Comics | Earth-616 | 18+
Up
Down

Marvel: All-New

Объявление

* — Мы в VK и Телеграме [для важных оповещений].
* — Доступы для тех, кто не видит кнопок автовхода:
Пиар-агент: Mass Media, пароль: 12345;
Читатель: Watcher, пароль: 67890.
Навигация по форуму

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel: All-New » Прошлое » [29.07.16] Holy Guacamole


[29.07.16] Holy Guacamole

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Если не играть с лучшими, сам не станешь лучшим.
https://i.ibb.co/cFb9XW1/Screenshot-2.jpg

Пробационный суд штата Нью-Йорк, около 15.00

Джен Уолтерс, Чарльз Ксавье


Заседание по наследованию имущества Чарльза Ксавье... Чарльзом Ксавье. В роли администратора по передаче наследства - Дженнифер Уолтерс.

[icon]https://i.ibb.co/PjWvBWC/3ee90cc61698264767e5395fff9a37e6.jpg[/icon]

Отредактировано She-Hulk (14.11.2021 18:30)

+1

2

Дженнифер вытянула руки и уткнулась лицом в стопку документов.
- Я проиграю.
По ее голове кто-то провел рукой.
- Мисс Уолтерс, вы выиграли дело против Капитана Америки. А это всего лишь дело по наследству…
- Одного из самых известных мутантов, основателя «Людей Икс», - простонала Джен и закрыла голову руками. – Мелори уже написала что-нибудь едкое?
- От мисс Бук новых писем не было. Но в «Нью-Йорк Таймс» вышло интервью с ней о законах и сверхлюдях. Хотите зачитаю?
Джен невнятно проворчала что-то в бумаги. Она и сама не знала, хочет ли узнать мнение извечной оппонентки и коллеги по цеху, или ее все-таки больше волнует отсутствие собственной уверенности в своих силах.
Ведь и правда, что могло пойти не так? Это было простое дело. Учитывая лысого секси-фигуранта, даже плевое. Войти, выслушать решение судьи, выйти. Не надо ломать комедию, кричать «возражаю, ваша честь!» или «ваша честь, да это полная херня», готовить речь к прению сторон, не надо надевать узкую юбку, чтобы можно было отвлекать всех от белых ниток и пауз в словах.
Кстати, узкую юбку надеть стоило все равно.
Я начинаю понимать, откуда у него столько жен.
- … чем занимаются адвокаты в нынешних условиях, ничем иным, кроме как «извращением», назвать невозможно, - зачитывала Энджи выдержки из интервью Мелори Бук. – Возьмем прошение о наследовании Чарльзом Ксавьером своего собственного имущества. В мире, где смерть – не конечна, законы все еще не рассматривают вариант, что умерший человек может и правда вернуться из мертвых, даже – в другом теле. Юридическая смерть рождает массу проблем не только для простого обывателя, но и таких видных общественных деятелей, каким был и является Чарльз Ксавьер.
Энджи прочистила горло.
- Тут у нее спрашивают, не считает ли она цирком то, что вы обратились в пробационный суд.
Джен зажмурилась и вздохнула. Запах бумаги немного успокаивал.
- А она отвечает, что… - ассистентка сделала паузу, находя самое интересное, - в условиях кустарного права, где на государственном уровне есть регулятор супергероев и тюрьмы для суперзлодеев, но не предусмотрены соразмерные силам всех этих героев и злодеев законы, Дженнифер Уолтерс пошла по тому пути, который вынуждены выбирать все современные юристы, имеющие дела с суперлюдьми – подстраивания под устоявшиеся формулировки. Любой другой бы юрист мог выбрать путь отмены признания Чарльза Ксавьером погибшим, но это превратилось бы в разбирательство на долгие годы. Признание же Чарльза Ксавьера собственным родственником первой очереди наследования сократило разбирательства и нежелательное внимание к данному процессу, ускорив рассмотрение дела с нескольких лет до нескольких недель. В дополнение к этому…
- Стоп, - Джен резко подняла голову. – Она что, похвалила меня?
Энджи перечитала последнюю фразу.
- Похоже на то, мисс Уолтерс. Дальше она говорит, что это было изящное решение.
Сначала Дженнифер почти обрадовалась. Затем, не меняя позы, подозрительно нахмурилась.
- Так, погоди, Мелори Бук? Та самая Мелори Бук, что разрушила мою репутацию, дважды – карьеру, ненавидит меня всей душой из-за моего геройского вбоквела, хвалит меня в «Нью-Йорк Таймс»?!
- На третьей странице, - Энджи развернула газету и указала пальцем на колонку, из которой зачитывала. – Вот тут.
Джен взяла газету и перечитала еще раз сама. Так и есть – Мелори Бук расхваливала ее решение, применяя такие эпитеты, которые от нее в жизни не дождешься.
Руки почему-то дрогнули и газета смялась под руками Уолтерс.
- Она что-то задумала, - лихорадочно перебирая бумаги, заворчала Джен. – Я это знаю! Эта мегера меня всегда пытается подловить, всегда вставляет колеса в палки!
- Мисс Уолтерс, - с привычной флегматичностью проговорила Энджи, - может, вам поспать? Вы же сутки как заведенная.
- Нет, я должна еще раз все просмотреть, - выхватив пару листов из огромно «башни» папок и бумаг, Дженнифер одной рукой впилась в зеленую гриву волос, другую старалась удерживать так, чтобы можно было держать листок и читать с него. – Все в порядке, Энджи, просто завари мне еще пару литров черного кофе.

В назначенный час Дженнифер, пыша свежестью геля для душа и духами от Dior аромата сирени и чего-то менее цветочного, но более ягодного, в малиновом деловом костюме и белой блузке смело и решительно подошла к кабинету судьи пробационного суда. Никаких заседаний, никаких присяжных и стороны обвинения – только судья, Чарльз и она в роли администратора.
До приема у судьи оставалось полчаса. Можно было не приходить заранее, ведь дело обещало быть простым… до интервью Мелори Бук, пусть она облысеет уже! Возможно, любой другой мог посчитать похвалу коллеги приятной, лестной, но Дженнифер догадывалась, что Мелори что-то задумала. Непонятно, задумала против конкретно Уолтерс или ее клиента, но было тут что-то не так.
Взглянув на наручные часы, Джен положила кейс с документами на сидение, а сама начала ходить из одного конца коридора в другой. Чарльз тоже должен был прийти немного раньше, чтобы у них была возможность проговорить последние «инструкции» и некоторые нюансы, которые могли прозвучать уже из уст судьи.
Если заявится Мелори, быть беде.

[icon]https://i.ibb.co/PjWvBWC/3ee90cc61698264767e5395fff9a37e6.jpg[/icon]

Отредактировано She-Hulk (14.11.2021 19:01)

+3

3

— При всем уважении, сэр. С тех пор, как вы вернулись, ваши запросы звучат все более странно. Даже необоснованно. Не поймите меня неправильно, я не хочу сказать, что вы сошли с ума или что-то вроде того, но...
«Но хотите,» — мысленно подытожил Чарльз. От долгого разговора телефон ощутимо нагрелся. Такие вопросы стоило бы решать лично, но на сегодня у Чарльза было назначено судебное заседание, и он не мог быть везде. А телепатические беседы многим казались неподходящими для деловых переговоров.
Весьма напрасно.
— ... мы даже не закончили исследовать действующее вещество этих странных растений, происхождение которых вы упрямо не разглашаете. А вы уже хотите перейти к производству и тестированию препаратов на их основе. Не понимаю, почему вы так уверены в их «чудодейственных» свойствах.
Чарльз прикрыл глаза. «Хищный остров, однажды чуть не убивший всех моих учеников, вырастил эти цветы по моей просьбе», — едва ли звучало убедительно. Впрочем, это никогда не было единственной причиной.
— Вы — не закончили. Но у меня уже есть результаты. Сами знаете, не все методы, доступные таким, как мы, подходят для простой фармацевтической компании.
Точно так же «надежный» результат теста на родство с самим собой Чарльзу пришлось ждать несколько дней, тогда как в Школе весь процесс занял бы считанные минуты. Мир просто не мог принимать на веру каждое: «Наши технологии работают», — от каждого технопата или гения, чей уровень интеллекта сам по себе тянул на аномалию. Тем более, что тестов и правда зачастую не хватало. Многомиллионные корпорации разорились бы за год, если бы останавливали конвейер всякий раз,когда их продукция устаревала бы на поколения по меркам «супергероев». Не говоря уже о постоянном переобучении персонала.
И это — только технологии. Без учета способностей.
Понимая причины, Чарльз относился к таким проволочкам с некоторым смирением... обычно. Сейчас же, стоя на пороге новой эпохи, в которой ему — всем мутантам — не придется считаться с ригидностью человеческого общества, он испытывал раздражение.
Говорят, смерть меняет и никто не возвращается прежним. Чарльз умирал трижды, но лишь в последний раз его глаза открылись. Так в смерти ли дело?
— Хорошо. Я верю вам. Но мы не можем предоставить комиссии по надзору за качеством медикаментов или независимым экспертам тесты на основе экспериментальных исследований доктора МакКоя, ши’арских технологий и бог весть чего еще!
— Не беспокойтесь. Если итог будет соответствовать ожиданиям, многие согласятся принять результаты наших испытаний, несмотря на некоторые вольности. Главное — клинические исследования.
Предстоящее заседание не волновало Чарльза — у него было слишком много поводов для беспокойства помимо наследования. И большая их часть не вызывала даже тени улыбки из-за своей абсурдности. Что-что, а абсурдными они не были.
Те, о ком в свою последнюю встречу с Дженнифер, Чарльз так легко рассуждал, как о надежных союзниках, кого достаточно лишь попросить, оказались не так надежны. Они хотели объяснений. Того, что пока Чарльз мог дать только горстке избранных.
Ему нужно было сегодняшнее заседание. Нужна была эта победа. Всех бед она бы не решила, но избавила бы Чарльза хотя бы от необходимости убеждать, не делясь планом от и до. Слишком грандиозным, чтобы его не назвали безумным.
Чарльз убрал телефон в карман. С минуты на минуту к узорчатым воротам Школы для одаренных должно подъедет такси.

***

Каким бы здание суда ни было снаружи, внутри они, казалось, все были одинаковы и состояли из коридоров, наполненных сосредоточенными людьми в деловых костюмах и с папками в руках, тяжелых дубовых дверей и залов заседания за ними.
Но даже в лабиринте минотавра, не говоря уже о лабиринтах суда, сложно потерять высокую женщину с изумрудно-зелеными волосами и кожей, ставшей, кажется, ещё ярче на контрасте с малиновой тканью. Сама привычка Дженнифер сохранять свой нестандартный облик на такой публичной и требовательной работе внушала симпатию.
Сказать по правде, для зала суда она выглядела практически «слишком хорошо». На той грани, за которой легко перестать воспринимать ее профессионалом, делающим свою работу, и увидеть молодую привлекательную женщину из плоти и крови. Приталенный пиджак подчеркивал контраст груди и талии, тесная юбка уравновешивала фигуру по-женски массивными бедрами и еще не лопалась, но определенно наводила мысли на это слово.
Кого она хотела впечатлить? Может, и никого. На фотографиях и репортажах с заседаний, виденных Чарльзом, Дженнифер всегда одевалась ярко, свободно. Но уже ближе к концу их прошлого разговора ее взгляды, обращенные на Чарльза, стали дольше, заинтересованней, темно-зеленые глаза маслено заблестели, а в поверхностных мыслях появилось невольное кокетство. Но поглощенного своим проектом Чарльза волновал лишь один вопрос: Это помешает? И ответ был: «Нет». Что бы о Дженнифер ни говорили, она была профессионалом, и ни прошлые, ни настоящие симпатии не влияли на её дела. Скоро иск будет закрыт, суд вынесет решение и пройдут годы прежде, чем они увидятся вновь. А, учитывая обстоятельства, сводящие их вместе, лучше бы десятилетия.
— Добрый день, Дженнифер, — поравнявшись с Дженнифер, Чарльз запрокинул голову, чтобы смотреть ей в лицо. Лет шесть назад ему приходилось делать это с любым собеседником. — Вы выглядите еще ярче, чем во время нашей прошлой встречи.
И до странного неуверенно. Чарльз помнил, как много «но» и «если» крутилось в ее голове и облекалось в слова полторы недели назад. И все-таки, из всех частей плана, эта выглядела наименее сложной и уязвимой. До сих пор не возникло проблем ни с результатами экспертиз и лабораторных исследований, ни со встречными исками, ни с общественной реакцией.
Насколько он знал.
Заглядывать глубже в мысли Дженнифер, чтобы выведать причину ее беспокойства, Чарльз не стал — хотя, признаться, на секунду такой вариант показался ему самым безвредным и привлекательным, — как и спрашивать ее напрямую. Если это важно, она расскажет сама. Так или иначе. Если же нет, лучше отвлечь Дженнифер от дурных мыслей, а не акцентировать внимание на незначительных, но огорчающих мелочах. Уверенность в своей правоте порой важна не меньше, чем знание законов.
Особенно в наглых попытках этот закон обойти.
— Что мне следует знать?
Ни тени сомнения в том, что Дженнифер знает, что говорить и что делать. Ей нужно было ощутить хоть немного контроля над ситуацией — это успокаивает. Немного веры. И Чарльз мог дать ей это. Вполне искренне.
Что он упустил, так это подковерные интриги в околосудебных кругах. Вчерашнюю статью он видел, пусть и прочел по диагонали. Для человека непосвященного, все выглядело... хорошо.

+2

4

А вот и Ксавье.
С его появлением и дежурным комплиментом у Дженнифер немного, но отлегло. Даже улыбнулась чуть более расслабленно и открыто, чем планировала. Все-таки таким помолодевшим и на своих двоих, а не в колеснице, что сроднилась с его образом чуть более, чем полностью, он смотрелся куда более симпатично.
А еще очень и очень собранно, сконцентрировано, сосредоточено. Была у Чарльза какая-то своя магия, видимо, пришедшая с накопленным опытом преподавания у совершенно разных мутантов разных возрастов, но рядом с ним Джен почувствовала себя как-то поспокойнее.
- Очень мило с вашей стороны, Чарльз, - вежливо, на грани кокетства ответила, но все же не съехала в эту степь. Только сбросила с плеча волосы, и на этом с невербальными сигналами закончила. – Строгий костюм, серый галстук – хороший выбор. Судье меньшего всего надо акцентировать внимание на вас. Ведь говорить за вас буду я. Чем ярче я буду, тем внимательнее он будет прислушиваться.
Она не стала говорить, что у них сменился судья всего за два дня до слушания – с судьи Маргарет Фирш на судью Майкла Тришхолд, чья репутация шагала впереди него. Вызнав всю его подноготную, Дженнифер поняла: шансы успеха снизились, но не сильно. С мужчинами ей было сложнее и проще одновременно, но именно из-за трудностей она и любила адвокатскую практику.
Здесь никогда не побеждали только факты, никогда – только истина. Все зависело от того, как разыграть карты, как преподнести, как раскрыть все сокрытое, как хорошо адвокат или прокурор запомнил все детали и как смог их применить. Джен вызубрила всё, что было связано с делом Чарльза, и сделала бы это для любого своего клиента. Потому что так правильно. Когда полностью уверена в своих знаниях, тогда побеждаешь. Знание дарит уверенность.
Но в чем не была уверена Дженнифер, так это в действиях других людей. Если Чарльзу незачем играть против нее, то судья – темная лошадка, а еще оставалась Мэлори, которая не упустила шанс заработать себе очки популярности на чужом деле.
Короткий вздох. Ей нужно успокоиться, а еще – дать уверенности Чарльзу, что все хорошо. Ведь он был с ней довольно искренен и великолепно обходителен, что было редкостью для современных мужчин. Вот и ей хотелось ответить так, чтобы он был спокоен… пусть и выглядел так, словно никаких дополнительных стимулов не требовалось.
- Весь пакет документов передан и рассмотрен судьей, - голос ее звучал умиротворенно и профессионально невозмутимо, а сама она словно собрала себя в кулак. – Наше посещение суда – чистая формальность. Вам будут задавать вопросы, я буду на них отвечать, но на некоторые вам придется ответить самостоятельно. Говорите как можно меньше – за любое лишнее слово судья может зацепиться. У нас все в порядке с доказательной базой, и я смогу ответить на любой его вопрос и развеять сомнения, но тогда встреча займет часов пять, а не запланированные полчаса.
Позади Уолтерс раздался стук каблуков. Джен сразу напряженно обернулась.
- … здесь пройдет слушанье по делу Чарльза Ксавье.
Сначала зазвучал голос, а после показалась уже и Мэлори Бук – адвокат с личиком модели, которую еще прозвали «барракудой» за агрессивную манеру защиты клиентов. Была она в неизменно черном деловом костюме, юбке до колена, с кейсом и коротко подстриженными рыжим волосами. Рядом шли двое журналистов, и одного из них Дженнифер знала – писал для юридической колонки в Нью-Йорк Таймс.
Мэлори остановилась и картинно улыбнулась.
- О, Дженнифер, ты уже здесь. Неужели ты стала с возрастом пунктуальной.
Не припоминать об огрехах прошлого Мэлори не могла. Джен даже знала, что ей хочется добавить «а вот спасти меня и половину конторы от твоей заклятой вражины ты не успела». Но вместо ответной подколки холодно улыбнулась.
- Мэлори. Джентльмены. Какими судьбами?
- Рада знакомству, мистер Ксавье, - Бук, проигнорировав Шалки, подошла ближе и протянула ладонь Чарльзу. – Мэлори Бук, старший партнер юридической фирмы «Гудман, Ливер, Курцберг и Бук». Дженнифер как-то работала у нас, недолго.
Безупречная улыбка Мэлори скрывала очень много недосказанности. Но это было не место и не время для возобновления их взаимной вражды, которая со временем превратилась в сомнительные попытки Бук в очередной раз уничтожить юридическую карьеру и репутацию Уолтерс.
- Совмещая с местом в Живом Трибунале, - добавила она, и журналисты мигом застрочили что-то – один в блокнот, другой по планшету. – Мэлори, что тебе надо? Ты не все сказала в своем интервью?
- Ты читала мое интервью, - не спрашивая, констатировала Мэлори, улыбаясь так, словно была крайне довольна собой и все это интервью затеяла исключительно для того, чтобы его прочитала Дженнифер.
А вот Дженнифер была не рада такой реакции. Потому красноречиво посмотрела на наручные часы.
- Извините нас, но у нас встреча с судьей через десять минут. Что-то еще, Мэлори?
В чем Уолтерс была уверена, так это в одном: Бук не могла повлиять на Чарльза. Переманивать клиента под дверью судьи было последним делом, и мисс Барракуда была не из числа таких юристов. А вот вселить сомнения и вывернуть весь процесс в свою пользу…
Мэлори с акульей улыбкой открыла кейс и достала папку.
- О, самая мелочь, - она покачала папкой в руке. – Всего-то апелляция о признании дела противоречащим Конституции США.
От такой наглости и формулировке Дженнифер приподняла бровь.
- Обоснование у тебя этой апелляции тоже на уровне «придумала только что»?
- Я бы попросила тебя придерживаться юридической этики, Дженнифер, - Бук улыбалась неприятно, - но ты даже спишь с клиентами, о чем с тобой говорить.
Лет пять назад от такого заявления Дженнифер могла бы вспыхнуть румянцем, засмущаться, застыдиться и начать оправдываться. Но как же сильно меняет личность общественный позор, когда на поверность вытаскивается и рассматривается вся твоя личная жизнь. Ведь именно Бук тогда и заставила ее под присягой сознаться в том, что количество партнеров в форме Шалки у нее в десятки раз больше, чем как у Джен Уолтерс.
Но это было давно.
- Осталось еще жвачку мне на лоб прилепить и будет ровно твой уровень профессионализма, - спокойно парировала она, снова посмотрев на часы. – Полагаю, судья опаздывает из-за тебя.
Это не было загадкой: раз Мэлори махала папкой, значит, копия была у судьи еще час назад. И он опаздывает сейчас, потому как изучает «дополнительно возникшие обстоятельства».
- Очень мило, Дженнифер, - пренебрежительно ответила Мэлори, тут же переключив внимание на Чарльза. – Мистер Ксавье, и вы, и ваш несостоятельный адвокат должны понимать – это дело противоречит всем законам штата Нью-Йорк. Происходящее создает недопустимый по своей сути прецедент в юридической системе. Вы должны пройти процедуру опровержения своей смерти, а не регистрироваться как собственный родственник.
- Ты сама говорила, Бук, - вступилась Уолтерс, - что живем теми законами, которые есть. Ты сама признала гамма-мутацию в суде наркотическим отягощением, и мне пришлось годами доказывать обратное.
- Ты все еще невменяемая мутантка, опасная для окружающих и самой себя, - без налета этикета, фыркнула Мэлори, - которую допускают в зал суда лишь потому, что иначе ты его разнесешь. Все знают, что Халк ломает, а не думает.
Джен поджала губы. Она могла бы ответить что-то такое же едкое, но Мэлори явно разводила ее на конфликт, третировала, чтобы подтвердить свои слова.
- Ого, как у меня много посетителей, - зазвучало за спиной – это уже подошел судья, державший пухлую папку подмышкой. – Мистер Ксавье, мисс Уолтерс, прошу в кабинет.
Мэлори снова стала обворожительной.
- Ваша честь, я…
- Я читал вашу апелляцию, - судья остановил ее ладонью, - это все очень интересно, но вы опоздали со сроками.
- Как? – Бук подняла брови. – Но с даты регистрации дела прошло две недели.
- Да, а апелляции надо подавать в десятидневный срок, - судья флегматично пожал плечами. – Мисс Уолтерс оформила по приоритетной форме срочного дела и предыдущая судья приняла это во внимание. Я не очень горю желанием изменять формат этого дела.
- Но ваша честь!
- Еще одно «ваша честь», - поморщился судья, - и я удалю вас из здания за неуважение к суду.
Дженнифер с видом победительницы прошла в кабинет, напоследок все-таки одарив Мэлори улыбкой.

[icon]https://i.ibb.co/PjWvBWC/3ee90cc61698264767e5395fff9a37e6.jpg[/icon]

+2

5

«Мы закончим за полчаса, если все пройдет, как планировалось». «У меня есть ответы на все вопросы, которые только могут возникнуть». Все это звучало надежно, внушало доверие. Ровно до того момента, как на горизонте замаячила гроза.
«Ну конечно. Разве могло обойтись без трудностей?»
Могло. И обходилось множество раз. Но так уж устроено человеческое восприятие: мы ждем плохого, и оказавшись правыми в одном случае из пяти, забываем об оставшихся четырех. За долгую жизнь Чарльз собрал богатую коллекцию самых разнообразных ответов на сакральный вопрос: «Что может  пойти не так?», — и новым уже не удивлялся. По крайней мере, теперь опасность была известна. Одна-единственная женщина, за спиной которой не стояло ни влиятельных фашистских организаций, ни безумных ученых, ни гостей из будущего — так, по крайней мере, показало беглое изучение ее разума. Не так уж и страшно.
И все-таки, как невовремя. В торжествующей улыбке на неярко накрашенных губах и надменно вскинутой голове безошибочно угадывалось: мисс Бук пришла не затем, чтобы пожелать Дженнифер удачи. Обрывки фраз, обращенных к журналистам, породили надежду на то, что здесь она всего лишь за сенсацией. Узнавания в глазах Дженнифер и начавшийся с первых минут обмен любезностями эту надежду тотчас же убили. Причины, двигавшие этой женщиной, были куда более глубокими и личными, а за улыбкой — к сожалению, фигурально, — скрывались клыки.
Впрочем, не слишком-то и скрывались.
Чарльзу не следовало лезть в чужую склоку. Он понимал, что сейчас совет Дженнифер молчать и предоставить все ей был едва ли не важнее, чем в самом зале суда. Не потому, что Мелори Бук могла повлиять на решение судьи или, действительно, вмешаться со своей апелляцией — в конце концов, она уже делала это, и едва ли Чарльз мог убедить ее отозвать заявление, не прибегая к телепатическому внушению. Дженнифер держалась неплохо, как и подобает женщине, встречавшей лицом к лицу немало смертельных опасностей, — и все-таки ее плечи были приподняты и напряжены, а мысли лихорадочно метались между ожиданием новых неприятностей и воспоминаниями о старых. Казалось, что между беседой с Мелори Бук и боем с Альтроном Дженнифер предпочла бы последнее. И подливать масла в огонь Чарльз определенно не хотел.
Потому он постарался остаться тем, кем в рамках этого конфликта и являлся — поводом, а не причиной. Декорацией, не отвлекающей на себя слишком много внимания. Вначале он держался, нацепив маску вежливости не учтивой, а отстраненной, дающей понять всю глубину его незаинтересованности, вопреки
принятому рукопожатие и брошенное невзначай:
— Взаимно, мисс Бук.
Но рекомендация, непрошенная и наглая до хамства, заставила его усомниться вовсе не в компетенции Дженнифер — в собственном решении не встревать. Нет, Чарльз мог бы и дальше изображать равнодушие и ждать, когда, наконец, явится судья, но... На то, чтобы прикинуть риски, ушло буквально несколько секунд. Скажет ли он что-то лишнее? Нет. Информация уже была частью дела, его основой. Причиной этой противоречащей здравому смыслу — но, вопречи утверждениям мисс Бук, не законодательству, — вступления в наследство. Не существовало способа, которым этот факт мог навредить Чарльзу или же Дженнифер. Зато она легко могла стать той самой сенсацией, за которой явились притаившиеся за узкой журналисты. Равно как и бросить тень на нее саму и все ей сказанное.
Иными словами, чаша весов «против» осталась пуста, чего не скажешь о «за». А разговор между двумя адвокатами давно вышел за рамки приличий.
То обстоятельство, что мисс Бук неосторожно использовала слово «мутант» как оскорбление, определенно не повлияло на решение Чарльза. Ну разве что самую малость.
— Понимаете, в чем дело, — начал он тоном излишне вкрадчивым для формальной беседы. Таким обычно сообщают нечто важное, но очевидное, — Чтобы пройти опровержение своей смерти, надо, для начала, не умирать.
Чарльз прекрасно помнил, как две недели тому назад обсуждал с Дженнифер опцию простого, понятного и отработанного возвращения из юридической смерти — и почему отвергли ее. Помнил, как заказывал экспертизу, подтверждающую его родство с самим собой. При желании, все это можно было раскопать. Но журналисты, как и ожидалось, бросились делать заметки. Истинное воскрешение все еще оставалось редкостью в их повидавшем все мире. Куда чаще мета-людей ошибочно мерили людскими мерками живучести и, не найдя тела, дружно решали: «После такого не выживают». Но у смети Чарльза были неопровержимые доказательства. Куда более надежные, чем свидетельства очевидцев.
— И я не говорю о клинической смерти. Как профессионал, вы должны были ознакомиться с материалами дела прежде, чем подавать апелляцию. И знать, что, в качестве доказательства родства, мы с мисс Уолтерс предоставляем результат генетической экспертизы. За неимением подтвержденных кровных родственников для получения образца ДНК был эксгумировано тело Чарльза Ксавьера, погибшего в 2013 году на Утопии и захороненного в Рио-де-Жанейро. Что, разумеется, делает ваше предложение невозможным и бессмысленным.
Безупречная генетическая копия. Близнец или клон. Законной процедуры установления, кто именно, не существовало, хотя житейская логика и подсказывала ответ на вопрос. Не бывает близнецов с разницей в пятьдесят лет. Но лаборатория смотрела только на степень сходства ДНК, а суд — на ее заключение. В голову Чарльзу приходили десятки случаев, когда такая избирательная слепота системы правосудия могла закончиться печально. Нк важно. Сейчас она была ему на руку.
От вопросов и уточнений, уже вертевшихся на языках репортеров, Чарльза спасли явление судьи и легкое внушение, заставившее двух матерых акул пера вдруг синхронно заблудиться в вопросах, которые им не терпелось задать. Какое странное совпадение. Но далеко не невозможное и без вмешательства телепата.
«Не беспокойтесь, в дальнейшем обещаю держать свои комментарии при себе», — мысленно, так, чтобы слышала только Дженнифер, пообещал Чарльз, придерживая ей дверь. С практической точки зрения жест, конечно, бессмысленный, когда имеешь дело с одной из Халков. Но практичность уже давно перестала быть основой общества.
За тяжелой дубовой дверью их не ждали ни зрители, ни присяжные. И после изрядного количества публичных процессов, в которых Люди Икс и Чарльз лично то обвинялись в чем-то, то свидетельствовали, это определенно вызывало облегчение. Но это слушание и должно было быть закрытым с самого начала.

+2


Вы здесь » Marvel: All-New » Прошлое » [29.07.16] Holy Guacamole


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно