд хищника, который женщина кинула на двух матерей, совсем не вязался с этим образом бабушки-юмористки.

+3

10

Герри
Герри только смешливо фыркает, услышав, что Лора просто пошутила о червях. Ее признание ничего все равно уже не изменит. Даже если в данной кондитерской сладости самые обычные, то следует подумать несколько раз перед тем, как употреблять их в пищу. Он, конечно, всеяден, и ему требуется много еды благодаря сверхчеловеческому метаболизму, но границы прожорливости должны быть. Например, абсолютно точно нельзя есть еду неведомого существа, совсем не зная, каковы будут последствия.
Пропасть в каком-нибудь измерении без возможности выбраться и надеяться на лучший исход — нет, это не то, к чему он стремится.
Он следует за Валерией, уверенно заходя в магазин. И в первые же мгновения он едва не решает отказаться от своего решения не есть все эти вкусности… Как можно равнодушно смотреть на все это и не попробовать ни кусочка, когда оно так соблазнительно благоухает? Ваниль, шоколад, печенья, зефиры, кренделя и торты. От обилия всевозможных пирожных и вовсе разбегаются глаза. Герри, глубоко втянув в себя воздух, собирает всю свою внутреннюю волю в кулак, пытаясь быть твердым и несгибаемым.
Да-а… Все это дело будет сложнее и тяжелее, чем испытания в Санкторуме и в той лондонской школе.
— Надо было кредитку дома оставить для пущей безопасности, — тихо шепчет он Вэл, наклонившись на секунду к ней и тут же выпрямляясь.
По уже выработавшейся привычке он внимательно рассматривает все вокруг себя, но ничего особенного не замечает. В глаза бросается то, что люди, работающие в магазине, ведут себя несколько заторможено, и это для него после школы, набитой паразитами, не является чем-то удивительным. Даже… любопытно становится — с кем они на этот раз имеют дело?
Это кто-то, кто имеет недобрые намерения или кто-то, кто считает, что в его действиях нет ничего плохого?
Чем он ведом? Какой именно цели пытается достичь? Зачем ему нужны дети? И живы ли они, в конце концов?
Последний вопрос Герри, стоя в очереди и разглядывая посетителей, не хочет задавать, ведь ответ может оказаться поистине ужасающим.
Его взгляд останавливается на ровеснице. Сидит одна и ведет себя не так, как подросток, пришедший отдыхать… Хм. Он только смотрит на Валерию, зная, что и она заметила ее. Но подходить к той девочке пока нельзя. Это привлечет внимание.
Герри даже смотрит на экран своего смартфона для того, чтобы понять, а не пропала ли в этом магазине сеть. Кто его знает… Но вроде все нормально, а это означает, что Пятница знает, где он, и если что, то сможет оказать помощь. Остается только надеяться, что она не потребуется, и все уладится мирно и спокойно.
Ха-ха. Мечтать не вредно.
Он делает шаг вперед, когда подходит их очередь. Так. Может, и плохо, что кредитку он взял с собой, но сейчас она пригодится.
Но заговорить Герри все же удается не сразу. Хозяйка кондитерской действительно оказывается милой и доброжелательной. Она приветствует их и расспрашивает о том, что они желают и собираются ли они посидеть здесь. Он моргает, внимательно рассматривая витрины и не зная, что следует выбрать. С одной стороны, это не так важно, ведь они это все равно не съедят, а с другой — не, ну а вдруг…
— Здравствуйте. Нет, все нормально, не извиняйтесь, — он широко улыбается и смотрит на Валерию. — Мы собираемся встретиться здесь с нашей подругой и хотим занять столик, если есть у вас свободное место на троих.
— Ну конечно-конечно! — расплывается в добродушной улыбке тетушка. — Места свободные есть. Для таких милых котяток они всегда есть. Занимайте любой, который вам понравится, а я сейчас распоряжусь, чтобы вам принесли чай, хорошо?
Герри кивает и параллельно рассматривает витрины жадным взглядом, а затем вздыхает, тем самым заставив тетушку наклониться и посмотреть на него.
— Что-то не так, хороший мой? Вы немного задумчивые. Все в порядке? Мне вы можете рассказать все, а я помогу, чем смогу.
Ее голос становится еще теплее, проникновеннее, уютным, а взгляд еще более добрым и ласковым, обещающим защиту и спокойствие. При этом она посматривает куда-то в сторону, и этот ее взгляд Герри не нравится, но он не может проследить за ним, чтобы понять, на что она смотрит. Слишком высок риск вызвать у тетки ненужные подозрения.
Валерия
Надо было что-то сказать, так что Валерия подняла глаза и слегка улыбнулась. На самом же деле в голове у нее сейчас крутилась целая куча мыслей, которые ее мозг едва-едва успевал обрабатывать за доступные для приличествующей паузы доли секунды.
Мозг пытался свести воедино хаотичный массив разрозненных данных, сгруппировать их и сделать хоть какие-то выводы.
Магия. Пропажа ребенка, девочки. Неприязненный взгляд тетушки Поли на мамочек. Персонал, развлекающий детей вместо работы.
Колдун-похититель? Возможно.
Альтруист? Возможно. Просто прикрывается, чтобы скрыть истинную цель? Тоже возможно.
А если попробовать…
Валерия выбрала курс действий. Из нее была не самая блестящая актриса, поскольку она никогда не развивала эту сторону личности. Но у нее были хорошие гены - ее отец был талантлив и одарен почти во всех науках и искусствах. Она скорее всего унаследовала большую часть его талантов просто по его эгоистичной божественной воле.
Она не слишком тяжело, скорее больше разочарованно и недовольно вздохнула:
— Да нет, миссис, все в порядке. Просто наш общий репетитор очень занят, поэтому помочь нашей подруге разобраться с кое-какими задачами придется нам. Это почетно, конечно, но у нас были другие планы, - вздохнула девочка.
Тетя Поли наигранно нахмурилась и недовольно надула губки. Впрочем, так ли это наигранно? Или показалось?
—  Ох, вот так всегда. У взрослых никогда нет времени исполнять свои обязанности как следует. А потом они ругаются, когда бедняжки-детишки пытаются решать свои проблемы сами. Все им не так и не то. Правда, лапушки? А что, ваши мамочки и папочки не могут вам помочь с решением этих математических задачек?
Герри
Чрезмерная “сахарность” и заботливость хозяйки изумляют. Герри вслушивается в диалог, когда в него вступает Валерия, но сам быстренько окидывает взглядом окружающих людей, желая найти объект интереса тетушки. Посетителей, правда, много, и он не имеет понятия, на кого именно нужно смотреть.
До него доносится вопрос тети Поли, и он вновь смотрит на нее. Что-то не так или ему всего лишь кажется? Это… допрос?
— Они могут, конечно, но у них слишком много работы, так что мы решили их не беспокоить в лишний раз.
— Ах, ну так ведь нельзя! У деточек всегда должно быть свободное время на собственные интересы и игры, — тут хозяйка осуждающе цокает языком. — Все в делах да в делах, а кто будет заботиться о малышах?
Герри хлопает глазами, внимательно глядя на женщину, а затем бросает быстрый взгляд за свое плечо. Покупателей приличное количество. Появились новые посетители. И очередь собиралась хорошая, но тетя Поли, похоже, не собиралась их поторапливать.
— Нет, все хорошо. Нам пришлось перенести наши планы, но в этом нет ничего такого, — говорит он с едва заметным сожалением. — Мы хотели бы занять столик и подождать нашу подругу, если можно.
Валерия
— Ох, деточка, зачем ты спрашиваешь! Конечно же, можно! Это же кафе, - хихикнула тетушка Поли, - Чай вам принесут, а если надумаете нанести сокрушительный удар по талии - выбирайте любую булочку из ассортимента! Для новых клиентов у меня всегда скидки!
Тетушка Поли очень уж вычурно подмигнула Герри, повернувшись к нему в три четверти и приоткрыв рот во время моргания. От этого веяло чем-то из другой эпохи. В сочетании с нарядом тетушки - приталенным платьем с широкой юбкой ниже колена и ситцевым фартуком с рюшечками и кружевами - это все отдавало ситкомами пятидесятых.
— А по-моему это очень здорово, дорогая Поли, что дети так помогают друзьям! Где сейчас такое увидишь! Вот мой внук, Стив… Старший, тот, которому двенадцать. Помните, я с ним один раз заходил… Так вот, он ходит делать к уроки к соседке, которая учится четырьмя классами старше! Так мой сын оплачивает эти уроки. Не как репетитору, конечно, но все же… - посетовал пожилой покупатель, очередь которого наступила после того, как Валерия и Герри отошли от прилавка.
Тетушка с легким укором посмотрела на собеседника, но покачала головой вполне миролюбиво:
Ах, мой добрый мистер Маршалл, это говорит лишь о том, что родители вашего внука не могут найти времени, чтобы помочь ему с учебой. Ну что такого сложного - научить ребенка читать и писать? А родители его соседки недостаточно обеспечивают дочь, раз ей приходится искать заработок.
Да, Поли, конечно. Вот в мое время люди были как-то душевнее, - покачал головой дедушка, расплачиваясь за пакет с булочками.
Этот разговор хозяйки заведения с ее постоянным клиентом хорошо доносился до них с Герри. То ли потому что дедушка был глуховат и немного прикрикивал, а тетушке Поли, соответственно, тоже приходилось отвечать ему довольно громко. То ли потому, что они не очень далеко сели, а акустика в кафе была хорошей.
Чай один из помощников принес почти молниеносно - большой красивый китайский чайник, чуть ли не антикварный. И пару чашечек из того же сервиза.
И вдруг Вэл, которая все пыталась дополнить складывающуюся картину в своей голове, посетила интересная мысль. Была в ответах этой странной дамы одна фраза, которая была сказана слишком уверенно, слишком… твердо, чтобы быть гиперболой.
Вэл ощутила, что у нее буквально загорелась лампочка над головой, как в глупых мультиках.Она пока не была точно уверена, что это может точно значить, но еще один факт был положен в копилку к остальным. Она шепотом спросила приятеля:
Хм… Герри, тебе не кажется, что школьник двенадцати лет должен уметь несколько больше, чем просто читать и писать?
Герри
— Ага, — кивает он в ответ на вопрос. — Она как будто оторвана от реального мира и не знает, как все должно быть на самом деле… Хотя, почему “как будто”. И плюс ее гиперзабота…
Герри задумчиво хмурит лоб, прислушиваясь к разговору хозяйки с посетителем, а затем откидывается на спинку стула и принимается рассматривать чашку с горячим чаем перед собой. Интересно, можно ли это все же пить или стоит поостеречься? Пожалуй, все же нет, чем да.
— Что делаем дальше? — спрашивает, с любопытством осмотревшись в поисках чего-нибудь, за что можно будет зацепиться. — Ждем Лору?
Вряд ли получится действовать прямо под носом тети Поли, но вдруг что-то получится… Нельзя донимать других посетителей, так как это банально невежливо, да и не факт, что это чем-то им поможет. Но с чего-то нужно начинать.
Валерия
Да, можем ее подождать, но… Все равно нам оставшееся время надо чем-нибудь заняться. Может, поговорим с той девчонкой? Она выглядит очень обеспокоенной.
Герри
— А давай, — кивает Герри, посмотрев на ровесницу, и добавляет, метнув настороженный взгляд в сторону хозяйки: — Надеюсь, мы этим не спровоцируем тетушку Поли.

+2

11

Вэл:
- Ну, если спровоцируем - явно выясним что-нибудь полезное, - фаталистично вздохнула Валерия, и как можно более обеспокоенно посмотрела на девочку. Потом на Герри. И поиграла глазами, мол, ну что, пойдем?
Пусть все выглядит как можно более правдоподобно.
Они подошли к темноглазой и темноволосой девчонке, которая этого, казалось даже не заметила. Она сидела в углу, между двумя большими панорамными окнами и нервно поглядывала то в одно, то в другое.
- Привет. Ты выглядишь очень встревоженной. С тобой все хорошо? - Валерия постаралась включить всю свою ангельскую милоту.
Девочка обернулась на них, встрепенувшись, словно забыла обо всем происходящем.
- Привет… Да нет… Все… Все просто запутанно…, - сказала собеседница и снова нервно глянула в окно.

Герри
— Мы можем чем-нибудь тебе помочь? — приветливо улыбнувшись, спрашивает Герри.
Девочка отрицательно покачивает головой. Словно вспомнив о чем-то, мрачнеет и, тяжело вздохнув, смотрит на них.
— М-м… нет, не думаю. Если только у вас нет какой-нибудь лампы Алладина или волшебной палочки, которая бы все исправила… — она вновь смотрит в окно и обратно на них. — Извините. Мои родители… люди старых традиций, и… Вам это не будет интересно.

Вэл
- Да, увы, волшебной палочки под рукой нет, но у меня тоже… как бы так правильно сказать… Семья патриархальных устоев, - попробовала заговорить Вэл. Она выразительно поглядела на Герри, пользуясь тем, что девчонка все еще смотрела куда-то в пол. Мол, давай, ты же Очаровательный Паук!
Вэл опасалась, что это может вызвать раздражение собеседницы. Она уже представляла в голове картину мира, познакомилась с описанием быта и культурных устоев в различных странах и регионах. Вряд ли “патриархальный” уклад ее семьи хотя бы на малую толику походил на те проблемы, с которыми могла столкнуться эта девочка.
Но на удивление та только тяжко вздохнула:
- Вы белые американцы. Даже самые олдскульные семьи у вас и близко не похожи не мою.

Герри
Многозначительный взгляд Валерии сложно пропустить. Герри хотел было скорчить непонимающее выражение лица, а затем вспоминает, что он способен легко повернуть ситуацию и весь разговор в их пользу. Не сказать, что это честно по отношению к девочке, но с ней ведь ничего плохого не произойдет, да и они не используют ее историю ей же во вред.
С этими мыслями он аккуратно воздействует на ее настроение, ободряя ее и повышая ее расположение к ним.
— Ты права, — соглашается он. — Но мы можем выслушать, если ты хочешь. Мы можем присесть?
Девочка с сомнением кивает, и он занимает свободный стул напротив нее. Но она ничего не говорит, хотя она выглядит более… умиротворенной.
— Так, и что случилось?
— Мои родители решили, что традиции важнее того, чего мне хочется, — печально та отвечает. — Даже если те давно устарели.
— Звучит не очень хорошо… — протягивает Герри, нахмурившись.
— Да, не очень, — с усмешкой подтверждает девочка. — Мою жизнь отбирают у меня. Меня лишают свободы, отдают замуж за незнакомца и возвращают на родину только из-за того, что у нас так принято.
Каждое ее слово внезапно начинает звучать со злостью. Голос ее звенит от напряжения. Герри даже думает, что ее нужно успокоить, пока она не привлекла внимание тети Поли, но ее плечи устало никнут, и она качает головой, словно у нее иссяк запас энергии.
— Это несправедливо.
В этом момент она бросает взгляд в сторону тети Поли, продолжавшей общаться с покупателями. Странный взгляд, подмечает про себя Герри. Словно она искала защиты и помощи у женщины, но в то же время сомневалась в этом.

Вэл
Что сказать на такое Валерия даже и не знала. Еще совсем недавно она была слишком маленькой, чтобы всерьез задумываться о таких вещах - отбираемая жизнь, замужество… Есть в бытии ребенка что-то несравненно простое и легкое, что исчезает из твоей жизни навсегда, когда ты становишься старше.
- Паршиво. А ты… Ты не пробовала обратиться в социальную защиту? - переспросила она, вспомнив свой собственный печальный опыт. В конце концов, в таких центрах были и дети с какими-то подобными проблемами.
Девочка вздохнула еще раз:
- Я думала, но я… Не знаю. А вдруг меня депортируют?
- А ты родилась в Штатах?
- Угу…
- Но… Тогда ты гражданка Америки…
Краем глаза Валерия оглядела пространство вокруг. Тетушка Поли была занята клиентами, однако один из ее официантов очень внимательно их слушал. Не вмешивался в беседу, не подходил, но слишком уж подозрительно, слишком аккуратно складывал на поднос не такое большое количество посуды с соседнего столика, из-за которого только что ушли мамочки с детьми. Как будто он… “завис”.

Герри
Герри молчит. Такого ответа он точно не предполагал. В мире, в котором он вырос, человечество изо всех сил пыталось свести древние традиции к минимуму, боролось за права человека и всякое такое. Конечно, там не истребили все подчистую, но к 2030-му году приблизились к этому значительно, но здесь… похоже, все иначе, ведь сегодня 2016-й год.
Ему приходится только вздохнуть и откинуться на спинку стула, не зная, что бы такого правильного сказать в данной ситуации.
— Если ты гражданин США, то тебя никто не будет выгонять из страны, — уверенно произносит он. — Ты имеешь право бороться за свою жизнь. Даже если родители этого не понимают и не хотят принимать.
Девочка, безусловно, это и сама понимала, но ему показалось, что ей будет важно услышать такие слова и почувствовать поддержку со стороны.
За их столиком воцаряется тишина, и Герри, вспомнив о том, по какой причине они сюда пришли, решает спросить ее об этом месте.
— Хорошее место. Твое любимое?
Девочка смотрит на него и отрицательно качает головой.
— Нет, я здесь в первый раз… Просто хотела побыть в одиночестве, а тетя Поли была очень добра и даже бесплатно угостила меня, — на ее губах расцветает слабая улыбка. — А как вас зовут?

Вэл
Соседние столики за время их короткого разговора резко оказались по большей части заняты внезапным наплывом клиентов, так что Тетя Поли несколько минут не обращала на них внимания.
Валерия раздумывала, стоит ли называть свое настоящее имя. С одной стороны, ей определенно стоило бережнее охранять тайну своего происхождения. С другой - о ней и так были осведомлены уже многие, да и не хотелось этого делать из-за банальной гордыни. Ее отец никогда не скрывал своего имени. Все его враги и союзники всегда знали его в лицо.
Сейчас темная сторона пересилила.
- Валерия, - представилась она, обдумывая, в каком ключе продолжить разговор.
Хотелось успокоить девочку и как-то помочь, но Валерия понимала, что законы могли оказаться куда заковыристее, чем думал Герри. Вряд ли девчонку станут депортировать в такой ситуации, но… Нужно было внимательно изучить все юридические тонкости.
Неожиданно к их столику подплыла  улыбающаяся Тетушка.
- Ох, какие заботушки. Даже заставили нашу смуглую грустняшку улыбнуться, - слова тетушки были по обыкновению сладко-медовыми, но как Валерия ни пыталась уловить какие-то нотки сарказма или скрытой агрессии, у нее это не получалось, - Милая, хочу тебе напомнить… Если тебе некуда пойти - ты можешь остаться у тетушки Поли сколько захочешь.
Тетушка на секунду задумалась, а потом по очереди посмотрела на Валерию и Герри:
- Детишки, у вас-то, надеюсь, все хорошо? Вас не обижают родители, как эту бедную девочку? Если вдруг что случится, а у подростков вечно что-то случается, то приходите! Тетушка Поли всегда найдет для несчастных, потерянных детей чашечку вкусного чая и теплое местечко.

+2

12

Герри

Герри отрицательно качает головой, улыбаясь.
— Нет, у нас все хорошо, спасибо за беспокойство. Мы просто увидели, как она грустит, и решили узнать, можем ли мы чем-нибудь помочь… — пожимает плечами, как бы говоря, что это само собой разумеющееся.
Что-то не так.
Что-то определенно точно не так.
Забота тети Поли чрезмерно навязчива и ненормальна. Чего-то такого можно ждать от родителей или бабушек с дедушками, и то лишь от тех, кто буквально одержим гиперопекой, но никак не от человека по отношению к чужим и незнакомым детям. Это подозрительно.
Он смотрит на девочку.
Знает ли она что-то такое о тете Поли? И почему она сейчас смотрит на нее с надеждой и смятением?
Что здесь происходит?
— Ох, это так мило с вашей стороны! — радостно говорит хозяйка. — Мне так приятно наблюдать за такими детишками…
В этот момент что-то происходит — за спиной тети громко распахивается дверь, слышатся тяжелые шаги и злой голос. Герри моментально оборачивается и вытягивает голову, чтобы рассмотреть. Если это Лора не выдержала и заявилась, то пора готовиться, но… это не она.
Это женщина старше сорока. Лица ее он не видит, но она водит глазами по витринам, а затем расталкивает других посетителей, стоявших в очереди, и даже отталкивает в сторону чужого ребенка. Игнорирует их возмущенные слова и кулаком стучит по прилавку, подзывая к себе хозяйку.
— Мне нужно срочно сделать заказ! — возвещает она на все помещение.
Пару секунд все официанты, как один, дружно смотрят с неприязненностью на женщину, и с точно таким же выражением лица, которое застыло на лице тети Поли. Но этот момент проходит, и Герри едва успевает отвести взгляд и садится на стуле ровно, толком не успев понять, что это было.

Валерия

Валерия сидела в этот момент спиной к официантам, так что синхронности, которая бросилась в глаза Герри, не заметила.
Она обдумывала другое.
Во-первых, то, что папину библиотеку давно следовало перевести в цифровой формат. Или спросить, может быть, папа уже это давно сделал, а Валерия в своей учебе даже не задумалась о столь простой идее.
Как бы сейчас пригодилась возможность поискать похожие случаи в заметках чародеев прошлого! Судя по некоторым манерам этой дамы, Валерии начинало казаться, что она… несколько старше, чем выглядит. Прилично старше.
Во-вторых, она все больше и больше вспоминала уроки, вынесенные из пары приключений с Доктором Стрэнджем.
Подозрительная забота тетушки обо всех людях категории “восемнадцать минус” давала практически стопроцентную гарантию того, что исчезновение сестры Лоры связано с этим местом. Но все же чего-то в мозаике не хватало… Чего-то…
В уме юного гения что-то привычно щелкнуло, Валерия в очередной раз мысленно проигрывала в голове все недавние диалоги.
Родители. Дети.
Что там сказала тетушка? “Тетушка Поли всегда найдет для несчастных, потерянных детей”
Какие же дети являются потерянными с точки зрения существа, которое явно мыслит немного архаично? Сироты, жертвы физического и психологического насилия, брошенные на произвол судьбы…
Валерия достала телефон и набрала Лоре сообщение: “У вас с сестрой были проблемы с родителями? Кратко, по пунктам. Важно!”.
Слушай… - Валерия снова перевела взгляд на собеседницу, которая тоже отвлеклась на скандал у кассы, - Может, все-таки стоит позвонить… Ну не знаю, в полицию?
Я думаю над этим, - вздохнула девочка, - Но тетушка Поли предлагает остаться у нее, если мне некуда пойти. Мне одинаково страшно идти что к ней, что в полицию… Так что я не решила…
Герри хмурится, слыша эти слова.
— А ты уверена, что это безопасно? Ну, оставаться у незнакомой женщины?.. — последнее он произносит шепотом, словно опасаясь, что их услышат.

Лора

Сообщение пришло оперативно. “У нас нет родителей”.
Очередное «динь-дилинь». В кондитерскую зашли три девушки, щебечущие на беглом японском. Все темноволосые, в синих юбках выше колена и таких же синих пиджаках, с красными короткими галстуками и в голубых рубашках. Черные маски на лицах и темные волосы делали их почти неотличимыми, как и умеренно активная жестикуляция.
- Сони-чан! – воскликнула одна из девушек, и зачирикала что-то, восторженно выпучив глаза. Та, к кому она обратилась, покивала головой, ответила что-то, и вся троица тихонько захихикала.
- Эй, тише там! – недовольная всем женщина, все еще не сумевшая сделать выбор между пирожными с заварным кремом и пончиками с посыпкой, негодующе шикнула. – Вы мне мешаете!
- А кто вам не мешает, милая? – с загадочной улыбкой поинтересовалась тетушка Поли. – Давайте все же поможем вам выбрать. Девочки радуются жизни, это же так замечательно!
- Ничего, скоро встретят принца на коне, а он окажется идиотом на осле, - фыркнула женщина, но все же ткнула пальцем в пирожные. – Эти, и еще вон те. Побыстрее, меня дочь в машине ждет.
- Ох, бедняжка, - запричитала тетушка, пока официант вытаскивал указанные пирожные, - совсем одна, в машине… Почему бы не позвать ее сюда? Она ведь…
- Не ваше дело, - женщина уже совсем раздраженно вспылила. – Боже, что за город – все норовят сунуть свои носы в чужие дела! Если бы не ее просьба, ноги моей тут не было!..
Перепалка на кассе сходила на «нет», но знатно всех отвлекала. Три девочки, похожие на туристок, снова защебетали на своем языке, но гораздо тише. Одна – та самая, к которой обратились как Сони, довольно живо начала указывать на столики, а другие не менее живо закивали. Затем две девочки остались стоять в очереди, а третья бодрой, слегка пританцовывающей походкой двинулась к столику на двоих. Постояла возле, покосилась на столик, за которым сидели Герри с Валерией и еще девочкой.
На мгновение взгляд девочки стал цепким, изучающим. Ее походка не изменилась, как и яркая, полная задора, жестикуляция, но взгляд стал совсем иным. В несколько шагов она подошла к столику, встала между Герри и Валерией, подняла перед собой ладонь в приветственном жесте.
- Здрась-твуйте! – мило зажмурившись, она помахала ладонью. Акцент был настолько натуральный, что, если бы не подозрительно отсутствующий характерный разрез глаз, можно было принять ее, как минимум, за американскую японку. - Вась стуль свободный?
Она указала на еще один стул, что стоял рядом с девочкой, с которой говорили ребята.

Герри

Герри, отвлекшись на разговор с Вэл и девочкой, пропустил появление в магазинчике новых гостей.
— Кстати, забыл представиться. Я — Герри. А тебя зовут как?
— Алия, — смущенно отвечает девочка, бросив задумчивый взгляд в сторону громких голосов, раздающихся со стороны прилавка. — Спасибо, что вы пытаетесь подбодрить меня, но если у вас есть дела, то…
Он не успевает ответить ей, так как в этот момент к их столику подходит девушка и заговаривает с ними с японским акцентом. Такой он слышал, когда был в Японии во время расчистки завалов после падения небоскребов. Он впадает в ступор, не зная, что ответить, и внимательно смотрит в лицо девушке, а затем переводит взгляд на Алию и Валерию, и только после до него доходит…
Лора!
Ее и не узнать.
Восхитительно!
Ну кто еще мог к ним подойти?
Разрез глаз не такой, какой должен быть, и это видно, если приглядеться, но черная маска и одежда делают ее совершенно неузнаваемой. Идеальная маскировка. Но даже этого может быть недостаточно, если тетушка Поли решит, что здесь затевается что-то странное — к Алии уже подсаживается третий человек. Со стороны, как минимум, это должно выглядеть подозрительно.
— Да, конечно, присаживайся, — выпаливает он на автомате, не успев обдумать свою мысль о том, что это может привлечь нежелательное внимание.
Особенно с учетом того, что и официанты ведут себя здесь очень странно. Кстати, о них… Герри посматривает на них и осознает, что они не говорят ни слова, а то и вовсе ведут себя заторможенно. Или это ему так только кажется? Или они все под контролем неведомого существа? Если так, то это ужасно. Надо всем как-то помочь.
— Места у нас на всех хватит, — произносит он с улыбкой на лице, фаталистично решив, что как повернется ситуация дальше, то значит так она и повернется. — Отличный прикид.

[icon]https://i.imgur.com/ll6piMP.jpg[/icon]

Отредактировано All-New Wolverine (25.05.2022 22:24)

+1

13

Маскировка Лоры была отличной. Вэл сначала даже удивилась, кто это решил к ним подсесть, но… Но все слишком хорошо складывалось - и соответствовало ее собственному совету.
Валерия лишь кивнула новопришедшей “японке”, сконцентрировавшись на общении Алии с Герри. Она еще больше убеждалась в правильности своих выводов насчет того, что здесь пропадали… Ненужные, брошенные дети. Поэтому и случаев исчезновения было мало. И категоричный ответ Лоры очень удачно вписывался в эту концепцию.
А вот Алию присутствие еще одной незнакомки испугало. Или смутило - ей явно было неловко от внезапного вторжения в личное пространство такого количества людей, пусть и ровесников. Возможно, очарование Герри начало спадать, или доза феромонов была слишком слабой, и смущение сейчас перевесило.
Алия нервно оглянулась по сторонам, и, казалось, что еще немного - и она решит уйти.
Надо было ловить момент.
- Алия, скажи, - общение было не самой сильной стороной Вэл, а без возможности как-то перейти к делу, она чувствовала себя топчущейся на месте. Девочка все же постаралась говорить помягче, более спокойно и вроде как непредвзято, но искорки требовательности все равно мелькнули, - А что тебе конкретно обещала тетушка Поли? Герри ведь дело говорит - оставаться у совсем незнакомого человека может быть опасно. С тем же успехом любой встречный на улице может позвать тебя переночевать у себя. Ты же не пойдешь с ним?
Казалось, что Алия действительно крепко призадумалась над этим вопросом:
- Ну, тетушка сказала, что многим помогла также, как мне. Что она может спрятать меня у себя, и что меня… никто не найдет. Она была такой милой… Дала мне теплую кофту, накормила… Разрешила просто остаться в кафе на ночь, если мне некуда пойти… Что у нее очень много приемных детей и внуков, и поэтому она так сочувствует мне…
Возможно, дожимать не стоило, но Валерию все это начало немного раздражать, хотя эмоции она контролировала. Они не продвигались вперед.
- Слушай… Но это же странно. У нее столько детей и внуков, но она одна здесь в Нью-Йорке? Почему она не с ними?
Алия тяжело вздохнула. Может быть, она не хотела думать о таких вещах, и просто искала поддержки у первого попавшегося человека, который предложил помощь.
- Да. Ты права, все это слишком крипово звучит. Наверное, действительно стоит пойти в полицию.
К большому сожалению, именно в тот момент, когда Алия довольно решительно произнесла эту важную фразу, мимо столика проходил официант. Он замер, словно истукан, словно деревянный солдатик - с идеальной выправкой, с подносом в руке, с пустым взглядом, направленным вдаль. Это произошло так странно, так близко и внезапно, что не заметить этого было просто нельзя. Даже Алия округлила глаза.
Потом произошло нечто совсем странное. Рука официанта с подносом в руке на секунду словно оплавилась, как воск горящей свечи, и начала стекать по направлению к полу. Однако, это длилось всего пару секунд, после чего официант снова “ожил” и вернулся к своему нормальному поведению, направившись в сторону подсобки.
И как назло, именно сейчас в кафе осталось слишком мало людей - все ушли из-за столиков, даже девочки-японки быстро допили свои коктейли и отправились дальше по делам. В очереди стояли лишь пара человек, которые заказывали булочки с собой. А тетушка Поли постоянно смотрела в сторону их столика.
Кем бы ни была эта женщина, она явно окончательно признала странную компанию возмутителями спокойствия.
- Герри, - сказала Валерия, уже не обращая внимания на Алию, - Кажется, мы вляпались. Сюда никто не заходит последние пару минут. Боюсь, что люди снаружи сейчас видят на пекарне табличку с надписью “технический перерыв”.
- Что? - спросила Алия, - Вы о чем?
- Они о том, что не хотят пустить тебя к остальным детишкам. Мнят себя взрослыми, которые делают все в своей жизни, чтобы страдать побольше. И хотят, чтобы другие тоже страдали, - пропел мелодичный детский голос, выходя из подсобки, - Вынюхивают здесь что-то, пытаются сделать тебя несчастной, Алия.
Оба последних клиента забирали заказы и направлялись к выходу, поэтому не обращали внимания на странную сцену. А к ним шла девочка лет пяти, которая была настоящим воплощением фильма ужасов - в милом розовом платье с кружевами, в белых носочках и бежевых ботиночках. Светлые волосы были заплетены в две косички. Все было бы прекрасно, если бы лицо девочки не было таким же стекающим, как ранее рука официанта - словно подплавили восковую фигуру. Но сейчас воск словно укреплялся, восстанавливался, и когда девочка подошла поближе - у нее уже было обычное милое личико розовощекого карапуза-ангелочка.
Дверь хлопнула, свет лишь на секунду “моргнул”.
Рядом с детьми с пустыми глазами, смотрящими в никуда, как восковые фигуры, стояли девочка и второй официант. А вокруг столика по кругу расхаживала тетя Поли с очень недовольным лицом. Сейчас, когда она теряла контроль над собой и эмоциями, было видно, как от ее рук тянулись тонкие, рястянувшиеся как слизь нити, которые связывали ее с двумя другими фигурами. Нити при этом не разрывались, даже если натыкались на что-то, что должно было бы слишком сильно растянуть эту нить или разорвать - как “слайм”, как тянучка-антистресс для рук они огибали препятствия, не разделяясь полностью, и сходились в единую нить уже в новом месте.
- Задаете странные вопросы, совсем как взрослые. Мешаете ее счастью - совсем как взрослые. Современные дети ужасны! Они были ужасны уже в семидесятые, когда местный колдунишка с жиденькой бороденкой меня изгнал!  - тетушка Поли нервно дернулась, и ее лицо на несколько мгновений также “поплыло”, но это быстро сошло на нет, - Но сейчас совсем невыносимы - целуются у всех на виду, употребляют то, что употреблять нельзя, некоторые даже... фу... рожают собственных детей! Куда катится мир! Столько лет, столько достижений гуманизма ради того, чтобы дети имели нормальное детство без взрослых проблем - а детям не сидится на месте. А я ведь чувствую в вас это. Вы ведь тоже брошены, вы тоже одиноки. У одного из вас нет отца. А у другой - матери. На вас нет запахов родных. Неужели вам не одиноко? Вы же брошены!
Тетушка в упор смотрела на Герри и Валерию, полностью игнорируя в данный момент перепуганную Алию и Лору.
- Ваши родители слишком много работают и про вас забыли? Бросили тех, с кем вы живете ради других? У меня нюх на это, на несчастья. Я чувствую брошенных детей. Зачем вы отваживаете эту несчастную девочку от меня? Почему бы вам просто не пойти со мной - у меня есть целый мир, где можно гладить овечек, где облака из мармелада и реки из молочного коктейля. Там есть все нужное. У меня все счастливы, я никого не обижаю. И самое главное - там не надо взрослеть! Никто не будет любить вас так, как я! - шея тети Поли вытянулась как резинка, и ее несколько увеличившаяся в размерах голова зависла прямо над столом, оглядывая всех своих собеседников сверху.
В этот момент Алия, наконец-то пришедшая в себя, истошно завизжала.

+3

14

С каждым словом Алии глаза у Герри постепенно округляются, а брови ползут вверх. Как же можно было довести ее до того, чтобы она поверила словам незнакомой женщины, пусть та и не выглядела, как какой-нибудь маньяк? Он не успевает согласно кивнуть на решение пойти в полицию, как рядом останавливается официант, и все его внимание моментально переключается на него. Ему еще раньше показалось странным то, что они двигались синхронно, а теперь…
Рука молодого человека сначала оплавляется, затем стекает на пол, а по прошествии нескольких секунд тот будто “перезагружается” и возвращается к прерванному действию. Пока Герри отворачивается и смотрит прямо перед собой, осознавая увиденное, Валерия, осмотрев помещение, замечает то, что посетителей становится все меньше и меньше, а новые уже не появляются. В ответ на ее слова он оборачивается, находя подтверждение сказанному, и поджимает губы.
— Ну, значит, началось, — вздыхает он, задирая рукав своей куртки, чтобы в случае чего можно было активировать костюм максимально быстро.
И как раз вовремя — к ним приближается какая-то девочка, при взгляде на которую Герри мотает головой и подавляет свое желание вскочить со стула. Нельзя. Нельзя давать этому существу понять, что они испугались. Нельзя дать ему зажать их в угол. Та начинает говорить, обращаясь к Алии, на лице которой застывает абсолютное непонимание и шокированность всем происходящим. Герри ее прекрасно понимает. Его сложно чем-то напугать, и морально он более подготовлен ко всему подобному, но все же то, что он видит, вызывает у него желание либо защищаться, либо атаковать, невзирая на то, что существо еще не напало.
Истинный лик тетушки Поли, пожалуй, ему сильно не нравится. Она говорит и говорит, и ее слова не лишены смысла, хотя Герри, слушая их, оправляется и возмущенно смотрит на нее, готовясь вступить в спор.
Брошены? Что значит “они брошены”? Он хмуро смотрит на женщину. Ее слова его не задевают, так как они полностью ошибочны, но его возмущает тот факт, что не зная ничего о нем наверняка, это существо говорит о том, что он одинок. И возмущение в нем вызывает даже не то, что она говорит о нем, а то, что ее речь явно проработана… Скольким детям и подросткам она втирала эту дичь?! Он не успевает ничего сказать в ответ, как краткая пауза прерывается и тетушка Поли продолжает свой монолог.
Герри не без удивления смотрит на существо, которое предлагает им отправиться неведомо куда для того, чтобы гладить овечек, скакать по радугам и вечность кушать сладости. Она серьезно верит в то, что это сработает? У него даже не возникает желания ее перебить. Он лишь слегка подается вперед, слушая. Все перед ним постепенно встает на свои места. Вот, куда она увела сестренку Лоры, и вот, где находятся все остальные дети — в каком-то аналоге Нетландии.
А это получается…
— Питер Пэн… — вырывается у него помимо воли. — Жизнь тебя не пощадила.
Но в какую-то секунду он от неожиданности отшатывается назад, упираясь в спинку стула. Шея тети Поли неестественно вытягивается. Голова становится больше и зависает прямо над столом перед ними.
Алия истошно вопит. Герри же в свою очередь, чтобы не выпалить ругательство, резко прикусывает язык так, что ему даже становится больно. Все это зрелище, представшее перед ним, кажется ему отдаленно знакомым, но единственное, на что он способен, это начать нащупывать кнопку на своем коммуникаторе. Черт. Черт. Надо попросить у Тони сделать так, чтобы костюм активировался либо самостоятельно при возникновении опасности, либо по его мысленному желанию.
Надо попробовать потянуть время, чтобы определиться с планом действий.
— Нет, ты ошибаешься, — он удивленно моргает, услышав внезапно свой голос, который звучит твердо и уверенно.
— Ошибаюсь? — большие глаза тетушки Поли обращаются к нему.
Герри кивает, собираясь с мыслями и взяв себя в руки. Глаза его уставлены на существо. Валерия права — они, похоже, вляпались. Более того, он сам чувствует себя раздраженным, так как слова о детях во множественном числе дают ему понять — сестра Лоры далеко не первая из тех, кто попал в ловушку, и будет не последней, если они все это не остановят.
— Ты не заботишься о детях, — отвечает он. — Ты лишь причиняешь им вред, отрезая их от всего мира и родных родителей. Каждый должен принимать свои решения и набивать шишки. Без всего этого никакое взросление невозможно, а ты отнимаешь у детей это и всю жизнь.
Он упрямо смотрит прямо в лицо тетушки Поли, которая замирает на пару секунд и начинает приподнимать голову высоко над столом, прямо как кобра. Вот это жесть! Выглядит это жутко. Его взгляд переносится к Лоре, затем к Валерии и обратно к неведомому существу, которое вновь наклоняет голову, гневно глядя на него.
— Я спасаю детей, о которых никто не заботился! Которых бросали и обижали их собственные родители! В моем мире им хорошо. Никто из них не знает горестей. Никто из них не страдает. Вздорный мальчишка! Что этот современный мир сделал с тобой?! Ведешь себя, как будто уже взрослый, а я чувствую, что ты одинок. Родные о тебе не заботятся, — ее голос смягчается, произнося это, и становится ласковым, нежным, и ее голова разворачивается к Валерии. — И твои о тебе забыли… Бедные вы мои ребятушки! Ну зачем нам ссориться? К чему вам вести себя как большие? Вы же еще маленькие и хрупкие. У вас должно быть детство. Пойдемте со мной, и у вас все всегда будет хорошо.
Герри моргает, понимая, что он выбрал неправильный тон и дал волю своему раздражению, и решает все исправить. Он сосредотачивается, воздействуя феромонами на существо и надеясь, что они на нее подействуют. Заодно медленно отводит палец с кнопки, решив, что сначала нужно попробовать договориться. Необязательно ведь драться.
— Так делать нельзя, — вновь говорит он, но на этот раз не так дерзко и вызывающе, а мягко и умиротворяюще, подкрепляя каждое свое слово паучьими феромонами. — Большинство родителей любят своих детей и заботятся о них так, как только на это способны. Нельзя взять и посчитать ребенка, у которого есть только мама или папа, брошенным. Ты же не знаешь, что послужило этому причиной. Ну нельзя так делать.
Успокойся. Не нападай. Все хорошо.
Феромоны действуют хорошо. Тетушка Поли, по крайней мере, смотрит на них дружелюбно и благожелательно, хотя длинная шея и большая голова никак не способствуют тому, чтобы почувствовать себя в спокойствии. Алия, переставшая давно кричать, тому подтверждение — она тяжело дышит и боится даже пошевелится, умоляюще смотря то на Вэл, то на Лору, то на него, и опасаясь посмотреть на существо в лишний раз.
А Герри, окончательно убедившись в том, что его способность работает, продолжает успокаивать тетю Поли.
Ты не желаешь нам зла. Не злись.

Отредактировано All-New Spider-Man (06.06.2022 04:59)

+3

15

Девушка помотала головой. 
- Сьипасибо-о, - японский акцент выходил у нее правдоподобно, как и поклон головы – все в духе воспитания Страны Восходящего Солнца. – Я сесть вонь тям.
Взяла стул и медленно отошла к соседнему столику. Поставила стул и села боком к компании, помахав рукой тем девочкам, что стояли в очереди. Новые знакомые помахали в ответ и продолжили щебетать на своем и о своем.
Делая вид, что разглаживает юбку, Лора прислушивалась к разговору Валерии и Герри с девочкой. Выхватывала основное, старательно расслабляя плечи. Признак сосредоточенного вслушивания – общее напряжение. Вряд ли кто-то здесь умел читать язык тела, но нельзя было так рано лишаться маскировки. 
«Многим помогла». Почему-то это неприятно резануло по слуху. «Много приемных детей и внуков». Гэбби любила изобразить из себя сироту, чтобы разжалобить окружающих – не ради сочувствия, а ради профита. Дети, росшие без родителей, привыкли адаптироваться и получать то, что хочется. Лора не могла заменить ей сразу обоих родителей, хоть очень старалась… Для этого можно было уйти из Людей Икс, отказавшись не только от Кракоа, но и от всего того, чем она жила. Только вот расстаться с костюмом Росомахи было не так просто. На нее надеются. У нее есть цель – не позволить больше никому делать ее клонов. Чтобы таких, как Гэбби, больше не было. Не потому, что больше не надо, а потому, что через такие страдания не должны проходить маленькие девочки с ДНК серийных убийц-кромсателей.
Хватит и тех, кто уже есть.
Сложить два и два было просто. Гэбби пришла сюда за едой. Разжалобила эту тетушку, согласилась на «погостить». Знала же, что сможет выбраться из любой ситуации… почти любой. Потому что никогда не знаешь, что поджидает тебя в лучшей кондитерской Нью-Йорка. 
Что-то поменялось. Лора потянула носом – запах изменился. Раньше в воздухе витал аромат свежей выпечки и свежезаваренного горячего шоколада, а сейчас было похоже на пыльный склад мебели. Все осталось на своих местах – и витрины с пирожными, и столы со стульями, но сама атмосфера словно выгоняла отсюда всех лишних. По затылку пробежались мурашки – явный признак испугавшегося звериного начала, дергавшегося в сторону выхода. 
Она слышала какое-то… капанье. Словно что-то большое, мягкое падало на пол. Чуть повернувшись, краем глаза заметила… плавящегося официанта. Внутри все запульсировало от желания действия – надо было что-то делать. Необходимо. 
Бей или беги. Лора предпочитала помедлить. Ведь она согласилась действовать по плану Валерии, а он включал пункт «никаких когтей».
Будь она нормальным человеком, как ее временные спутницы-японки, она бы ушла. Но у нее здесь было дело.
Вынюхивают здесь что-то, пытаются сделать тебя несчастной…
Лора повернула голову в сторону приближающейся девочки-куклы. Ее лицо стекало, как тесто, а потом медленно собиралось и принимало определенную форму. Неприятное зрелище, даже после всех увиденных ужасов и лабораторий. 
Видимо, сейчас было бесполезно бежать. 
Она не стала смотреть на тетушку Полли – только слушала, уставившись взглядом на скатерть перед собой. То, чем было здешнее… создание, слишком походило на липкий неприятный кошмар, который изо всех сил хочет забраться тебе под кожу и навсегда остаться с тобой, обещая все самое сладкое, вкусное и счастливое. Почти как все из ее прошлого. Все, кто хотел ее использовать… и использовал, пока она не заслужила права быть собой.
«Нормальное детство». Лора стиснула юбку на коленях, сжимала кулаки. Она бы отдала многое за такое детство… но для некоторых его просто не существует. И некоторые существуют не для детства, не для игр на площадках и качания на качелях, не для поедания мороженого и счастливых уик-эндов в Диснейленде. Лору создали для убийств и диверсий, чтобы заменить отца, и она показывала невероятные результаты, всего за пару миссий став лучшей.
Ей было всего восемь.
И она хотела другой жизни для Гэбби. Потому что… хоть кто-то из их семьи должен получить нормальное детство. Пусть сестра уже была отравлена правительственными программами и знала несколько способов убийств, уже убивала и устраивала диверсии, но она все еще оставалась ребенком.
Лора слушала и не вмешивалась, но все внутри нее бурлило от воспоминаний и эмоций. Тетушка Полли обещала любовь, но ничем не отличалась от тех взрослых, что любили использовать детей. Что обещали им защиту и счастье. Папочка Зебра тоже обещал заботиться о ней, а в итоге она стала его самой прибыльной малолетней проституткой. Не появилось никакого супергероя, чтобы спасти ее, потому что в ее истории она всегда спасала себя сама.
Она наконец бесшумно поднялась, мягко, в одно плавное движение оказавшись рядом с Алией. Встала спиной к тетушке, закрыла ладонью рот девочке. Другой рукой показала, что кричать не надо.
- Двигайся к дверям, - тихий шепот, пронзительно тяжелый взгляд. – Медленно.
Чтобы Алия ушла, надо отвлечь внимание. Герри хорошо справлялся – было похоже, что у него есть какой-никакой опыт в общении с такими… тварями. Лора покосилась на Валерию, вспоминая, как она угрожала каннибалам из Сан-Франциско. Это было бы эффектно, но не эффективно… может, потому Валерия позвала Герри?
- Я хочу кое-что узнать, тетушка Полли, - не снимая маски с лица, уже без японского акцента, произнесла, бесстрашно встав перед огромной головой на змееобразной шее. – Можно?
То ли воздействие Герри, то ли вежливый тон, но тетушка заулыбалась и кивнула. Выглядело довольно жутко.
- Спрашивай, медочек.
- Раз вы здесь, - Лора обвела взглядом помещение, - кто сейчас заботится о тех детях, которых вы забрали?
Она не стала говорить «похитили», но и скатываться к окончательному подыгрыванию со словом «спасли» тоже. Это было не спасение, а похищение. Гэбби наверняка думала, что сможет выбраться. Что нет ничего такого, с чем она не сможет совладать, ведь она – сестра Росомахи, а, значит, и сама немного Росомаха.
Но есть вещи, с которыми даже Росомахе не справиться.
- Мой отец, - продолжила она, воспользовавшись замешательством, - никогда не считал меня своей дочерью. Он оставил меня, потому что я уже была слишком взрослой. Взрослее него. Порой дети вырастают быстрее родителей. Это не значит, что таких детей надо спасать.
Тетушка Полли с какой-то умилительной заботой покачала головой.
- Ты такая большая, но я чувствую… ребенка внутри тебя. Ты все еще не выросла и так хочешь семью… Хочешь быть кому-то нужной, как и все дети. Вот почему ты пахнешь одиночеством – все бросили тебя… но твой запах мне знаком.
А это уже было нехорошо.
- Я здесь впервые, - сказала она точно таким же тоном, как говорила всегда. – Может, вы перепутали…
- Нет-нет, я очень хорошо запоминаю запахи детей, - тетушка Полли все еще казалась покладистой и спокойной, но то, как она всматривалась в ее лицо, скрытое под маской, было чем-то чересчур опасным. – Не такой же, но очень похожий. Не стоит мне врать, милая, я ведь тебя уже встречала? И кого-то еще, кого-то близкого…
Лора сняла с лица маску и тетушка Полли резко отстранилась от нее. И официант, и девочка снова оплыли, будто хотели резко расстаять.
- Ты! Снова будешь угрожать?! Ох, как я раньше тебя не узнала...
- Ты забрала мою сестру, - пусть взгляд Кинни стал тяжелее, но голос все еще был ровным. – Я заботилась о ней. Я для нее семья. Разве ты не этого хочешь? Чтобы взрослые заботились о детях. Гэбби, она… я хочу дать ей то, чего не было у меня. А ты забрала у меня ее. Забрала шанс на то детство, о котором тут нам рассказываешь. Забрала у меня шанс на нормальную семью.
Тетушка Полли поджала губы, всматриваясь в подобравшуюся компанию. Она так увлеклась этим, что не замечала ничего и никого кроме.
- Верни мне Гэбби! Верни... мою сестру... пожалуйста.
Голос Лоры дрогнул, а на глаза навернулись слезы. Она не хотела плакать, но… что ей делать? Эта тварь точно не понимает, что сделала… может, хоть просьба сработает.
И, похоже, слезы все-таки сработали.
- Ох, солнышко, не плачь, - тетушка наконец уменьшила свою шею и голову, даже подошла к Лоре, коснулась ее плеча. – Зачем же тебе с сестрой оставаться в таком злом мире? Я чувствую, что тебе было очень больно… Больше такого не будет. Идем со мной. Тебе незачем быть взрослой. Оставайся с сестрой… будьте счастливы в том детстве, которого у вас не было. И друзей свои бери с собой, чтобы было веселее.
На этих словах она сжала плечо Лоры – не сильно, но ощутимо, и посмотрела на Валерию с Герри.
- Зачем становиться гнусными взрослыми, если можно навсегда остаться хорошими детьми?

[icon]https://i.imgur.com/ll6piMP.jpg[/icon]

+2

16

Несмотря на все попытки Лоры помочь, бежать Алие было поздно. Что-то подсказывало Вэл, что двери кондитерской так просто сейчас не откроются. Да и вообще стоял вопрос - а в том ли измерении они сейчас находятся? Тетушка была определенно очень сильным созданием.
Несмотря на всю серьезность и опасность ситуации было сложно не улыбнуться самыми уголками губ на комментарий Герри - сказку при Питера Пена она знала, им с Франклином ее рассказывала мама, как и некоторые другие классические сказки народов мира. Да, во всех словах Тетушки Поли определенно сквозила та же идея… Мир где не надо взрослеть, где есть все, что нужно для детей…
Герри пытался что-то объяснить, но это существо, кажется, упорно стояло на своем. Неудивительно - у него была своя логика, которая подтверждалась опытом тысячелетий. Это не была логика человека.
Однако… Однако было кое-что неплохое в этой ситуации. Это существо как минимум не нападало и продолжало диалог. Кажется, от слез Лоры оно даже успокоилось.
Смотреть на Лору вообще было страшно - Валерия помнила ее Сан-Франциско. Такую сильную, такую собранную, устрашающую. Настоящую Росомаху. Было трудно поверить, что она может вот так вот плакать от бессилия.
Но тетушка пыталась ее успокоить, пожалеть. Не было агрессии, не было откровенного отказа. Была попытка прогнуть ситуацию под себя, навязать свое видение, но… Но не агрессия.
Валерия молчала большую часть этих диалогов, но не могла выкинуть из головы пару мыслей. Первую - о том, что в каком-то смысле этому существу не было чуждо сострадание. Пусть своеобразное, очень специфическое и “токсичное”, как сейчас было модно говорить. Но все же оно имело место быть.
А вторая мысль… Изгнавший колдун с бороденкой? Это можно использовать.
- Семидесятые? Вас изгонял Доктор Стрэндж? - Валерия постаралась спросить очень мягко. Так, чтобы это не было воспринято как угроза. Женщина не хотела вредить детям, так что это не должно привести сразу к чему-то непоправимо-плохому. Детям ведь свойственно говорить глупости, да?
Тетушка, принявшая после слов Лоры свой более-менее привычный и почти не оплывший вид милой старушки, осталась непроницаемой и лишь с некоторым неудовольствием подернула плечом:
- Не совсем. Скорее… Мне пришлось бежать. Я не могла позволить ему забрать у меня тех, о ком я заботилась уже столетия для этого мира. Он бы забрал, всех забрал. Несчастных и обреченных. Куда бы они пошли? Куда бы он их забрал? Отправил бы в какие-нибудь работные дома…
“Работные дома”... Валерия точно не знала, что это такое, но все в представлениях Тетушки говорило о том, что у нее какая-то каша в голове из архаичных явлений о мире. Это существо было древним… Очень древним…
Хм. А если подойти к ситуации именно с этой точки зрения? Не просить, не умолять, не угрожать, а объяснить? Стрэнджа она явно не испугалась.
- Тетушка… А Вы… Вы не появлялись здесь с семидесятых?
Тетушка перевела глазгляд одного оплывшего глаза, который как раз медленно выправлялся до своего естественного состояния на Валерию:
- Нет, зачем? Этот маг с бороденкой был хорош. Но сейчас я чувствую… Что-то изменилось в фоне, в ауре этого мира. Я чувствую новые силы.
- А вы знаете, что в Нью-Йорке новый Верховный Волшебник? Он может оказаться куда более суровым, чем Стрэндж, - все также мягко попыталась надавить Валерия.
Тетушка задумалась на несколько секунд, но затем ответила, размышляя на ходу, то, что явно не говорило о наличии страха или опасения. Она была действительно уверена в себе и своих путях к отступлению:
- Новый с семидесятых? Значит он вряд ли опытен. Я успею спасти своих моих малышей.
- Тетушка, а… А как давно вы стали собирать несчастных детей? - спросила Валерия. Надавить авторитетом старших чародеев не удалось, существо не проявило вообще никакий реакции, что было даже хуже реакции негативной. Ей было просто все равно. Значит, надо выбрать другую тактику.
Что если попробовать… Объяснить?
- С того времени, которое люди называют Средними Веками.
Хм, может быть случайный комментарий Герри про Питера Пена был не настолько уж и случайным? Возможно, именно действия Тетушки как-то сделали ее прототипом для этой сказки? Или одним из многих прототипов?
- Но ведь со Средних Веков прошло очень много времени. Жизнь вокруг и устои поменялись.
- Ничего не поменялось, - отрезала тетушка, - Сколько я не появлялась здесь - я видела одно и то же. Насилие, насилие, одно сплошное насилие. И среди богачей, и среди бедняков. Принуждение работать, принуждение как можно скорее размножиться, и снова - очередной виток насилия и принуждения.  А ради чего? Выживания вида? В двадцатом веке этот вопрос уже точно не стоял.
- Но ведь сейчас не двадцатый век, - не унималась Вэл, - Сейчас двадцать первый, и за столетие поменялось многое. Да, кто-то из родителей может уйти из семьи, но это не значит, что его ребенок умирает с голоду. Такие ситуации бывают, но в большинстве стран есть алименты, дни посещений… Ситуация Алии действительно ужасна и отсылает в те далекие времена. Но ее находят ужасной и большинство жителей Америки. Это дикость даже по меркам многих представителей ее веры. К тому же сейчас даже дети оставшиеся без родителей не бывают брошены в прогрессивных странах - есть детские дома, социальные центры, система усыновления…
Лицо Тети Поли было почти непроницаемым, но она не перебивала, прислушиваясь к сказанному.
- Кому и зачем будет нужен чужой ребенок?
- Например тем, у кого нет своих. Общество двадцать первого века куда более гуманно, чем даже в семидесятых.
Тетушка замолчала, и, пока Валерия соображала, какие бы еще привести аргументы, оглядела остальных присутствующих. Словно ожидая, что они как-то подтвердят или опровергнут сказанное.

+2

17

Герри изумленно смотрит на тетушку Поли. Чем является это существо? Заботится о детях, похищает их, уносит в некое измерение, где они никогда не стареют и вечно едят вкусности. У них все всегда хорошо, но…
Согласился бы он сам на подобную жизнь? На роль растения в цветочном горшке, которому дают все, что ему нужно, и держат то ли ради красоты, то ли ради заботы. На роль кого-то, кто настолько не имеет власти над своей судьбой. На роль того, кто выбрал бы мирную жизнь в теплице вместо постоянной борьбы.
Ответ приходит незамедлительно — нет. Нет, вряд ли. Несмотря на то, что его вырастили в другом измерении, оторвав от родной матери, и на то, что его преследует злобный двойник для того, чтобы убить и забрать его силы. Придет время, и он встретится лицом к лицу с тем, кто повинен во всем, что произошло с ним, и он не испугается. С ним будет мама, Тони и все Мстители. Он не один. Он не сирота.
И он хочет вырасти.
А потому все слова тети Поли никакого отклика в нем, кроме возмущения, в нем не вызывают. Он молчит, подавляя свою эмоциональность и предоставляя возможность Лоре и Валерии вести диалог, а сам сосредотачивается на том, чтобы с помощью феромонов успокаивать существо. Нельзя, чтобы что-то вывело его из себя.
Им неизвестно, какой оно силы. Неизвестно, как с ним справляться. Неизвестно, сумеют ли они освободить детей без его помощи.
Им нельзя его убивать.
Эта мысль была такой резкой, что он удивленно заморгал. Он только что всерьез размышлял о том, как убить живое существо, которое почти не проявляет к ним враждебности? Да, оно безусловно виновато в похищении детей, но все равно не заслуживает смерти. Не ему судить его. Не ему решать, кому жить или умирать.
При словах о Средних веках он тяжело вздыхает, подумав о том, сколько детей тетушка Поли похитила с тех времен. Это же очень много. И потом, им явно не удастся спасти всех детей. Точно не тех, кто живет в волшебной Нетландии со Средних веков. Хотя… кто знает, может их удастся адаптировать к жизни в современности после столетий существования детьми, но все же… А если нет, то что тогда?
Валерия говорит правильные и логичные вещи, правда, не похоже, что тетя Поли готова изменить свою точку зрения.
Но что самое жуткое, так это то, что и в ее словах есть крупица истины. Мир зачастую чересчур суров для детей. Преступники, похитители, пьющие или равнодушные родители. Голод, если вспомнить про Африку, и нищета.
— Реальность сурова для тех, кто не может защитить себя сам, — заговаривает он, привлекая к себе внимание тети Поли. — Валерия права. Сегодня люди по всему миру стремятся сделать все, чтобы облегчить жизнь для детей. Им запрещено работать до совершеннолетия, употреблять запрещенные препараты. Они обязаны учиться, чтобы подготовиться к взрослой жизни. Им предоставляют лучших врачей, если им требуется медицинская помощь. И все же мир не так идеален, как того бы хотелось. Многим детям требуется помощь, как Алие, например, но им пытаются помочь. И ей помогут. Нужно только обратиться в нужные органы власти, которые сделают все, чтобы защитить ее свободу и право решать, какой будет ее жизнь.
Герри оттолкнулся на спинку стула.
— А что до Гэбби? Она же не была брошена. У нее ведь есть сестра, которая о ней искренне заботится. Не всегда дети, у которых нет родителей, никому не нужны. Это не так. Нельзя так делать. Вы причиняете боль, разрывая семьи. Вы спросили Гэбби о том, хотела ли она оказаться в месте, где она никогда не вырастет и лишится своей сестры и всего того, что у нее было? Или вы просто пообещали ей гору сладостей, на которую поведется даже самый счастливый ребенок на свете? Это нечестно.
Он качает головой, а затем вздыхает и добавляет:
— Вы забираете детей, которым не нужна опека и о которых есть, кому позаботиться, и игнорируете тех, кому и правда нужна защита. В этом ваша проблема, тетя Поли. Вы не разбираетесь в людях и в мире, в котором мы живем. Вы гребете всех под одну гребенку, ничего не пытаясь понять, а мир уже серьезно изменился.
— Хороший мой, ты говоришь, словно ты взрослый, но ведь это не так, — говорит тетя Поли, вперив в него ласковый взгляд.
— Но то, что я говорю, правда, — отвечает Герри. — Отпустите Гэбби. И нас. Нам не нужна помощь, так как о нас заботятся, пусть вам и кажется, что это не так. Пожалуйста.

+2

18

Она бы соврала, сказав, что не боялась. От того, чем была тетушка, веяло… инаковостью. Иррациональным, неправильным, опасным. Звериное начало звенело от напряжения. Лора сама себя успокаивала, заставляя расслабиться. Опустить плечи. Поникнуть головой. Полная потеря себя, отчаяние, бессилие.

Существо верило, и этого должно было хватить… для чего-то. Для действия. Следующего шага, который приведет к Гэбби.

У Лоры не было какого-то определенного плана, как не было понимания, как она может попасть туда, куда забрали сестру. Выбраться – тем более. В СанФране у них был план… у Валерии был план. Она собирала шлемы, отправляла «царствующую волчицу» на задания. Принеси то, собери это. А сейчас казалось, что не будет никаких указаний – они вступили на неизведанную территорию, где никакими шлемами с проводками не обойтись.

Теперь так всегда будет?

Теперь всегда придется выжидать до последнего, пока не кончится терпение?

Лора всхлипнула – издала ровно тот звук, который был бы похож. Она не могла плакать, но могла изобразить слезы. Когда из тебя еще в детстве выбили все умение плакать, слезы почему-то не хотят взаправду появляться. Зато для наигранности – еще как.

- Ну-ну, сладкая, - утешающе заворковала тетушка Полли, проникнувшись к ней куда большей симпатией, чем в самом начале, - не горюй так. Ты девочка ответственная, но что же это за время такое, когда одни дети других воспитывают? Совершенно недопустимо, безумная глупость, вот что я вам скажу. Дети должны быть детьми, иначе зачем вообще придумано детство, игры, сладости? 

Лора не ответила, зато прислушивалась к разговорам тетушки с Герри и Валерией. У этих двоих котелки варили, работала наблюдательность и осведомленность о большом внешнем мире. Валерия отметила, что тетушку мог подергать за восковой плавящийся хвост Стрэндж… Лора стиснула зубы, проклиная Доктора. Если бы он был на своем месте, как в прошлый раз, им бы не пришлось разыгрывать тут спектакль!

Семидесятые, «работные дома», Средние века. От информации голова могла пойти кругом… у кого-то другого, но Лора была привычна впитывать данные как губка. Средние века – расплывчатое определение, которое можно отнести как к 12, так и 5 веку. Но упоминание работных домов относит к… 18 веку? А затем она перескакивает на 20 век. В этом прослеживалась цикличность. Что, если эта тетушка приходила в определенное время, «собирала урожай» в виде брошенных детей, и уходила в небытие? Скольких детей она успевала забрать? Как долго действовала? Почему появилась сейчас, практически в начале века? В прошлый раз, если она столкнулась со Стрэнджем в 70-е, это было почти под конец, но…

Что-то изменилось в ауре этого мира. Да, Лора это тоже чувствовала. Не головой, а инстинктами. 

Инстинкты заставили Лору поежиться и посмотреть на Герри. Тот странно смотрел на тетушку Полли, но кому, как не ей узнать этот взгляд. Лора едва заметно сощурилась – он явно думал о том, чтобы убить это существо. В любой другой ситуации она бы ему даже помогла, вероятно, сделала бы всю «грязную работу», в очередной раз замарав руки в крови. Ему стоило бы просто высказать поддержку своим молчанием и инициативой, не более. Но чем дольше Валерия разговаривала существо, тем больше Кинни убеждалась – нельзя. Пока нельзя. Сначала нужно понять, где она держит детей, куда их забирает… и, по возможности, спасти их. 

Иллюзий Лора не питала. Ее приоритетной целью была Гэбби. Ради нее она рискнет всем, даже собой, но на этом все. Возможно, ради Валерии и Герри, если они продолжат приносить пользу. И насчет Герри она пока сомневалась – схожий с одним ползучим юмористом запах все еще раздражал ее нюх.

- Самые страшные взрослые, - негромко заговорила Лора, переведя взгляд на тетушку, что все еще мягко сжимала ее плечо, - это те, кто считает, будто лучше всех знает, что нужно детям. Такие взрослые ломают детей, заставляя их исполнять свои загубленные мечты. Дети не знают, чего хотят, пытаются получить одобрение, забывают свои мечты. Вы делаете… похоже. Отбираете у них мечты быть взрослыми. Такими взрослыми, какими они хотят. 

- И что, дорогуши, - тетушка Полли вздохнула как, как вздыхают взрослые, устав спорить с подростками, - вы хотите стать вот такими взрослыми, которые решают чужие проблемы, забывая о семье? Вы ведь берете пример со своих родителей. Дайте угадаю… они какие-то там герои, да? Я слышала о них, когда над головой гудели неповоротливые железные птицы. Смешные взрослые, так и не выросшие из трусишек, надетых поверх лосин. Вы такими хотите стать?

Если бы они не находились в опасности, о чем гудели все чувства, Лора могла бы… улыбнуться. Попытаться хотя бы. Рассмеяться ей было сложно, и пока что единственная, кто могла ее рассмешить, находилась в заложниках у этой твари.

- Но вы ведь так же, как взрослые, - продолжила Лора так, словно не слышала этих слов, - не спрашиваете у этих детей, правда ли им нужна помощь, да? Зачем спрашивать у ребенка, что он хочет на самом деле, если можно все решить за него.

Она знала, о чем говорила. Именно поэтому не испугалась ни взгляда тетушки Полли, метнувшегося на ее спокойное лицо со следами слезных дорожек, ни ощутимо стиснутой руки на плече. Существо почувствовало себя в ловушке, а потому старательно изворачивалось, игнорируя крепкие и весомые аргументы «взрослых детей». 

Что поделать, подростки в этом веке росли очень быстро.

- Так, может, сами все посмотрите? – вдруг, вопреки ожиданиям, тетушка Полли душевно улыбнулась и снова заворковала, как милейшая бабушка, донельзя обрадованная приехавшим внукам. – Узнаете, каково это – быть детьми с настоящим детством, а не этой кровожадностью, что вас пичкают через цветные говорящие коробки. Заодно спросите у Габриэллы…

Лору словно скорпион ужалил. Стоило стольких сил не выпустить когти, не распороть брюхо этой твари… она протяжно выдохнула, угоманивая рвущуюся наружу ярость.

Сейчас она была бы рада инициативе Герри по части убийства. Очень.

- … хочет ли она назад, - звучало как приговор, подписанный карамельным соусом с блестящей посыпкой. - А там и сами решите. Кто знает, вдруг вам так понравится, что передумаете возвращаться.

- Посмотрим, - мигом, не моргнув глазом, сказала Лора твердо и решительно, быстро стерев слезы со щек. – С ними все будет в порядке?

Тетушка Полли с легким удивлением приподняла брови. 

- Со всеми вами все будет в полнейшем порядке, милая, - она елейно улыбнулась, но мелькнуло ощущение, что есть в этом что-то хищное, словно она выиграла в игре, где все грозило стать ей проигрышем. – Ах, я в таком предвкушении! Новые дети это всегда так волнительно… Сейчас, сейчас, помогите же мне, не видите, у нас гости! Алия, сладкая моя, куда же ты собралась. Помогите-ка и ей.

[icon]https://i.imgur.com/ll6piMP.jpg[/icon]

Отредактировано All-New Wolverine (14.08.2022 17:41)

+2

19

Страх перед чем-то гораздо более могущественным, неизведанным - это очень сильная эмоция. Она заставляет искать способы воздействия, аргументы, уговаривать своих же собственных друзей не проявлять агрессию.
Однако, уже не в первый раз Валерия оказывалась в ситуации, где страх уступал место раздражению и гордыне, которые сбивали весь настрой, выдворяли на задворки сознания все конструктивные мысли и идеи. Это сложно было назвать самоуверенностью - о нет, в этом смысле Валерия привыкла трезво оценивать свои силы, просчитывать варианты.
Просто самый обычный, рядовой гнев застилал глаза пеленой тьмы.
Герри и даже Лора так долго уговаривали, объясняли, да и сама Вэл сидела и пыталась вразумить самодовольную хтонь, которая и слушать ничего не хотела. И все говорили здравые, логичные вещи, которые убедили бы даже позеленевшего от злости Халка.
Нет, тут что-то было не так, пора было что-то менять в тактике, которая дала сбой. Это существо не нападало, вообще не проявляло никакой агрессии. Может быть… оно было даже не совсем на нее способно? По крайней мере по отношению к детям.
А значит, сдерживаться особого смысла нет.
Нет, угрожать Валерия не стала бы. По крайней мере пока. Она не настолько теряла контроль над собой. Но, похоже, тете Поли пора понять, что она говорить не совсем с обычными детьми. Времена меняются.
— Со всеми вами все будет в полнейшем порядке, милая. Ах, я в таком предвкушении! Новые дети это всегда так волнительно… Сейчас, сейчас, помогите же мне, не видите, у нас гости! Алия, сладкая моя, куда же ты собралась. Помогите-ка и ей.
- Нет, - очень жестко, на огромном контрасте со своими прежними, мягкими и убедительными речами, отчеканила Вэл с металлом в голосе. Твердо, спокойно и бескомпромиссно.
- Прости, милая? - тетушка так опешила, что обернулась к ней развернув голову на сто восемьдесят градусов, как богомол. Шея растянулась, как расплавленный воск.
- Мы не ваши новые дети, - отрезала Валерия, - У нас есть родители и мы должны к ним вернуться. А что Вы предлагаете? Мы сейчас отправимся с Вами в Ваше мир и останемся там… на сколько? Мы не знаем, куда Вы нас зовете, как там движется время, сколько времени пройдет здесь, есть ли вообще обратная дорога для кого-то кроме Вас. Это жестоко по отношению к людям, которые о нас заботятся. И мы так не поступим.
Тетушка Поли переводила взгляд то на Лору, то на Герри, то на Валерию, словно ожидая, что другие, более податливые дети образумят свою подругу.
И снова… Никакой агрессии… Даже какое-то расстройство в глазах. Хм. Мысли крутились  в голове, но пока что не оформлялись во что-то, что можно было использовать с уверенностью. Зато можно было продолжать давить - похоже, что брошенные слова попали в цель.
- Дайте нам гарантии, что мы сможем вернуться. В это же время, на эту же планету, в эту же Вселенную, - потребовала девочка, скрестив руки на груди.
Тетушка Поли мялась с ответом. Она совершенно по человечески заламывала руки, что смотрелось довольно жутко с учетом того, что ее голова была вывернута, и она стояла к ребятам практически спиной.
- Да. Конечно, вы все сможете уйти, если захотите, - с каким-то трагизмом в голосе обреченно согласилось существо и очевидно загрустило, - Но вам у меня понравится! Вы наверняка не захотите уходить! - это выглядело как попытка приободрить себя… Слишком по-человечески.
И Валерия поняла, что ей все это напомнило. Какие-то… Сделки. Законы магии сложны, не всегда очевидны, однако в них есть логика, хотя и не всегда очевидная. Если с этим существом боролся сам Стрэндж, значит, оно имело отношение к магии. А что если… Если оно не может куда-то забрать, увести и удерживать тех, кто этого не хочет? Что-то вроде старого европейского поверья, что вампир не может войти в жилище человека, если он не был приглашен кем-то из жильцов внутрь?
Валерия сложила под столом руку в магический жест защиты от зла - что-то похожее на рокерскую “козу”.
- Поклянитесь!
- Да клянусь, клянусь! - взвыла тетушка Поли, - Ужасные чародеи, столько лет не даете мне спокойной жизни, руините все, что я делаю! Теперь и детишек подучили!
От прилива нахлынувших эмоций, облик несчастной тетушки снова “оплыл” до свечки, и она начала причитать себе под… под то место, где теоретически должен был бы быть нос. Это было почти бессвязное бормотание о том, какая она несчастная и как ее обижают злые чародеи. Слизистая масса начала перекатываться к дальней стене кафе, на которой расположилась большая фреска в виде двери - нарисованная очень стилизованно, под примитивные детские рисунки. Дверь с кольцом, в каменной арке, увитая плющом.
Тетушка сделала несколько пассов руками и фреска начала изменяться - дверь стала принимать все более и более реалистичные черты, фактура дерева и камней стала реальной, кольцо обретало объем, плющ разрастался и отделялся от стены.
Буквально через несколько секунд перед всей компанией расположилась самая настоящая, очень старая дверь, даже древняя - словно прямиком с иллюстраций к сказкам про фей.
Тетушка Поли ее открыла и сделала приглашающий жест. Первыми в дверь вошли ее “части”.

Внутри… Внутри все было примерно так, как и описывала тетушка. И так себе это и представила Валерия.
Облака пролетали прямо над головами и состояли из зефира. Небо было вырвиглазно-голубым, высоким и далеким, но каким-то неестественным.
Все здесь напоминало пейзаж из какой-то сказки. От окружающих предметов, проелтающих мимо бабочек, от цветов, пряничных домиков, леса и речки рядом с ним, веяло чем-то очень древним, одновременно фейным и потусторонним, при этом обладающим своей внутренней логикой.
Вдали были кусочки настоящей природы - грибы, деревья, кустарники. Река с легким, слабым течением, которая вытекла из небольшого озера - водоемы так и манили искупаться. И ягоды, конечно много-много ягод. Клубника, растущая прямо под высокими соснами была размером с яблоко, ежевика - со сливу...
Была зона с фруктовыми деревьями, садом.
Была и зона с домиками, с игровой площадкой - там все было сделано из пряников, булочек, теста - дети отламывали кусочки прямо от горок, с которых скатывались, и эти кусочки отрастали снова.
Была и огромная детская площадка, на которой бегали и играли в салочки дети, и зона с игрушками... Все было таким манящим, счастливым… И совершенно чужим.
Животных здесь было немного, но они были ласковыми, игривыми. Кролики так и ждали, что их погладят, котята и щенята ластились к ногам своих компаньонов...
Детей здесь было много - все разных возрастов, от тех, кто едва научился ходить и говорить, до ребят возраста Герри и Валерии. Они, казалось, совсем не знали забот - бегали, веселились. Все были одеты по-разному, в одежду разных эпох и разных социальных слоев - начиная чуть ли не с времен античности и до семидесятых, от богачей до самых последних нищих.
- Вот… Это мой мир! - с нескрываемой гордостью сказала тетя Поли, - Он обновляется. Когда я вижу что-то новое, хорошее, что появляется в мире людей - я добавляю это сюда. Дети ни в чем не нуждаются. И конечно я не кормлю их одними сладостями, сейчас просто время полдника!

+3

20

Герри до невозможности раздражало происходящее. Тетушка Поли оказалась с непробиваемой логикой, а Лора… Только что согласилась на экскурсию в это самое неизвестное измерение?
Он вытаращил глаза на нее, посмотрел на Валерию, которая выглядела и задумчиво, и жестко, а после посмотрел на Алию, которая держалась за ручку входной двери, тщетно пытаясь ее открыть и убежать восвояси.
Рука сама потянулась к лицу, чтобы потереть веки от усталости. В голову не приходили мысли и идеи о том, какой бы еще спич толкнуть. И какие слова нужно подобрать, чтобы достучаться до этой хтонической “яжбабушки”. Казалось, они испробовали буквально все, и ничто не оказывало на нее влияние.
Тетя Поли лишь убедилась в своей безнаказанности и самоуверенно разговаривала с ними, как с детьми, которые уже приняли решение переселиться в ее мир. Он мрачно посмотрел на нее, решив, что не даст ни себя, ни Вэл, ни Лору втянуть туда, откуда они не смогут затем выбраться. Если время уговоров закончилось, то значит оно закончилось. Значит, пришла пора пускать в ход живительные кулаки.
Герри уже размышлял о том, как на это существо действует биоэлектричество, как заговорила Валерия.
Его взгляд метнулся к ней, но перебивать он ее не стал. Жесткость в голосе подруги — то, что было необходимо. Это, наверное, был тот самый кнут, к которому нужно было им прибегнуть с самого начала. Проблема была в том, что они просто не знали, как с этой теткой обращаться. Теперь становилось понятно, что она не причинит вреда тем, о ком стремится заботиться. Вот оно — ее слабое место, а Валерия нащупала еще одно.
Он ее не перебивал, ожидая любой реакции тети Поли. Если существо разозлится и бросится в атаку, то он готов, но что-то подсказывало, что оно будет более благоразумно. Не ошибся. Оно начало ныть, заламывать руки, всячески убеждать их в том, что с ними все будет в порядке, и им нечего опасаться.
— Да-да, конечно, — саркастично съязвил Герри, с непривычным для себя ехидством, и тяжело вздохнул.
До чего же упрямая сущность. Невероятно.
— Поклянитесь! — твердо произнесла Валерия.
— Да клянусь, клянусь! — взвыла тетушка Поли, — Ужасные чародеи, столько лет не даете мне спокойной жизни, руините все, что я делаю! Теперь и детишек подучили!
Герри вздернул брови вверх, недоверчиво посмотрев на хтонь, лицо которой вновь начало смазываться и плыть. В невнятные причитания он вслушивался только первые несколько секунд, и этого оказалось достаточно, чтобы осознать — Валерия победила. Нашла способ и прижала эту тварь к ногтю.
Он восхищенно посмотрел на подругу и улыбнулся, а затем начал наблюдать за тем, как тетя Поли, уже превратившаяся в мерзкую массу слизи, направлялась в сторону для того, чтобы отворить дверь в свой мир.
— Прекрасная работа, — прокомментировал он, едва удерживаясь от желания засмеяться, а затем стал более серьезным. — Знали бы все об этих правилах.
Герри встал, шагнув в сторону двери, а затем обернулся, посмотрев на Алию. Девочка прижалась спиной к стене, с ужасом глядя на происходящее. Лицо у нее было белое, и она тяжело дышала. Он тут же подошел к ней, успокаивая ее.
— Все в порядке. Она тебя никуда не заберет, — сказал он, а затем кивнул головой в сторону остальных: — Пойдем с нами. Для тебя так будет безопаснее.
Алия выдохнула, помотала головой, а после замерла, решаясь.
— Х.. хорошо, — проговорила она, отлипая от стены и направляясь к Валерии и Лоре. — Это же нам снится?
— Нет, — покачал головой Герри. — Будь аккуратна. И постарайся ничего не есть в этом мире. На всякий случай.
— Да в меня ничто не пролезет, — сглотнула Алия, словно борясь с тошнотой при каждом взгляде на тетю Поли.
   
Герри невольно присвистнул, оказавшись внутри. Красивое и искусственное — эти слова пришли ему в голову первыми и прекрасно описывали этот мир. Его рука сама потянулась за смартфоном. Связи не было, но она ему и не была нужна. Вместо этого он включил камеру и начал снимать все, что он видел.
Зефирные облака, пронзительно голубое небо и зеленая трава. Бабочки, кролики, котята, щенки и… Дети. Много детей.
Господи…
Он потерял дар речи, наблюдая за ними и снимая все на видео, а когда ему захотелось что-то сказать, то на ум пришли лишь плохие, грязные словечки. Иными все это прокомментировать не представлялось возможным. Он смотрел на всех этих детей и видел вместо них разрушенные семьи и убитых горем родителей. Вероятно, среди них были те, кому действительно требовалась помощь, но какие гарантии того, что все они не пришли сюда за обещанными сладостями? Какой ребенок от них вообще может отказаться?
— Я не выложу это в сеть, — сказал он на всякий случай и уклончиво добавил: — Просто сохраню на память.
Герри не стал говорить, что это видео он покажет мистеру Стрэнджу и Тони, а они после будут решать, что с этим делать и как. А он сам сомневался, что им сегодня удастся освободить всех пленников этого мира.
— Ну зачем же сохранять на память? — тут же ласково заворковала тетя Поли. — Ты можешь остаться здесь навсегда! Посмотри, как здесь хорошо! Подойдите к ребятишкам поближе, милые мои, покушайте. Вам понравится.
С ее словами Герри не был согласен. От всего, что он видел, ползли мурашки по коже. Да даже в Шестом Измерении было куда уютнее, чем здесь. Он молчит уже о Рамоне, которая вызывала искреннее сочувствие и желание ей помочь. А все, что он испытывал к тете Поли, так это отвращение и раздражение.
Он покачал головой, посмотрев на всех детей и вновь подумав о том, что с ними будет. Многие из них явно живут здесь долгое время, и их родителей давно уже нет в живых. Если всех вытащить, то большинство из них ждет приют, а это не самое лучшее место. Будут ли они благодарны? Он сомневался.
Но кому-то… Из тех, кто попал сюда относительно не так давно, можно помочь. И это уже веский повод для того, чтобы не отказываться от своего решения показать видео взрослым.
Смартфон был убран в карман, и он скрестил руки перед собой, внимательно посмотрев на тетю Поли.
— Где сестра Лоры? — голос звучал сухо и требовательно. — Мы не планируем задерживаться здесь больше, чем то необходимо.

Отредактировано All-New Spider-Man (23.07.2022 03:38)

+3

21

Так странно.
Ощущение странности не отпускало Лору. Странно, что они все еще стоят на месте. Странно, что все еще пытаются говорить. Странно, что она никуда не рвется, а все еще держит себя в руках.
И когти под кожей.
У нее была цель, а если у Росомахи есть цель, то препятствия – вторичны.
На мгновение этим препятствием стала Валерия, сказавшая «нет». Кинни изо всех сил сдержалась, чтобы не сверкнуть на нее злым взглядом. В каком смысле «нет»? Неужели они мало говорили? Слова были пустым звуком, раз только сейчас, просьбами и слезами, удалось заставить сделать то, что им было надо. Ее изнутри колотило мелкой дрожью ярости и нетерпения, словно Гэбби была где-то там и страдала… пускай все намекало на то, что это ложь.
Стиснув зубы, Лора ждала. Опустив голову, сжимала кулаки, заставляя себя стоять на месте и не двигаться. Заставляла себя слушать то, что говорила Валерия. Она была умной и проницательной и, возможно, если бы Лора так не стремилась увидеть сестру, могла бы… что?
Что она могла?
Она никогда не имела дел с такими… тварями. Ее потолок – демон, которым был одержим отец, но и тот демон оставил ее лишь потому, что не смог проглотить откусанный кусок. Еще один демон, Беласко, который искал Ильяну, пытал ее, убивая и воскрешая, и с ним тоже «разобралась» не она. Ходя мимо и рядом с такими существами, она постоянно об них ударялась, но никогда не знала, как с ними сражаться.
А Валерия знала. И она была куда сильнее, умнее и хладнокровнее Лоры.
Слабачка.
Мысль была с голосом Кимуры, с ее издевательской ухмылкой и скрещенными руками, которые через мгновение окажутся у нее на горле. Лора отвернула голову в сторону, пытаясь сконцентрироваться на окружающих вещах. Столы, стулья, гардины. Валерия говорит о времени, об обратной дороге, о людях, которые о них заботятся – всем том, о чем Лора не подумала, бросаясь в омут с головой.
Но разве не все Росомахи так делают? Сначала дело, потом думать.
Или все дело в том, что в этом деле замешана Гэбби? Слишком личное, чтобы голова оставалась холодной. Слишком важное, чтобы думать о путях отступления или возвращении.
Тетушка Поли посмотрела на нее, словно хотела подтверждения слов Валерии. Лора ответила ей ничего невыражающим взглядом – ровно таким, какой бывает у человека, потерявшего все. Не надежду, не эмоции – все. Она была слишком угнетена всем, слишком хотела выпустить когти и сделать все по-своему, а потому не могла ни о чем думать.
Когда тетушка, признавая поражение перед маленькой волшебницей, превратилась в бесформенную массу, Кинни с легкой брезгливостью отошла от нее к Валерии. Все-таки хорошо, что она пришла. Надо будет разузнать про нее и… подружиться? У нее плохо с этим, но Валерия полезна. А еще – умна. С такими стоит дружить.
- Спасибо, - негромко прошептала Валерии. – Стрэндж не справился бы лучше.
Может, и справился, но тут его не было. Зная этого странного доктора, Лора была уверена, что он бы придумал что-то совсем другое… но даже если нет, то Валерия показала настоящий мастер-класс.
Тогда… что покажет Герри? Пока тетушка открывала портал – она видела такое у того же Стрэнджа, Кинни покосилась на парня. Он был из тех, кто хорошо говорит. Напоминал ей кого-то, но она не могла понять, кого. И еще был таким… мягким? Без налета липких манипуляций, из-за чего к нему не хотелось относиться насторожено. Странно, что Валерия его взяла. Странно, что знала. Как-то не были они похожи. Складывалось ощущение, что они были вообще из разных… вселенных. Ладно, не вселенных – семей.
Надо про него разузнать.
Лора вошла в портал последней. От магических у нее не оставалось неприятных ощущений, что было… странно? Ведь от порталов Кракоа она чувствовала себя не очень.
Разница заключалась в том, что после магического портала запахи, звуки и чувства от нового места на нее обрушивались резкой лавиной, не позволяя вздохнуть.
Сладко. Везде пахло сахарным сиропом, желе, мороженым, песочным тестом и глазурью. От этого пустой желудок сжимался не то от отвращения, не то от желания что-то запихнуть внутрь… а потом снова сжимался. Казалось, здесь должно пахнуть мятной свежестью и леденцами, но вместо этого был тонкий запах... Лора даже не могла толком понять, что за он и на что похож, но она точно его где-то слышала.
Сосредоточившись на запахах, она даже не сразу обратила внимание на то, как сильно здесь все отличается. Может, читай она в детстве больше сказок… или будь у нее нормальное детство, она бы сразу сказала, что это все ей напоминает. Но с высоты своего опыта Кинни могла сказать, что все это выглядело как безумная фантазия кондитера, не ребенка.
Или дети были именно такими? Жадными до сластей, бесконечных развлечений и игрушек?
Мимо них пробежало несколько котят – милые, пушистые, как бы ненароком задев их ноги. Лора подавила вздрагивание – ей не нравилось. Прикосновения были для нее все еще сложной темой. Даже от зверья.
- Бесконечного полдника? – рассматривая стайку детей в разных одеждах, без эмоций спросила Лора, переведя взгляд на тетушку.
Та хитро улыбнулась.
- А ты сама попробуй что-нибудь, тыковка. Ну же, не стесняйся.
Живот скрутило жгутом.
- Я не голодна.
Она скрестила руки на груди, сжимая пальцы на предплечьях – терпение кончалось. Герри как раз сказал про ее сестру, и все внутри начало отплясывать адский танец «где же кровь».
- Ох, эта милая деточка… - тетушка Поли приложила ладонь к лицу и умилительно заулыбалась. – Ну что вы, она же играется, как я могу ее отвлечь? Детей нельзя отвлекать когда они играют.
Лора смерила взглядом тетушку, отступила к Герри и прошептала так, чтобы услышал только он:
- Если не хватит духу ее убить, скажи – я все сделаю сама.
- О чем шепчетесь, голубки? – как-то странно вздохнула с не менее странной улыбкой тетушка Поли. – Ах, юные сердца…
- Где Гэбби? – не поведясь на отвлекающие разговоры, повторила Лора вопрос парня. – Мое терпение не безгранично.
Тетушка все еще продолжала странно улыбаться, но затем просто указала рукой… куда-то в сторону бескрайних зеленеющих полей.
- Играет, детка, - звучало почти зловеще. – Поиграй со своей сестрой в прятки. Раз она тебе так дорога, то ты ее найдешь… обязательно найдешь, не так ли?
Лора пристально посмотрела на тётушку, протяжно выдохнула. Здесь было много запахов, слишком много, настолько, что у нее закладывало пазухи… и эта тварь намекала, что она не найдет Гэбби?
Когда я ее найду, то выпущу тебе кишки, мразь.
Подняв голову, она закрыла глаза и принюхалась. Отбросить сахар – сиропные реки и кисельные берега никуда не денутся, они будут на своем месте, без движений. Но дети… их запахов здесь было много. У всех разные особенности, впрочем, у Гэбби тоже были особенности.
Ее запах был очень похож на запах Лоры.
И этот запах вел куда-то…
- Там, - распахнув глаза, Кинни уставилась на какие-то… горы? Было похоже на горы, в которые упирались зеленые луга и текущие реки. – Почему она так далеко? Позови ее.
- Но так вы не посмотрите мой мир, - тетушка звучала почти оскорбленно, но все еще улыбалась. – Давайте, не стойте на месте, сладкие мои. Посмотрите все как следует. А еще не забывайте плотно кушать и запивать горячим шоколадом! Оно тут вкуснейшее, вот увидите.
Лора могла возмущенно фыркнуть или хотя бы хмыкнуть, но вместо этого просто пошла в сторону этих самых гор. Если она правильно понимала, то им придется туда сначала дойти, а потом... что, взобраться? На этот случай у нее есть когти.

[icon]https://i.imgur.com/ll6piMP.jpg[/icon]

Отредактировано All-New Wolverine (30.08.2022 12:25)

+2

22

Что было делать? Валерия посмотрела на Лору, на Герри. В принципе, они получили обещание, получили слово, которое могли использовать против существа, зависимого от магии. У них была возможность уйти, а даже если что-то пойдет не так - они уже здесь. Оставалось только найти Гэбби.
Поэтому девочка молча двинулась вперед, не особенно удостаивая Тетушку взглядом, и не советуясь с напарниками. Можно было долететь, конечно, но они могли напугать детей.
Конечно, мысль о том, что рассказать обо всем увиденном надо будет и Тони, и Стрэнджу, и, возможно, отцу, ее не отпускала. Правда необходимости это фотографировать она не видела - чародеи итак определенно им доверяли, вряд ли кто-то из этих троих проигнорирует рассказ. Проблемы с магией итак были на каждом шагу, никакой мотивации не доверять детям у тройки сильнейших чародеев не было. А Тетушка Полли, судя по всему, могла свернуть свой пряничный домик и скрыться с ним в другое место. И могла изменять его.
Они шли довольно долго, и Валерия взглянула на золотые наручные часы - произведение одного из самых дорогих брендов. Скромная модель, но вполне достойная принцессы. Хотя так сразу и не скажешь, из какого материала они были сделаны. Стрелки предсказуемо не просто не двигались, а вели себя хаотично, хотя и не слишком быстро.
- Здесь нет времени? - спросила она Тетушку Полли на удивление спокойно.
- Да, - улыбнулась тетушка, - Никогда не понимала, зачем оно нужно. Оно приносит лишь страдания.
- То есть для всех этих детей… - начала было Вэл, пытаясь точно сформулировать фразу, но Тетушка закончила за нее.
- Да, для всех для них не прошло и минуты с того момента, как они попали сюда. Время идет лишь во внешнем мире.
Валерия серьезно задумалась. Стоит ли задавать вопрос, который вертелся у нее на языке? Существо было опасно, но оно не казалось агрессивным. Как бы спросить… потактичнее?
- А если кто-то захочет уйти? Как мы?
Тетушка Полли деланно вздохнула. Не факт, что в ее истинной форме ей вообще надо было дышать, но она выработала в себе такую привычку, чтобы не пугать людей. Без дыхания она бы слишком походила на восковую свечку.
- Эта подреальность существует вне времени, но и в нем одновременно, - разоткровенничалась тетушка, подбирая такие слова, которые смогут понять ее слушатели, - Даже если эти дети захотят уйти… Я не смогу вернуть их в прошлое. С каждым пересечением врат в мой маленький мир, он сдвигается на временной линии к новой точке. Те, кто попал сюда в пятнадцатом веке - выйдут в двадцать первом, не повзрослев ни на день.
Они почти дошли до высокой горы из чистых зефирок, и на одном из холмов внезапно показалась невысокая черноволосая девочка с заколочкой в волосах. Она почти таким же жестом как Лора потянула носиком воздух, и посмотрела вниз, встав на кусок зефира в форме снежной шапки одной ногой, как победитель над поверженным и побежденным врагом:
- Лора!!! - крикнула она, - И ты нашла эту кондитерскую! Ехоу, я спасена! Залезай сюда, срочно! Моя команда съела уже половину этой горы, мне нужна помощь с оставшейся частью! В меня уже не влезает! А то команда вон тех ребят разберется со своей горой быстрее! Мы Росомахи, мы не должны проиграть! Капитан Гэбби Кинни приказывает тебе подняться на борт и есть!
Не обращая внимания на Лору, Тетушка повернулась к Герри и Валерии.
- Не думайте, дети, что я глупа, - сказала она без угрозы, даже с какой-то грустью, - Вы хорошо все спланировали, вы кое-что понимаете в магии, я чувствую. Наверняка нажалуетесь своим волшебникам-учителям, а те доложат этому противному щеголю с бороденкой. Или тому кто сменил его в этом страшном доме, - тетушка вполне естественно поежилась, определенно вспоминая Санкторум, - Я не стану упираться, если они придут, мне надоело бегать. Но этих детей не вернуть их семьям. Да и идти им некуда. Кто о них позаботится?
Тетушка обернулась и показала пальцем на девочку-подростка в одежде крестьянки неопределенной эпохи, которая весело играла в команде Гебби, и объедалась зефиром:
- Мари была дочерью жены мельника от ее первого брака. С ней совершил нечто гнусное сосед, которому она вечером в темноте несла тяжеленный мешок с мукой по требованию отчима. Когда через несколько месяцев ее живот сильно округлился, родители так ее избили, что она потеряла ребенка, а когда она чудом выжила и пришла в себя - выставили ее из дома как позорище. Никто в деревне их не осудил, даже священник. Вы думаете, она хочет вернуться к родителям?
Хтоническое создание перевело взгляд чуть дальше, на совсем маленькую светловолосую девочку лет пяти, в одежде соответствующей двадцатым годам двадцатого века:
- Мать Анны умерла при родах. Отец так и не смог ей этого простить, хотя была ли в этом ее вина? Он практически бросил ее на воспитание старой няньке, которая была так жестока с девочкой, что если Анна разденется - вы не увидите на ее спинке живого места. Отец все это видел, был свидетелем ее криков, но ему было все равно. Думаете, ей хочется назад?
Тетушка Полли указала на другого мальчика, около десяти-двенадцати лет, в благородных одеждах восемнадцатого века, который явно принадлежал к команде противоположной горы, и сейчас кидался в Гэбби огромными кусками зефира. Он выкрикивал что-то, но тут же краснел - кажется, бойкая и командирски-настроенная девчушка с когтями ему понравилась.
- А вот обратная ситуация. Мама Чарли тоже умерла при родах, но его очень любил отец, хотя человеком он был военным и строгим. Он обращался с ним более чем сносно для того жестокого времени в не менее жестокой Англии. И мачеха Чарли всегда была с ним ласкова и приветлива. До тех пор, пока ее муж, папа Чарли, не умер. А она родила в браке двоих собственных сыновей. И для старшего из них стоял лишь один конкурент на пути к титулу и наследству - старший брат, сын отца от первого брака. Чарли вырвался и убежал в темную ночь, выпрыгнув из окна второго этажа, когда однажды ночью мачеха попыталась задушить его подушкой. Думаете, ему есть куда возвращаться?
Тетушка с неподдельно грустным взглядом оглядела все свое королевство. В нем раздавался детский смех, радость, каким бы искусственным оно ни было.
- Думаю, вы все поняли, и мне не надо рассказывать про каждого ребенка здесь? Рассказывать про тех, кто были рождены в Америке рабами, тех, кто стали сиротами после войны, переживали голод и холод, чуму... Поймите, я не чудовище. Ведь здесь нет ни одного счастливого ребенка. Им не только некуда возвращаться. Их никто и не ждет.

+3

23

Ни одно из слов тетушки Поли Герри не нравилось. Как, в общем, и все то, что он видел перед собой. Все это только выглядело красивой и сладкой мечтой ребенка, а на деле… Он скривился, остановив запись видео и  убрав смартфон в карман, и последовал за Валерией. И пока он изучал окружающий мир, он думал о том, что сладкое… пожалуй, все же не для него. Сама мысль о том, что придется кушать всякое такое целую вечность, заставляла его морщиться.
Но для детей, наверное, такое только в радость. Что и подтвердила девочка, которая обратилась к Лоре. Он улыбнулся — ура, они нашли ее сестренку.
Его радость тут же улетучилась, когда к ним обратилась тетя Поли. Ему не хотелось ее слушать. Все, что он видел, убеждало его в необходимости остановить это. Да, тут были дети, которым больше некуда пойти, и, судя по словам хтонической сущности, им и при жизни некуда было идти, но… Сколько иных детей попало сюда? Таких, как сестра Лоры?!
Герри против своей воли вслушивался в каждое слово тети Поли, и постепенно его раздражение испарялось. Она говорила верно. Куда девать всех этих детей? Их нельзя вернуть в прошлое. Их не сумеют грамотно и толково расселить в реальном мире, а также позаботиться о них. Не сумеют. Он хотел бы сказать, что никто из этих детей не останется забытым, но не мог быть в этом уверенным на все сто процентов.
Ему не было известно, как все обстоит в этом измерении, но там, где он жил большую часть своей жизни, все было очень плохо. Толпы малолетних попрошаек ютились на улицах города, зимой грелись там, где придется, и занимались кражей, чтобы выжить. Из них вырастали преступники, которые очень быстро отправлялись за решетку. Там все это было проблемой, которую власти никак не могли разрешить.
Насколько он успел понять, здесь еще все не так запущено, но…
Герри печально дернул уголком губ, посмотрев на тетю Поли, пока та перечисляла тех, кому не улыбнулась судьба, а когда она закончила, то спросил:
— А как же те, кто не пострадал, но все равно попал сюда? Те, кого ждали дома и искали? Здесь столько детей… Сколькие из них попали сюда по ошибке, как она? — он кивком указал на сестренку Лоры. — Вы готовы были забрать даже нас.
— Я по глазам вижу, что вам несладко пришлось. В глазах таится вся правда, — произнесла тетя Поли в ответ, улыбнулась.
— Всем нелегко приходится, — парировал Герри, отводя взгляд в сторону, а затем вновь посмотрев на нее, на Лору, на Вэл. — Все устроено так.
Он замолчал, посмотрев вокруг себя и не зная, что нужно делать и как поступать в такой ситуации. Если бы здесь был Тони или мистер Стрэндж, то решение принимали бы они… Но, увы. Их поблизости нет, и придется самим ломать голову. Впрочем, его выбор был ему уже известен, пусть он и не успел об этом толком подумать.
Быстро взглянув на Валерию и Лору, Герри произнес:
— Вы правы, тетушка Поли, всем этим детям некуда податься и, возможно, им будет лучше оставаться здесь, где им хорошо и весело, — он говорил неуверенно, словно тщательно подбирая слова. — Но вы должны прекратить забирать всех подряд. Так нельзя. Это неправильно. И вы не убедите меня в обратном.
Герри вздохнул, все равно убежденный в том, что следует обо всем этом рассказать Тони и мистеру Стрэнджу. Необходимо. Это слишком тяжелое решение. Решение, которое затрагивает судьбы огромного количества детей.
— Я не стану недоговаривать и скрывать от взрослых об этом месте, но скажу, почему будет лучше оставить все так, как есть, а дальше они сами решат, — он вздохнул и посмотрел на Вэл. — А ты как думаешь? Согласна?

+3

24

Вся решительность куда-то медленно исчезала.
Лора привыкла к опасности. К кровавому безумию, застилающему глаза. К корыстной жестокости, преследующей по пятам. К бесконечному круговороту отчаяния, боли и потерь. Даже идя сюда, она ожидала подвоха. Не словесного, со всеми условностями фокусников, а физического.
Но здесь…
Она стояла и смотрела на Гэбби. Та не была связана, не находилась в лабораторной колбе. Из нее не торчали лезвия пытательных инструментов, не было игл и трубок. Ей не угрожали, как не шантажировал ее свободой саму Лору.
Сама Гэбби выглядела… счастливой.
Опустились руки. Лора стояла и смотрела, как ее сестра играла с другими детьми. Совершенно обычными, но такими же, как она. Это было ровно то место, которое так искала для сестры, но никак не могла найти. Так, может… оставить все как есть?
Ведь Гэбби ничего хорошего не ждет впереди. Она – Росомаха, такая же, как и Лора. У нее другой характер, она сильнее и не так сломана психологически. А это место заменит ей детство. Покажет, что бывает по-другому, не так, как в реальности.
Потому Лора стояла и не знала, что ей делать. Она так рвалась сюда ради Гэбби, даже попросила о помощи, хотя ненавидела это. Не хотела втягивать кого-то еще в свои проблемы, чтобы они не пострадали. Но…
Как она может спасти кого-то, если никого не надо спасать?
Надо принять решение.
Первым импульсом было уйти. Развернуться и покинуть мир сахарных фантазий и бесконечного лета. Оставить все как есть. Сжечь мосты и просто жить дальше с тем, что произошло. Но разве ради этого она влезала в историю с сестрами? Об этом ее просила Зельда? Ради чего пожертвовала собой Беллона?
Второй импульс – схватить тетушку Полли и всадить в нее когти. Вырвать достаточно кусков из этого жидкого теста, пока она не взмолится и не отпустит всех. Вообще всех. Но это был ее мир, и раз Валерия смогла договориться с тварью об условиях возвращения, не поставит ли на этом крест поведение Кинни?
- Конечно ты чудовище, - негромко сказала Лора, повернув голову к тетушке. – Такое же чудовище, как взрослые, считающие, что знают, как будет лучше для детей. Потому что никто не знает, что именно будет «лучше» для каждого. Даже сами взрослые. Ты попросту упиваешься их беспомощностью и зависимостью от тебя. Тебя ведь даже не убить, ведь кто еще позаботится об этих детях? Умрешь ты и тогда придется решать проблемы, которые взрослые решать не хотят. Отличная тактика выживания, Полли. Прикрываться детьми всегда помогает.
Ее голос был спокоен, но в нем слышалось очень сильное желание наделать глупостей. Чистая ярость, звенящая хладнокровием, чеканящая каждое слово. Она ненавидела эту тварь, ненавидела это место, но хуже всего было то, что в этот момент ненавидела и саму себя. За малодушие, бессилие, страх.
Страх остаться одной.
- Как ты могла подумать обо мне так?! – с запозданием отреагировала ошарашенная тетушка, вздрогнув всем телом. – Я никогда… я забочусь о них, не жалея себя ни мгновение! Какая еще защита, что ты такое говоришь?!
Но Лора уже не слушала. Росомаха не из тех, кто слушает… не тогда, когда внутри бурлят эмоции, от которых ей хочется сбежать. Или убить. Или бежать, убивая… но здесь дети, а детям она никогда не причинит зла.
- Лора? – Гэбби остановилась и тут же получила зефирным снежком в ухо. – Агрх, Чак, ну ты вообще… шпинат горелый!
- Ха-ха! – мальчишка довольно рассмеялся, сминая новый снежок. – Не теряй бдительности, леди Габриэлла!
- Зови меня Гэбби, старый маразматик! – весело крикнула ему девочка, переведя взгляд на сестру. – Эм… Лора? Ты в порядке? Чувствую себя как в тех триллерах, когда над кем-то нависает что-то…
Лора и правда нависала над ней – даже ее роста хватало, чтобы сейчас смотреть на сестру сверху вниз.
Она не хотела пугать сестру, но очень старалась не поддаваться эмоциям.
И все-таки…
Кап. Кап.
Гэбби протянула руки, испачканные в зефире и посыпке, к ее лицу.
- Погоди, ты что… плачешь?!
Лора опустилась на колени, обняла сестру – все в одном порыве. Слезы катились по щекам сами по себе. Впервые за долгое время не потому, что надо было кого-то разжалобить или обмануть, а потому что… накопилось.
Гэбби растерянно обнимала Лору, гладила по волосам, сама не понимая, что происходит. Потом наконец увидела еще двоих, что пришли с сестрой – серьезную девочку-блондинку и парнишку с кислой милой. Оба что-то говорили тетушке Полли, которая что-то им отвечала. Разговор был не из приятных – лица каждого были просто что-то с чем-то.
- Лора, что за чудики? Твоя банда? – прошептала она на ухо Лоре. – И чего ты нюни развесила? Все же в поря…
- Ты пропала, - довольно внятно ответила Кинни, опустив взгляд – почему-то было легче говорить, когда она не смотрела в глаза Гэбби. – И я подумала… что ты… ушла. Или тебя похитили. А потом я почуяла твой запах в кондитерской и…
- И-и-и перепугала милую старушку до усрачки, - с необычайно взрослой проницательностью констатировала Гэбби, кивнув на свои мысли. – А когда старушка тебя выперла, позвала друзей на помощь. Ага, но скажи – что, никто постарше не повелся? Ну там, тот же фокусник, у которого в доме шкаф ужасов? Хотя плащ у него был стильный.
- Его дома не было, - с едва уловимой детской обидой проворчала Лора, тут же переключаясь. – Ты серьезно обвиняешь в том, что я напугала ее? А что мне было делать? Ты пропала, а она говорила, что не видела тебя.
- Ой, - Гэбби смущенно улыбнулась, - это я попросила ее не говорить, ведь знала, что будешь искать… а тут ну, сама видишь, довольно круто, чтобы быстро уходить. Ты бы видела горки в аквапарке!
Лора отодвинулась, но положила ладони на руки Гэбби, все также лежавшие на ее плечах.
- Ты просила не бросать тебя. А сама бросила меня.
- Лора, я…
- Ты счастлива?
Обе замолчали.
Лора дрожала внутри – от страха снова остаться одной; от чувства потери; от собственной глупости. Так ненавидела взваливать свои проблемы на кого-то, но втащила в это Валерию и Герри, а теперь им приходится расхлебывать все это. А она… все еще чувствует себя обузой. Даже для Гэбби, которой куда легче даются такие вещи и решения.
Гэбби вдруг улыбнулась. Не легкомысленно, а как-то грустно. И снова обняла сестру.
- Все дети хотят семью, Лора. Теперь, когда ты здесь, я счастлива. Но знаешь… что-то я объелась. Пойдем домой?
- Э-эй! – прозвучал обиженный мальчишечий голос совсем рядом. – Леди Габриэлла, вы… уже уходите? А как же наше сражение? У нас давно не было такого…
- Леди должна знать, когда стоит уйти, - Гэбби хихикнула, кокетливо смахнув волосы с плеча. – Пока, Чаки, встретимся через пару столетий. Надеюсь, ты не повзрослеешь в мудака.
- Чего?!
Лора вытерла слезы, поднялась, а Гэбби уже подбегала к тетушке Полли, во все глаза рассматривая Валерию с Герри.
- Приветики-пистолетики, друзья сестренки, - она протянула сразу обе ладони для рукопожатий – все пальцы были в зефире. – Вот это у меня прощальная делегация, чувствую себя самой важной клубничкой на торте! О, теть Полли, ты же запаковала мне тот десерт? Ты обещала в обмен на отзыв. Пять звезд, как и договаривались!
Лора кривовато усмехнулась, шмыгнув носом, подходя ближе к ребятам.

[icon]https://i.imgur.com/ll6piMP.jpg[/icon]

Отредактировано All-New Wolverine (04.11.2022 12:14)

+2

25

Валерия наблюдала издалека за семейной сценой между совсем маленькой Росомахой и Росомахой побольше. Воссоединение невольно вызывало улыбку и чувство удовлетворенности, но все же параллельно… Где-то на душе слегка скреблись кошки легкой зависти. Хотелось бы ей также обнять маму и брата, но… Но до этого момента еще далеко. Возможно. Как сложатся обстоятельства. Они с отцом точно решат эту проблему.
Все то, что говорила тетушка Полли звучало стройно, логично, правильно. И кажется, даже Герри начал оттаивать и поддаваться на искушение признать эту логику справедливой, а действий хтонического создания правомерными. Но что-то тут не сходилось.
Валерия все же кивнула Герри, все еще наблюдая за тем, как две Росомахи заканчивали свою беседу, и потихоньку начинали двигаться в их сторону.
Существа, подобные тете Полли, имеют  альтернативную логику и альтернативное мышление. Они могут мыслить и вычислять на уровне суперкомпьютера, им может быть не чужда эмпатия, как вот Тетушке Полли. Но поскольку в их сознании могут отсутствовать некие совершенно базовые и естественные для человека чувства, инстинкты и ощущения, они могут приходить в своих рассуждениях к совершенно неверным выводам. Точнее верным для них, верным с их точки зрения. Но неверным для людей.
- Я думаю, что мы действительно должны сказать чародеям об этом инциденте и о Вашей пекарне, - серьезно сказала Валерия, - Не только ради этих детей, но и ради Вашей безопасности. Если кто-то из волшебников наткнется на это место и обнаружит тут десятки детей, он точно сочтет их похищенными и может даже не пытаться разобраться вопросе. Не все волшебники такие как Стрэндж, оберегающие сущности из других миров и старающиеся решить все так, чтобы пострадавших было минимум. Есть и куда более бескомпромиссные и не менее могущественные чародеи. Но что касается самих детей… Вы не учитываете то, что общество людей меняется зачастую довольно хаотично и непредсказуемо по меркам тех, кто живет вне времени. Там где вчера была пустыня до горизонта - вырастают города из небоскребов. С аквапарками, с насыпными горами из снега для сноубординга в крытых спорткомплексах, а в зоопарках обитают животные со всего мира. Там, где еще вчера с детьми обращались жестоко, сегодня их права ставят чуть ли не выше прав представителей любых других возрастов.
Тетушка Полли смотрела мало что выражающим взглядом. Вероятно, она обдумывала услышанное и пыталась увидеть в этом зерно той истины, которую своим хтоническим сознанием она была способна переварить и усвоить. Кажется, даже столь длинный монолог не представлял для нее проблем и она понимали каждое слово, то кивая, то с сомнением сощуривая глаза.
- Я думаю, что все-таки судьбу людей должны решать люди. Покажите этим детям мир вокруг. Он изменился. В новом обществе многие из тех, кто были действительно обречены в свое время, найдут себе место. Обидчики Мари, Анны и Чарли в современном обществе точно отправились бы в тюрьмы, а их истории разлетелись бы по всем новостным каналам как пример чудовищного обращения с детьми, - добавила Валерия.
- Это звучит… Рассудительно. Но что делать мне? Что делать тем, кто места в мире все-таки не найдет? - в голосе Тетушки Полли звучала неподдельная грусть.
- Вы можете… хм… продолжать делать то, что делали, но… Скажем так, изменить формат. Люди обладают сложным мышлением. В любом обществе и в любой эпохе могут найтись те, у кого ситуация правда безвыходная и кому нужна особая защита. Как Алие. Когда надежда на помощь только в обращении к высшим силам. Иногда, чтобы кого-то спасти - нужно помочь ему решить проблему, а не спрятать его от нее. Как думаешь, Герри? - спросила девочка, повернувшись к приятелю.
Валерия также помахала рукой подошедшим Лоре и Гэбби. Намокшие глаза Лоры она заметила, но акцентировать на этом внимание не стала - обычно людям не очень приятно, когда к ним кидаются с вопросами и начинают расспрашивать что и как. И “почему ты плачешь”, когда итак очевидно почему. Главное, что все хорошо заканчивается. Гэбби с Лорой, собираются уходить.
И хтонический ужас с милым именем Тетушка Полли, кажется, не собирается их останавливать.
- О, да, моя конфетка, - улыбнулась выпавшая из глубокой задумчивости Тетушка, поглядев Гэбби, - Конечно же я запакую Вам всем десерты.

+2

26

Все складывалось наилучшим образом. Лора нашла свою сестру, с которой все было и впрямь хорошо. Тетушка Поли продолжала вещать. Разговоры длились, но в них Герри уже не участвовал, предпочитая молчать и наблюдать.
С тем, что сказала Лора существу, он был в какой-то мере согласен. Но все же не считал, что хтонь делала это намеренно. Что специально пряталась за спинами детей, пользовалась их беспомощностью, навязывала им себя. Просто… она иначе не умеет. Она жила так очень и очень долго. Проблема была в том, что мир сильно изменился, а она этого не заметила.
А вот то, что Валерия говорила, отзывалось в нем лучше. Она была права, но… Герри не был уверен, что хтонь поймет. Если не поймет, то ей же будет хуже.
Чародеи могут и не тратить времени на разговоры и попытки уговорить существо быть благоразумнее. У них троих иного выбора просто не было. Атаковать физически — не факт, что поможет. Сильных магов, способных напугать тетку, среди них не было. У них была только возможность говорить, говорить и говорить.
Но все не так уж и плохо закончилось. Было бы еще лучше, если бы они не знали, что оставляют за спиной сотни детей.
Если они останутся здесь, то так и застрянут в этом положении. Замершая жизнь и тонны сладостей. Звучало красиво и печально.
Герри кивнул.
— Попробуйте. Все должно получиться. Мир давно уже изменился, и вам нужно изменить свои методы, — он слабо улыбнулся, оторвав взгляд от детей на фоне. — Я верю, что вы не делали все это специально для того, чтобы навредить им. Но другие этого и правда могут не понять. А то и вовсе не пожелать даже разобраться в сути. Тут Вэл права.
Нет, мистер Стрэндж или Тони, скорее всего, предприняли бы попытку, но… Знать об этом тетушке Поли не следовало.
Он сделал шаг в сторону, но замедлился.
— Может, поначалу не все будет гладко, но я уверен, что если вы не будете сдаваться и идти в верном направлении, то все будет хорошо. И опять же… Так выше шанс того, что вас не тронут, и те дети, которым некуда будет пойти, останутся под вашей опекой.
Лицо тети Поли осветилось улыбкой, но ему она все равно казалась растерянной и задумчивой. Ей придется о многом подумать. Ну, по крайней мере, они подтолкнули ее к этому, и все оказалось не все так уж и плохо, как казалось изначально.
Герри прикусил губу, думая о том, что нужно будет стереть видео из смартфона. Зачем все это показывать Тони или мистеру Стрэнджу? Если они спросят, то хватит и их слов.
Он приветственно улыбнулся Лоре и ее сестре.
— Рад знакомству, Гэбби, — и только произнеся это, он осознал — все закончилось. — Делегация к твоим услугам.
Им оставалось только пройти обратно и вернуться в свой мир, а затем разбрестись по домам. В этот момент он ощутил, как с плеч спала напряженность. Они действительно сумели разобраться во всем, и без взрослых. И финал выдался отличный. Понимание этого вызывало душевный подъем, а еще пробуждало аппетит.
Но только ничего такого сладкого. При взгляде на зефирки и шоколадки у него чуть ли не начинались зубные боли.
Сейчас бы пиццы. Или роллов. Он мечтательно прищурился, задумавшись о том, что можно было бы пригласить Лору и Валерию к себе в гости и скоротать вечер за едой и каким-нибудь фильмом. Хотя, наверное, Лоре сейчас будет не до этого. Она только что вернула сестру, так что все внимание явно будет отдавать ей в ближайшие пару дней, если не больше.
С такими мыслями он направился обратно, подстраиваясь под шаг напарниц. Все же для начала нужно выбраться обратно, а там можно планы спокойно строить.

+2


Вы здесь » Marvel: All-New » Настоящее » [08.10.2016] Gingerbread House


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно