Comics | 18+
Up
Down

Marvel: All-New

Объявление

Щит, закрепленный на рюкзаке, напоминает о себе непривычной тяжестью. Можно представить, что отец отдал свой щит Джеймсу на время, а сам идет следом и с легкой улыбкой на губах глядит в спину сына. Подобная мысль точно также заставляет чувствовать юношу живым и понимать необходимость дальнейшего движения.

© James Rogers

* — Мы в VK и Телеграме [для важных оповещений].
* — Доступы для тех, кто не видит кнопок автовхода:
Пиар-агент: Mass Media, пароль: 12345;
Читатель: Watcher, пароль: 67890.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel: All-New » Неучитываемые эпизоды » [25.02.2016] Каждой твари по паре


[25.02.2016] Каждой твари по паре

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://s8.uploads.ru/tNn9i.jpg
Время: около полудня.
Место: Мидгард, США, Нью-Йорк; нонеймовская галерея современного искусства.
Участники: Aldrif Odinsdottir, Sera (как НПС), Michael.
Описание: пока Альдриф сходит с ума в своих далёких сибирских широтах, периодически влипая в неприятности на пару с Локи, Сэра не оставляет надежды сделать из подруги что-то нормальное, социализированное и не шарахающееся от всего живого. Не то, чтобы слишком успешно, но она, существо оптимистичное, не теряет веры в лучшее, и в один прекрасный день заманивает Энджелу на прогулку с предложением посмотреть, что в Мидгарде есть что-то интересное помимо хвойных лесов. И даже помимо лесов лиственных.
А Михаил - что Михаил.
Михаил, человеческое искусство знающий с момента его зарождения, поржать пришёл над современными творцами, сохраняя при этом вежливо-благообразное выражение лица.
Но, конечно же, неприятности не могли обойти чудную компанию стороной - просто потому, что не могли. Ведь как можно упустить случай трёх разных ангелов в одном помещении?

+1

2

На вопрос "что мы здесь делаем" Сэра махнула рукой и заявила, что они идут наслаждаться жизнью, оставив за кадром робкие попытки Энджелы возразить, что ей, в общем-то, было неплохо и там, в лесах, и она была бы вполне не прочь туда вернуться, чтобы и дальше существовать в умиротворении и вселенском покое. Послушав рассказ подруги о том, как она существовала и планирует существовать вдали от всякой цивилизации и контактов с окружающими, найдя себя в бесконечной гонке меж сугробов, ангел вежливо и честно кивала, потом сняла с Охотницы домотканую рубаху, вручила свитер и сказала, что они идут гулять. И на этом всё. Совсем всё. Бесповоротно всё. Гулять - это вот туда. Покорно опустив голову, асинья побрела переодеваться, размышляя о превратностях судьбы.
Волшебница, возможно, была единственным существом во всей обозримой (и необозримой тоже) вселенной, которое было способно заставить Альдриф делать хотя бы что-нибудь, что ей не нравилось. Поскольку не нравилось ей практически ничего, кроме как жить в уединении, находя себе утешение в охоте и развлечение - в разговоре с волками, что пели о своих волчицах, о щенках и о погонях, можно было смело заявить, что бескрылый ангел была единственной, кто способен заставить воительницу шевелиться в принципе. Возможно, если бы Сэра не появилась в жизни изгнанной воспитанницы Хевена, она так никогда бы и не покинула его пределов, поскольку только её бесконечные метания по миру, вероятно, послужили той причиной, что хроно-парадокс выдернул её из реальности и вручил Стражам Галактики. Сиди она и дальше в чёрных лесах, семья Вотана так бы и не знала о жизни старшей из его дочерей.
И всем бы, возможно, жилось куда проще, но кто же теперь об этом скажет. Всё в мире слишком относительно.

Поплутав по городу, перекусив в кафе и зайдя в маленький зоомагазинчик, откуда Сэра вытаскивала подругу буквально за шкирку, бормоча что-то нелестное про тех гениев маркетинга, кто додумался продавать котят, повесив объявление об этом на витрину, женщины дошли до какой-то галереи. Почитав афишу, ангел почему-то воспылала диким энтузиазмом и, отмахнувшись от попытавшейся встать в позу Одинсдоттир, решительно потопала за билетами, прихватив спутницу за рукав куртки. Это, может, была мечта всей её жизни, а одной идти ей было скучно.
Энджела начинать понимать сочувственный взгляд волчицы, с которой она прощалась вчера вечером.

В галерее было светло и многолюдно. Богема разных сортов и категорий бродила меж экспозиций, с некоторым интересом рассматривая причудливые творения, вызывавшие у простой и довольно прямолинейной натуры королевны вопрос, употребляли ли мидгардцы мухоморы или иные стимуляторы для ловли своего вдохновения. К некоторому своему счастью, про наркотики она знала мало, иначе бы рисковала разочароваться в смертных ещё больше.
Примечательно, пожалуй, было разве что то, что на двух новых посетительниц, одна из которых возвышалась над толпой в лучшем случае на голову и смотрела на мир абсолютно белыми провалами глаз, никто даже не покосился. Здесь было столько странно выглядевших созданий, что ещё двое были обычным делом. Творческие натуры могли бы проигнорировать даже дракона, если бы он с довольной мордой потягивал латте маккиато. Потому что у драконов тоже может быть тяга к искусству, в конце концов.

- А мне нравится, - заявила Сэра, - концептуально.
- Что такое "концептуально"? - Задумчиво спросила богиня, честно пытаясь понять, в чём смысл этой белой полосы на синем фоне.
Ангел продемонстрировала картину ещё раз, вытянув в сторону полотна левую руку:
- Это вот так!
- Я слишком старая и слишком глупая, чтобы это осознать, - улыбнулась воительница, отворачиваясь. - Покажи мне что-нибудь попроще. Я люблю видеть понятные себе образы.
- Ты слишком закостенела в своих лесах, Эндж. Тебе надо вылезать из своего кокона, пока ты не превратилась там в лешего и не покрылась мхом.
- И что в этом плохого? - Беззлобно парировала госпожа охоты.
- Всё плохое, - отмахнулась чародейка. - Пошли дальше, не упирайся. Там ещё есть интересное…
Богиня только фыркнула, но её подруга была полна жизни и уверенности в своей правоте, так что спорить с ней всё равно было бесполезно. Сжав тяжёлую руку королевны, она потащила дочь северного пантеона дальше, попутно рассказывая ей увлекательные мидгардские слухи, о которых была осведомлена лучше отдельных ведущих новостных программ.

Около одного из боковых поворотов, уводящих в крошечную, как бы немного отдельную галерею, Аль придержала женщину за локоть, замедлив шаг, потом вовсе остановилась. С полотен на неё смотрели странные создания, похожие на тех, кого порождал бесконечный в своей тёмной фантазии Чёрный Лес мира, некогда бывшего ей домом: зубы, когти, чешуя и шерсть, горящие глаза и тёмные волны злобы, растекавшиеся кругом. Людей здесь, надо заметить, было немного.
- Ты не знаешь, что это? - Негромко спросила дочь Одина, склонив голову к левому плечу.
- Иллюстрации к фильмам ужасов, - предположила Сэра.
- Вам нравится? - Радостно вопросил непонятно откуда материализовавшийся художник. - Это моя первая крупная выставка! Я…
- Нет, - честно ответила Бескрылая, не сводя с холстов глаз, - не нравится.
Творец ни капли не смутился. В некоторых людей искусства подобное качество не отсыпали по определению, предпочитая щедро вливать сомнения в себе и своих шедеврах исключительно в гениальные головы - как сдерживающий фактор. Поправив галстук-бабочку, он решительно подобрался поближе, явно намереваясь уболтать попавшуюся ему на пути посетительницу до смерти, если она не успеет сбежать раньше, чем он заведёт свою шарманку.
- На это и рассчитано! - Горячо объяснил он, щуря весёлые карие глаза. - Знаете, я по первой специальности психиатр…
Альдриф рассеянно кивнула, опустив тот факт, что не знает, что такое "психиатр", и тот продолжил ещё более увлечённо:
- И вот я подумал, что было бы интересно показать психические болезни как чудовищ…
- Болезни? - Переспросила воительница.
Ей не нравились картины. Они были… Странными. Нет, то, что они пугали её; в силу своих особенностей сознания дева эта вообще вряд ли способна была чего-либо испугаться, особенно после того, как села на трон царства мёртвых, пройдя прежде испытания - в том числе и страхом; нет, тут было что-то иное. Глядя на полотна так, как не умели простые люди, сквозь пелену серебристого пустого взора, приопустив ресницы, чтобы мир чуть-чуть поплыл, Энджела готова была поклясться, что они шевелятся. Едва заметно для глаза смертного - но не для неё, охоту на монстров сделавшей целью своего бытия.

Голос художника долетал как будто сквозь вату, концентрироваться на нём и одновременно удерживать в сознании плывущий не-реальный мир было непросто. Не хватало тренировок, должно быть - ведь обычно дева погони всюду бывала одна, и ей не нужно было ни на что отвлекаться.
- Да. Вот смотрите, вот то, с многими глазами - это паранойя, вот то, синеватое, с радужными разводами, шизофрения, а вот то, с зеркалом, вот оно - биополярное расстройство, сложно было понять, как же оно должно выглядеть…
- Они неправильные, - тихо произнесла Бескрылая, обращаясь даже скорее к себе, чем к собеседнику или к насторожившейся Сэре. - Очень неправильные.
- Неправильные? Вы имеете ввиду, ненастоящие? - Удивлённо спросил мужчина. - Так это ведь… Визуализация. Как я их представил.
Она качнула головой, не поворачиваясь:
- Наоборот. Слишком… Настоящие.

+2

3

Современное искусство - признак богатой страны. Дорогое, непонятное, деньги на него тратятся неохотно, когда все хорошо, а обычное искусство приелось. Механический женский голос время от времени напоминал о правилах поведения и возможности заказать экскурсии на кассе. Посетители перемещались от одного экспоната осоловелыми глазами глядя на вычурные скульптурные массы с пространными названиями вроде "смысл бытия один-ноль-ноль-один". Фантастическая галиматья заставляла людей делать умные лица, но непонимание, удивление и омерзение нет-нет, да проскальзывали. Только ради такого зрелища, а вовсе не из-за экспонатов, стоило попасть на эту выставку. Светловолосый гигант в бежевом костюме застыл перед белоснежным холстом, на котором был сделан один единственный надрез. Картина называлась "Падший ангел".
- Интересный образчик искусства, - возникший рядом парень в роговых очках и излишне узких брюках, попробовал разговорить мужчину.
- Нет, - голос был тих, но внезапный собеседник услышал ответ довольно отчетливо, - не интересный. Это очень плохой символ, гораздо лучше символами владели в начале прошлого столетия. - Говорящий был мягок, но было очевидно, что он понимает, о чем говорит. Критик? Не похож, вроде. - Основа любого символа - это его читаемость.  Даже в той абстракции, - он обернулся к картине, состоящей из кружков и треугольников, - силуэт читается гораздо лучше, чем здесь. Эта работа должна быть названа "безысходность" или "путь в никуда", если автору так желалось получить негативный эффект от испорченного холста.
И гигант покинул юношу, тщетно пытающегося понять, отругали его работу или так своеобразно похвалили.

Михаил любил ходить на такие выставки - это давало представление о том, что творится на Земле сейчас, о настрое людей и их восприятии окружающего пространства. Миновав зал, показывающий Железного Человека в разных вариациях, некоторым из которых позавидовал бы Энди Уорхолл, архангел свернул в примеченный им раньше зал. Когда он проходил мимо, там было малолюдно - то, что нужно для созерцания экзотических тварей, выписанных художником в отвратительно реалистичной манере. Создатель сих шедевров что-то увлеченно доказывал двум девушкам, предоставив остальным посетителям в некотором сомнении проникать в зал, а потом покидать его со всей возможной скоростью. Изображения на холстах были и впрямь весьма своеобразными. Архистратиг поймал себя на осознании, что прислушивается к обрывкам разговора художника и его собеседниц.

Одна из них была весьма и весьма точна в своем определении, звери действительно были слишком настоящими. Быть может, это игра воображения, но инстинкты воина говорили, что это не так. Михаил застыл, настороженно всматриваясь в работы. Что-то еще смущало первого воина господня, он не сразу сообразил, что дело в голосе. Тот механический голос, который выдавал информацию раз в двадцать минут, молчал уже час. Мужчина перевел взгляд на соседнюю работу, но краем глаза уловил движение в первой. Монстр с многими глазами не мигая смотрел прямо на него. Наверное, можно было бы списать это на чересчур разыгравшееся воображение, если бы на его месте был неопытный юнец. Вернувшись ко вновь застывшей картине, Михаил отметил, что огромный зверь с клыками в крови и человеческим телом в руках, прячущийся за табличкой "социопатия", повернул голову, следя за перемещениями посетителя выставки. Его перемещение между двумя картинами выглядели очень странно со стороны, но сейчас это волновало воина меньше всего. Следовало проверить гипотезу и мужчина прошелся вдоль картин. Токсикомания, булимия, эпилепсия, всевозможные психозы - каждая из тварей пристально следила за идущим мимо них мужчиной.

Вероятно, его присутствие и спровоцировало окончательное формирование монстров. Замотанная в серые тряпки рогатая тварь, которая выглядела как побывавшая в Дахау помесь лося и барсука, издала негромкий стон. Судя по надписи на раме, это была депрессия. Под скептическим взглядом эта доходяга с рогами вышагнула за край рамы и издав новый стон, самоуничтожилась. Оставалось радоваться, что все началось именно с депрессии, а не с маниакально-депрессивного синдрома. Но появление остальных - вопрос времени, поэтому Михаил не раздумывая дернул за рамку противопожарной сигнализации и нажал на кнопку. Звук сирены прокатился по залам, захлебнулся и замолк.

Отредактировано Michael (21.02.2017 13:36)

+1

4

Художник, заприметивший нового гостя около своих творений, оживился ещё больше и решил было подобраться и к нему тоже, на время оставив приятное общество дам, дабы те смогли в уютной компании самих себя постичь всю бездну психических отклонений, любовно выпестованных человечеством, но его внезапно удержала за рукав Сэра. Фиалковые глаза ангела смотрели на посетителя в светлом ровно полторы секунды, за которые она сделала все необходимые выводы, чтобы вычислить - этого лучше не трогать, потому что простым смертным он был ровно столько же, сколько Альдриф, просто скрывать сущность умел получше. Асинью выдавали глаза, этого - разве что рост, но в последние пару столетий и он уже не особенно выбивался из общего ряда. Два метра и косую сажень в плечах успешно списывали на скандинавские корни.
- Осмотрись, - шепнула волшебница, после чего уволокла творца с собой, включив режим сороки-трещотки.
Сбежать от неё шансов не было. Если госпожа охоты довлела над своими собеседниками исключительно тяжёлым взглядом, то её подруга могла заговорить насмерть кого угодно, от минотавра до дракона. Возможно, именно поэтому они удачно дополняли друг друга. Сейчас, покопавшись в богатых залежах памяти и вспомнив всё, что она помнит про психиатрию, Сэра твёрдо намеревалась узнать про каждое отклонение в отдельности всю его родословную в медицинских терминах. Ей действительно было интересно, чем леди была страшна особенно.
Благодарственно кивнув вслед, Энджела бесшумно скользнула ближе к стенам, прозрачным, точно лёд, взором скользя по холстам. "Неправильные…" Что неправильного? Несмотря на, казалось бы, хорошую наследственность со стороны горячо любимого папы, дочь Вотана слова в предложения складывать умела крайне плохо, и объяснить, что ей не нравилось, не смогла бы. Просто не нравилось. Всё. Аура от них исходила странная.
С тем самым привкусом безумия, который стремился вложить в них одухотворённый создатель, на психику которого, возможно, общение с пациентами тоже повлияло своеобразно. Сложно балансировать на грани нормальности, будучи постоянно в жёлтых стенах. Даже если по работе.

Момент, в который оно всё-таки взорвалось, Бескрылая почти пропустила; просто по помещению прошла какая-то волна, дурно пахнувшая тленом и болотом, а затем, разворачиваясь, точно в замедленной съёмке, богиня увидела, как неторопливо, с некоторым даже достоинством, сквозь раму переваливается нечто, подписанное депрессией. На своё счастье, что это такое, женщина не знала, а близкого знакомства свести не получилось - издав грустно-проникновенный булькающий звук, монстр осмотрелся по сторонам глазами навыкате, решил, что этот мир слишком плох для того, чтобы в нём существовать, и сгинул, оставив после себя лишь лужицу зеленоватой слизи.
Время подумало ещё немного, убедилось, что всё внимание приковано к происходящему, и понеслось галопом. Из рамы выпрыгнуло что-то сине-мохнатое, шестилапое, затянутое в балахончик с разводами всех цветов радуги и огромными стоячими ушами, которые тревожно поворачивались к любому звуку. Судя по всему, этот монстр был если не полностью слеп, то хотя бы просто кротоподобен; прищурившись, Энджела посмотрела в сторону холста, с которого он выпрыгнул. В углу гордо значилось: Паранойя.
Это слово королевна знала, хотя болезнью и не особенно считала. Хотя, возможно, ей просто не приходилось встречаться с особо выпестованными формами; ручная, уютная паранойя, вскормленная трудными буднями охотника, была даже полезна. По крайней мере, благодаря ей, воительница была всё ещё жива и даже ни разу не пожёвана ни ехиднами, ни мантикорами, ни какой-нибудь иной хтонической дрянью, водившейся в лесах Хевена просто в изобилии.

Раздался шелестящий, мерзкий звук. Паранойя застрекотала наподобие кузнечика, делая какие-то странные прыжки из одного угла в другой и затравленно вертела головой, пытаясь определить источник самой страшной для себя опасности, но не могла выбрать, чего же бояться больше. Охотница, не задумываясь, выдернула из-за спины рукояти, крутанула их в руке, пробуждая от спячки золотые лезвия; вспыхнули полукруглые скаты топоров. Размахнувшись, она метнула один из них в сторону новопоявившегося существа с наличием какого-то неуставного количества голов; оружие врезалось ему точно в грудь и без всякого вреда прошло насквозь, не оставив и следа, после чего благополучно вошло в стену по самый обух.
Лицо Альдриф приняло крайне озадаченный оттенок. Она видела в своей жизни всякое, видела и существ, полностью иммунных ко всяким попыткам их убить, но всё же обычно это выглядело несколько иначе; понятно, когда лезвие отскакивает от шкуры; но чтобы оно просто проходило насквозь, как туман? Может ли тогда сама тварь взаимодействовать с реальностью?
Гидра от психиатрии, сжимавшая в одной из трёх верхних лап крестовину для марионетки, - на поясняющей надписи значилось ОКР, чтобы это ни было, -  осклабилась всеми мордами сразу, и ударила по стоявшей посреди зала тумбе хвостом. Отпрыгивая в сторону, воительница с тоской поняла, что может; это задачу усложняло существенно.

К великану в светлом костюме тем временем подбиралась, зажав его в кольцо, другая тройка странно выглядящих чудовищ, одно из которых и вовсе пряталось за маской в виде птичьего черепа. Эти были поменьше, но явно собирались задавить числом и подвижностью, демонстрируя отменную командную работу, как будто всю жизнь только тем и занималась.

"Уводи людей отсюда, я не знаю, что это, и пока не понимаю, как это убивать," - толкнулась Альдриф в чужое сознание.
В другом зале, отделённом от загончика монстрятника двумя лёгкими перегородками, по счастью не доходившими до потолка, полыхнуло синеватым. Голова асиньи телепатии поддавалась ещё хуже, чем словесному внушению, поэтому пробиться в её разум Сэра уже даже не пыталась, и выбрала наиболее простой способ сообщить о том, что поставленную задачу осознала. Спорить с Лидером Охоты в подобных вопросах было достаточно проблематично, поскольку упрямством женщина могла потягаться даже со старшим братом.
По галерее медленно, но верно покатилась паника. Одно из существ, почувствовав еду, сделало попытку прыгнуть на спину незнакомцу, загораживавшему ей путь, чтобы оттуда стартовать в сторону толпы.[icon]http://s0.uploads.ru/zisw7.jpg[/icon]

+1

5

Паноптикум. Только это слово пришло в голову архангела, как самое точно описывающее происходящее. Грех сквернословия не касался его уст уже очень давно, но сейчас очень хотелось нарушить многотысячелетний порядок и выругаться. Художник был плодовит, зал с устрашающими картинами был небольшим, запасной выход из зала был закрыт, а единственный проход, отделяющий воплощение ночных кошмаров психиатра от обычных людей, находился за спиной архангела. Давний приятель Михаила порадовался бы предстоящей хорошей битве, но крылатый не был фанатом потасовок, предпочитая по мере возможности решать все мирным путем. Однако, сейчас, увы, такого варианта развития событий. Зеленоватая слизь, оставшаяся от депрессии, разлагалась и воняла хуже, чем в самой гнусной пыточной вотчины брата. Следом за депрессией холст покинула паранойя. Воин господень уже изготовился было спасать посетительницу, которая стала объектом внимания шистилапого синего монстра, верещащего что-то невообразимое, но, к его изумлению, посетительница оказалась не так проста. Сложно назвать простой женщину, которая носит с собой на выставку топоры.

Залюбовавшись на движения незнакомки, Михаил едва не пропустил атаку сразу троих кадавров от психиатрии. Первый выглядел как переевший стероидов оранжевый грызун со скорпионьим жалом и крыльями, второй - в маске из птичьего черепа, с огромным шприцом и в белом халате, третий больше напоминал полутораметрового слона с шипами дикобраза, попавшегося под руку парикмахеру не брезгующему псилоцибином и лсд. Архистратиг с трудом припомнил, что это - белая горячка, ипохондрия и галлюциноз. Повторять ошибки неожиданной союзницы и размахивать оружием он не стал - какой смысл, если она только что наглядно доказала бесполезность этого метода воздействия? Хороший пинок отправил ипохондрию в стену. Огромный шприц в ее руках разлетелся на сотни осколков, а сверху припечатало рамой от депрессии. Ипохондрия дернулась и перестала подавать признаки жизни. Всплеск светлой магии заставил Архистратига дернуться и посмотреть в зал, откуда она шла. Слава Отцу, ничего враждебного, хотя и несколько неожиданно. Тем временем, крылатая тварь решила, что загораживающий проход великан, неосторожно повернувшийся к ней спиной - это так себе преграда. Потрясая жалом, она взяла разбег, прыгнула - и так и не поняла, что сшибло ее с траектории полета. В ее странно текущих алкоголических мыслях концепция крыльев у кого-то еще не укладывалась совершенно. Приземлившись на шипы псилоцибинового слона, тварь издала писк, переходящий в ультразвук и слон начал неотвратимый разбег.

Рыжеволосая посетительница уворачивалась от ударов весьма шустро. В опущенной руке гиганта в белом в ослепительном сиянии возник пылающий клинок. Отвесив пинка слону и снова крылом сшибая омерзительно пищащую алкоголическую дрянь, архистратиг отправил клинок в полет. Крутанувшись несколько раз в воздухе, он сшиб с потолка подвесную конструкцию, на которой удерживались светильники. Тяжелая металлическая труба могла бы пришибить воительницу, но лучший среди равных рассчитал все верно. Конец трубы прошил шею твари, которая прянула за воительницей. Тварь выронила крестовину для марионетки, издала предсмертный стрекот и осыпалась прахом.
- Они могут взаимодействовать с обстановкой! - Озвучил очевидную сентенцию Михаил. Звучный голос перекрыл мерзкий визг новой твари, больше похожей на помесь лягушки и утки с чем-то отдаленно напоминающим пистолет. Какое воспаленное сознание назвало это идиотией Михаил сказать затруднялся. Но монстр выглядел очень массивно - даже высокому архангелу пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ей в пасть. Массивный кулак влетел в мягкое брюхо, но удар возымел успех только частично. Это несказанно изумило воина господня, но сдавать позицию около двери он не собирался. Со второй ладони сорвался ослепительный свет. Тварь жалобно заверещала и отпрянула. - А магия ее пугает, - констатировал архангел, вновь призывая клинок. Меч, завязший в потолке, растворился и возник у крылатого в руке. Не ровен час, какая-нибудь социопатия или эпилепсия додумаются до того, что можно идти не через дверь, а просто снести стену. С их габаритами это не составило бы особенного труда, судя по тому, как маниакально-депрессивный психоз крушил раму от картины, с которой вышел, время от времени тяжело вздыхая в сторону остальных рам. - Всегда говорил, что не люблю современное искусство!

Отредактировано Michael (03.03.2017 20:39)

+1

6

Женщина лихорадочно соображала, гибкой кошкой ускользая от попыток монстров попробовать её на вкус. Сражаться сверх раздачи пинков, отправляющих монстров на манер резиновых мячиков сшибать друг друга, проникнувшись бесполезностью данного занятия, она больше не пыталась, вспоминая всё, что знала, слышала или вообще сама додумала про такую затейливую производную, как нарисованные монстры. Что-то такое, в общем-то, фигурировало в Хевене; у некоторых тамошних мужчин не было не только крыльев, но ещё и мозгов, и кто-то периодически откапывал фолианты разной степени невменяемости, после чего происходили разные печальные события: звёзды падали на землю, монстры плодились в геометрической прогрессии, а исполинская печка десятого мира то и думала погаснуть. В общем, жилось там благодаря Небесному Храму, весело.
Иногда чрезмерно.
Схватив какую-то юркую двухцветную тварь с красивым хвостом, похожим на кленовый лист с длинной ножкой, за её изящные рога, Альдриф несколько мгновений, которые из-за своей скорости легко могла бы растянуть в часы, созерцала её, пытаясь осознать, что это такое, потом посмотрела на раму, с которой, кажется, оно выпрыгнуло. Там значилось биополярное расстройство. Ну, учитывая неоднородность подвывающего создания, можно было счесть, что это похоже на правду; перехватив монстра за хвост, воительница с непроницаемым лицом ("всё нормально" - как бы сообщала она окружающему миру) раскрутила его посильнее и, аки кистенём, смачно приложила по средней голове кукловода. Вырубило, видимо, обоих, потому что ОБК, пошатнувшись, рухнул мордами вниз, слегка покрошив пол.
Глаза богини вспыхнули коротким, тусклым отсветом, и в воздухе потянуло чуть уловимым запахом леса. Из ниоткуда взявшиеся лозы стремительно разрастающегося шиповника спеленали выбывших из боя чудовищ в компактные коконы и продолжали обволакивать их до тех пор, пока те, трагично пискнув на прощание, не развоплотились, хорошо нашпигованные шипами.
И цветочками, конечно. Куда же без них.
Обрадованный божественным вмешательством в своё существование шиповник бурно расцвёл, разбавляя психоделичную обстановку своим независимым видом.

Энджела тем временем уже ловила следующую тварь, которая по неизвестным причинам сначала решила атаковать приятно маячивший рыжеволосый затылок, а теперь сильно передумала и пыталась отчаянно удрать, колотя по воздуху зачатками крыльев на манер птеродактиля. Королевна поймала её на взлёте, прыгнув вверх, как кот, обнаруживший пролетающий мимо дрон, который заманчиво жужжит моторчиком, и, смяв в небольшой мячик, швырнула в сторону эпилепсии, которая явно решила пойти на таран безвестного товарища с огненным мечом. Рука у дочери Вотана, как и положено, была тяжёлой, замах хорошим, поэтому монстр пролетел два метра со скоростью пушечного ядра и сшиб своего более крупного товарища, всмятку разбившись о его костяной панцирь на груди.
Тот, подвывая дурным голосом, пытался перевернуться со спины, но был слишком коротколап для таких физических подвигов; схватив с пола обломок какой-то рамы, женщина налетела на него злобствующим коршуном и, как завзятый вампироборец, пригвоздила его к ламинату колом. Дерево от такого усилия треснуло, и Бескрылая стряхнула с ладони щепки.
В отличие от её собственного оружия, части картин оказались для порождения больной фантазии автора опасны, и монстр разлился в дурно пахнущую лужицу, в которую тут же вляпалось что-то мелкое, похожее на помесь радиоактивного ежа с химически обработанной крысой. Женщина придавила её ногой и держала до тех пор, пока та не перестала булькать, видимо, задохнувшись в останках почившего в бозе товарища.
Однако.

- Я ведь говорила ей, что не стоит сюда идти, - проворчала воительница, запустив оставшимся в руке обломком рамы в истерию.
Та крякнула. Удар вышел не смертельный, но явно неприятный, и одна из лап монстра, кажется, отнялась, так что теперь существо вынуждено было перемещаться на трёх, совершая довольно странные кульбиты, и на время оно забыло об атаке, нервно посвистывая в попытках как-нибудь самоисцелиться.

Незнакомец в светлом оказался довольно бодрым, чем неприятно изумлял вылупившихся с картин чудищ и заметно озадачил саму Альдриф, которая странно косилась на его крылья, один раз едва не пропустив прыгнувшую на неё тревожность, метившую в лицо. Мидгард, говорят, вообще очень странный мир, и тут можно встретить всё то, что никогда не встретишь во всех иных мирах вселенных, вместе взятых, но всё же крылья и мужчина плохо сочетались между собой в радикальном сознании хевенской воспитанницы. Что-то где-то буксовало. Приспособив к раздаче пинков и подзатыльников для монстров обломки их же колыбелей, богиня освободила себе в разуме достаточное количество места для того, чтобы пытаться понять, на каком именно моменте она сошла с ума; когда зашла сюда, когда её покусала, оставшись незамеченной, какая-нибудь психопатия, или вообще в светлый миг рождения. Осмысленной сей глубокой, очень важной сентенции не шло.
Одинсдоттир бросила в несущегося на таран монстра мгновенно раскрывшиеся семена, взрощенные в ладони из воздуха. К оптимистично цветущему шиповнику присоединился хмель. Флора, почувствовав благоприятные условия, начинала неумолимо разрастаться, затягивая стены и пол зелёной сетью, и проявляла редкостную гражданскую сознательность, обвивая усами особо неторопливых тварей за все конечности, до которых могла дотянуться. Заманчивые щиколотки мечника трава пока предпочитала игнорировать.

+1


Вы здесь » Marvel: All-New » Неучитываемые эпизоды » [25.02.2016] Каждой твари по паре


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC