Up
Down

Marvel: All-New

Объявление

Как она могла позволить себе столько дней отлеживаться и горевать о неудавшихся отношениях, когда их в принципе скоро может не быть вообще ни у кого? Ей-то не привыкать, вон уже даже кошек приглядела к старости, а что остальным-то делать?

© Rogue

* — Мы в VK и Телеграме [для важных оповещений].
* — Доступы для тех, кто не видит кнопок автовхода:
Пиар-агент: Mass Media, пароль: 12345;
Читатель: Watcher, пароль: 67890.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel: All-New » Настоящее » [16-18.08.16] Ashes and claws


[16-18.08.16] Ashes and claws

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

https://i.imgur.com/nxJsOYM.png

школа им. Джины Грей; просторы Уэстчестера

Rogue, Marvel Girl, Wolverine


Про то, как воля Феникса не всегда совпадает с желаниями его носителя. Про то, что могилы разрывают не только вандалы и мародёры. Про то, как сложно помочь тому, кто помощи не ищет. И про то, что встреча старых друзей никогда не обходится без доброй драки и пива.

Отредактировано Wolverine (29.03.2019 23:24)

+5

2

16.08

Росомаха громко выдохнул – как если бы всплыл со дна океана набрать воздуха – жадно и как можно больше. Только набирать, казалось, было нечего. Воздуха чертовски не хватало. Такое ощущение, что на голове был тугой обруч и сдавливался он сильнее с каждым неловким движением. Духота. Первое, что он смог ощутить, как только открыл глаза – невыносимая, давящая духота. Затем в нос ударила вонь от разложения – разложения собственного тела. Тесно. Темно. Хреново. Незнакомо. Где он? Что он помнит? В голове туман из фрагментарных воспоминаний – кажется, он выполнял очередное дело в рамках своей программы. С кем? Когда?.. Что случилось? Какого… Росомаха попробовал привстать, но задел головой верх притолоки – или что это там было. Зарычал от раздражения, машинально хотел вскинуть руку, чтобы загородиться и потереть лоб, но стукнулся костяшками пальцев о что-то другое, застряв ладонью между стенкой и бедром. Грязно выругавшись про себя, согнул стопу – со стороны ноги тоже грань – и сердито пнул стенку пяткой. Грёбаная темнота, где ничего не видно, но понятно было только одно: он заперт во всех плоскостях. В чёртовой тесной коробке.
Первая мысль, самая дурная, но самая вероятная и инстинктивная, могла быть проверена только единственным способом. Сжав зубы, Росомаха сумел устроить руку на животе, задержал дыхание – понимая, что воздуха здесь нет, а подыхать и заново регенерировать отмершие от нехватки кислорода клетки мозга было занятием сомнительным для удовольствия и времени. Направляя кулак кверху, выпустил когти. Адамантий беспрепятственно вспорол коробку – судя по запаху, древесина, сталь и какая-то смесь полимеров, которые тут же перебили застоявшийся запах разложения. Зажмурившись, он мысленно отсчитал пару секунд, а затем повёл рукой к стопам. Хлынувшая вязкая земля мгновенно подтвердила его предположения – это гроб. Хренов гроб. И похоронная процессия состоялась явно не вчера.
Росомаха чувствовал, что до потери сознания времени у него мало – как и то, что положение его паршивое; сырая земля не играла на руку. Смещая центр тяжести, рванул кулаком кверху, затем вспорол крышку второй, образуя дыру, в которую стремительно набивалась земля. Сцепив зубы, незамысловатыми движениями молча отталкивал её под себя, под колени и далее к ногам. Когда в ногах образовался плотный вал, Росомаха, подтягиваясь руками, начал вставать, сопротивляясь хлынувшему потоку земли. Холодная, вязкая и липкая, как глина, она затягивала вниз, заполняла собой пространство, придавливала книзу. Вверх, вверх – только вверх, иначе всё напрасно, иначе он утонет здесь. Разгребая руками почву, он сумел занять относительно вертикальное положение и навалился грудью вперёд, чтобы не свалиться обратно. Ещё один рывок наверх. Последний. Ещё один…
Громкий вдох – настоящий, насыщенный, полный свежего воздуха. Оказавшись над землёй, Росомаха по-рыбьи хватал воздух с несколько секунд, чтобы унять в висках нарастающую боль. Затем, ловко орудуя когтями, как ледорубами, вытянул себя из-под земли и откатился в сторону, подставляя лицо тёмному небо. Он был выучен – нет, запрограммирован – не давать слабину в самых тяжёлых ситуациях, но сейчас ему было необходимо продышаться и выплевать всю землю, что скрипела на зубах. Так и лежал, тяжело дыша, словно уставший после охоты зверь. Зверь… это он. Животное. Кажется, так его называли. Кто? Люди в униформе. Он не мог вспомнить их очертания, но хорошо помнил их запахи, практически ощущал у себя в голове. Запахи – и все эмоции, которые они вызывали: постоянное ощущение загнанности, чувство клетки вокруг, злость и ярость, отчаянная боль и жажда защититься. Жажда их крови.
Последнее ощущалось особенно чётко.
Заставить их выть, порвать их в клочья – этот звериный инстинкт, впитавший в себя уже и нечто по-человечески осознанное, работал сильнее всего.
Росомаха сбросил с ноги ненужный ботинок – второй застрял где-то под землёй – и поспешил прочь, подальше от неизвестной ему могилы, подальше от причудливых запахов, которые казались вовсе не чужими. Вперёд – туда, откуда несло резиной покрышек и асфальтом, металлом и ржавчиной. К дороге. Он найдёт себе автомобиль, на котором его учили ездить, а затем выследит их. Как-нибудь.

Отредактировано Wolverine (02.04.2019 18:08)

+5

3

А девиз данного отыгрыша - "Слабоумие и отвага". Слабоумие и отвага - сильная духом, но слабая кукухой.

Медленно опустившись на кровать, Анна провела ладонями по лицу. Не плакать. Глаза предательски защипали. Не плакать. Губы сжались в одну белесую линию. Не плакать! Пощечина, способная вырубить даже подготовленного военного, но  она ей нипочем. Щека даже не покраснела, чего не скажешь о глазах. За последние несколько дней Роуг выплакала, кажется, годовые осадки Лондона. Еще никогда в жизни девушка не ревела несколько часов кряду, изредка заставляя себя выпить хоть стакан воды. Естественно, делала она это подальше от посторонних глаз, поэтому свое возвращение в Школу южанка особо не афишировала,  решив забрать вещи из квартиры Рэми чуть позже, возможно никогда. Ведь если он даже не уничтожит в прах все ее имущество с таким трепетом перевозимое из Школы, то может, спрячет в кладовке или раздаст бездомным. Намерения мужчины разойтись она увидела так четко и ясно, как никогда прежде и это отчаяние в его глазах, с которым креол произносил последние слова… Не плакать! Снова удар и теперь явственно почувствовался привкус крови во рту. Роуг всегда была сильной, храброй, отчаянно верной девушкой, но сейчас внутри все сломалось. Ей совсем не хотелось ничего, словно Смерть вытравил своим ядом ее душу, вырвал дрожащими руками все еще трепыхающееся сердце и растоптал его грязным башмаком. Оказалось, для Анны расстаться после того, что было у них с Рэми – все равно, что пустить себе пулю в лоб. Хах забавно. Вспоминая недавние события в Канаде, где Шел решила задушить свою гордость, найдя Гамбита в Орлеане, девушка едва дышала, заглушая всхлипы мокрой от слез и соплей подушкой. Как так получилось? Почему?! Неужели тот крохотный миг, что они были вместе и есть счастье, не способное продлиться на долгие годы? Чем они заслужили это дерьмо?!
Роуг медленно сползла с кровати и, подойдя к окну, открыла фрамугу.  Теплый ветерок мигом залетел в комнату, едва покачнув занавеску. Девушка знала, что в мире происходили чудовищные события и ее личный Апокалипсис сейчас мало кого волновал, но у нее не было сил даже думать об этом, не говоря уже о том, чтобы действовать. Ее сломали. Обхватив дрожащими руками плечи, южанка выпорхнула из комнаты на улицу, незаметно проникла на кухню, где выудила из холодильника две баночки ледяного пива и также незаметно скрылась по направлению к могиле старого друга, единственного друга, который мог дать совет, не произнося ни слова.
Хоть на улице и стояла жара, на Анне были надеты джинсы и кофта с длинными рукавами. Этот барьер хлипкой соломинкой удерживал девушку от очередного приступа отчаяния, итак погрузившего звонкую южанку на дно эмоционального болота. Слова креола о ее несостоятельности, ее ущербности и нежелании самой что-то делать, меняться, пересекались с длинными монологами о ее страхах и недоверии, которое девушка не может никак перебороть доводили до форменной истерики. Ее распирало от отчаяния и злости. На Гамбита, на себя, на весь мир вокруг. Возможно, именно по этой самой причине Роуг не сразу обратила внимание на внешний вид могилы. Южанка приземлилась в нескольких метрах от холмика, резким движением откупорила обе бутылки (одну для друга) и повернувшись на пятках к месту захоронения, маленько охренела.  Глаза планомерно увеличились в размерах раза в два, а рот застыл в приоткрытой полуулыбке. Наверное, Анна сейчас напоминала какую-нибудь куклу из старого сериала «Улица Сезам»,  если вообще это выражение лица можно было с чем-нибудь сравнить.
- Черт побери.– Медленно подойдя к ямке, образовавшейся на месте поросшем газоном, Шельма  еще медленней опустилась на коленки. Поставив обе бутылки на надгробие, южанка заглянула вниз. – Эээй, здесь_есть_кто-нибудь? – Сплошным шепотом сорвался с губ самый тупой вопрос из всех, что сейчас можно было спросить. И ответом ей была тишина. И кузнечик, примостившийся на горлышке вспенившегося нефильтрованного. - Если сегодня еще кто-нибудь родится или умрет, то я точно останусь без обеда...
Земля была вывернула наизнанку, словно огромный крот с когтями по пятнадцать сантиметров, копал из глубин своего самосознания и выбравшись наружу, ушел по кривой бренного бытия куда-то в сторону э… Нахмурившись, Мари огляделась вокруг. Остатки земли терялись в газоне, но по примятой траве было понятно, куда направился ходячий. Скорее всего, девушке стоило бы испугаться, позвать на помощь  кого-то из Школы или на худой конец позвонить брату, чтобы тот предложил пару адекватных вариантов того, что случилось (а также соль, колья, серебряные пули, мочу перуанского дятла и т.д.), но вместо этого Анна молча направилась вслед за зомби или кем сейчас являлся Логан. Следы оканчивались у дальней ограды, выходящей к небольшому леску, за которым шло шоссе. Куда направился внезапно воскресший друг Роуг даже не предполагала, в ее голове сейчас крутилось много разных мыслей от «он воскрес или его опять выкопали на опыты» до «сколько скидываться на повторные захоронения в случае чего».  Взмыв в небо, южанка пролетела несколько метров в сторону посадки. Оглядевшись и не найдя никаких намеков  праздно шатавшегося трупа, полетела в сторону дороги. Признаться, найти Логана в среде его естественного обитания – та еще пытка для слаборазвитых, но сейчас Анна соображала весьма скверно, и лишь добравшись до шоссе и увидев несколько припаркованных автомобилей скорой и полиции, поняла, что одна не справится. Однако ни телефона, ни коммуникатора с собой не оказалось, а внизу, одинокий мужчина, немного потрепанный и испуганный, указывал  стражам порядка куда-то дальше по трассе, в сторону города.
- Ну, трупы водить же не умеют… Правда? - Не став больше привлекать к себе внимания, Шельма направилась в сторону города моля всех известных богов, чтобы Логан не вляпался больше ни в какую историю.

Отредактировано Rogue (05.06.2019 20:24)

+5

4

Росомаха спешил. Стягивая с себя на ходу впитавший запахи разложения пиджак, отряхивая некогда белую рубашку, которую тоже бросил где-то в кустах, спешно – почти бегом – стремился к шоссе. Туда, откуда шёл чёткий запах резины, выхлопов и тёплого асфальта.
Выбравшись на обочину, он лениво обернулся на просигналившую мимо фуру. На скорости она подняла столб пыли и взвинтила в воздух смесь запахов. Росомаха принюхался и зарычал – нужного среди них не обнаружил. У него был острый нюх, но он всё еще не знал, как выследит тех, кто запирал его в клетке, не имея никаких следов. Жажда их крови казалась невосполнимой, и лучше бы ее хоть сколько-нибудь утолить: голодный зверь всегда опасен.
В отдалении забрезжил слабый свет двух огней – они катили медленно, расширяясь от точек до двух чётких кругов, а затем и фар. Росомаха вышел на полосу, уверенно зашагал навстречу.  Автомобиль, который делал от силы сорок миль за час, среагировал довольно поздно – водитель даже посигналить не успел, а тут же выкрутил руль и вдавил по тормозам. Поднялся пронзительный визг колёс, машину занесло на обочину, красный «жук», предварительно отхватив адамантиевыми когтями по капоту, влетел в заграждение. Несколько мгновений было слышно только остывающий мотор, а затем из автомобиля выбрался человек – выше на две головы, в джинсовой куртке и очках.
– Ты что, охренел?! Эй, я к тебе обращаюсь, кретин!
Росомаха глухо зарычал. О, он прекрасно всё слышал – и по интонации и общему волнению понимал, что человек сердится. Но... ему откровенно было плевать. Он зашагал навстречу, держа руки наготове.
– Дорогой, садись в машину, давай уедем... – женщина, оказавшаяся на пассажирском сидении, понимала куда больше. От нее Росомаха улавливал тревогу. Ну хоть одного из них смутил вид босоного коренастого заросшего мужика в одних брюках. – Сэр, Вы в порядке?..
– «Садись в машину»? Посмотри на бампер, все всмятку!
– Дорогой, пожалуйста...
– Эй, ты, хрен! Слушай сюда, мудак... Аааа!
Между «мудак» и «аааа» Росомаха подобрался вплотную и обнажил когти, безальтернативно намекая, что ему под руку лучше не соваться. Незадачливый водитель громко взвизгнул, когда когти вспороли воздух возле его уха, а пальцы грубо ухватились за край ворота. В следующий миг водитель полетел через обочину куда-то в кусты, а его спутница поторопилась следом без посторонней помощи. Сообразительная, однако.
Оказавшись в салоне автомобиля, Росомаха сморщился от новых запахов, среди которых самым ярким был горький дым; после секунды замешательства он сдал назад и затем резко рванул машину прочь, по пустому шоссе.
Натужно тарахтевший «жук» едва осилил две мили, прежде чем зачахнуть окончательно. Похоже, Росомаха вспорол когтями не только крышку капота. Хмуро взглянув на себя в зеркало заднего вида, Росомаха оскалился и выбрался наружу, бросив машину прямо на проезжей части. Ничего – найдет другую, тем более, что запах бензина стал настойчивее. Бензина, жареного мяса, лука... И?... Что-то горьковатое, но приятное. Спирт. Точно спирт. Росомаха принюхался к вечернему воздуху, отделяя одни ароматы от других, и направился в ту сторону, откуда несло едой. Как голодный зверь.
Вся эта мешанина запахов вывела его к небольшой провонявшей перегаром и потом кирпичной коробке у дороги, ведущей от шоссе через съезд. Придорожное кафе с припаркованными байками и парой огромных фур. Росомаха окинул пристальным взглядом мотоцикл, снял с висевшей на ручке кожаную безрукавку, украшенную черепом на спине. По странной интуитивной памяти – будто это было все в другой жизни – он примерно знал, что ему надо делать. И даже сел бы и поехал прочь, гонимый жаждой мести, если бы не эти запахи сосисок, от которых нутро сводило: голод был настолько сильным, будто он не ел целую жизнь.
Росомаха отпустил ручку байка, снял стопу с ножной подставки и решительно направился в кафе. Внутри сомнительного вида заведение вполне соответствовало той карте запахов, по которой он сюда явился: кругом уставшие, хмурые люди, от которых несло маслом, бензином и дорогой, расставленные по всему залу кружки по спиртным, табачный дым. Люди курили, тихо разговаривали, играли в бильярд, кто-то развлекался в туалете. Росомахе не было до них никакого дела – он только хотел есть. Настолько сильно, что бесцеремонно навалился на дверь кухни за барным прилавком.
– Йо, мужик! – бармен опешил, завидев босоного посетителя. – Туалет в другой  стороне... – Росомаха, не обращая внимания, толкнул дверь. Есть. Он хотел есть. – Чёрт!.. Эй! – бармен бросил полотенце на стойку и рванул к нарушителю. – Здесь только для персонала... – он положил руку на плечо на Росомахе, а в следующий момент перелетел через его голову, плашмя ударившись о пол. Бармен охнул, а затем завизжал, когда вновь открыл глаза и увидел руку с занесенными когтями.
В зале как по щелчку синхронно отодвинулись стулья, любопытные и небезразличные – или, вернее, те, кому не терпелось ввязаться в драку – повскакивали с мест.
– Э, какого хрена происходит?
– Да это же мутант...
– Вы видели?
– Эй, ты, проваливай, пока не!..
Но кто-то оказался менее сдержанным и на слова не растрачивался – кафе оглушило звуком выстрела. Кольт. Тяжёлой оружие, особенно с короткой дистанции. Бьёт так, что человека отбрасывает на спину – только Росомаха человеком не был, и, глухо зарычав, начал медленно оборачиваться назад, наглядно демонстрируя присутствующим, как работает его исцеляющий фактор, как стягивается кожа на голове, где пуля оставила глубокую кровавую борозду. Зря это они.

Отредактировано Wolverine (27.04.2019 10:09)

+3

5

Проклиная на чем свет стоит свою сообразительность, южанка летела очень медленно, внимательно рассматривая все вокруг. Иногда приходилось опускаться под крону деревьев, дабы удостовериться, что Логана там не было. Впереди маячил город, до него рукой подать. Нахмурилась, распознав вдалеке брошенный автомобиль со вскрытым, словно консервным ножом, капотом. Не узнать эти следы просто невозможно! Приземлившись рядом, девушка мигом осмотрела салон. Грязь, кругом была грязь, следы чернозема. Радовало одно – водитель был абсолютно жив и соображал что делает, судя по механической коробке передач. Оглядевшись по сторонам и не найдя больше ни одного пострадавшего, а также посторонних авто, Роуг взмыла в небо. Она не представляла в каком сейчас состоянии воскресший, что думает, куда направляется, но одно она знала точно - звериное нутро Джеймса никогда его не покидало. Поэтому, логичней всего было думать о том, что мужчина направился в лес. Но как ей одной пропахать столько акров хвойных? И как назло Анна больше не могла воспроизводить силы других мутантов.
Сделав пару кругов вокруг машины, Шельма зависла над дорогой. Вдалеке слышались звуки сирен. Значит закончили. Сейчас найдут авто и охренеют. Решив не маячить перед глазами потерпевших и уж тем более полиции, Анна полетела в сторону небольшого здания, стоявшего в нескольких десятках метров впереди по дороге. Логан мог быть где угодно, поэтому требовалось позвонить в Школу и предупредить всех о случившемся, а уж в придорожном кафе точно телефон найдется.
У входа стояли припаркованные байки,  а также несколько фур дальнобойщиков. Видимо люди здесь останавливались перекусить, принять душ, может даже выспаться и двинуться дальше в путь. Анна знала и любила такие места, ведь здесь можно встретить много разношерстного народа, послушать огромное количество историй и просто расслабиться. В таких барах ее мало узнавали, никто не обращал внимания на одежду и в целом, здесь можно было раствориться. Потеряться. Этого ей хотелось сейчас больше всего. Исчезнуть со всех горизонтов, раствориться в воздухе и навсегда сбежать в планеты. Что угодно, лишь бы не вспоминать о недавних событиях. Боль, что вновь вгрызалась в сердце, ослепляла, не давая бывалому Икс мену мыслить здраво. Она стала слишком эмоциональна, даже для ее южного нрава. Слишком ранимой. Слишком…
Выстрел вывел Мари из раздумий и, не медля больше ни секунды, Роуг метнулась бодрым кабанчиком в сторону входной двери. Распахнув оную, бойкая красотка оказалась в весьма неприятной ситуации. Тяжелая атмосфера, тягучая, ее можно было даже распробовать языком, наполняла кафе. Свежий воздух ворвался внутрь, но его было слишком мало, чтобы очистить помещение от изумительного смрада сигарет, жареного масла и сортира. Большая часть посетителей стояли у столиков, кто-то сидел, спрятавшись за задницы товарищей, но во всем этом действии был лишний элемент. Кантри, что играло из приглушенного радио, полные испуга глаза посетителей и его, голубые, такие родные, такие знакомые. На мгновение потеряв над собой контроль, девушка сделала уверенный шаг навстречу другу, затем еще один и еще. Руки потянулись к лицу, закрывая рот в немом окрике. Но она кричала глазами. Яркими, зелеными, заплаканными глазами. Слезы вновь побежали по щекам, но теперь это были слезы радости. Сколько ночей она не спала после похорон? Сколько дней провела рядом с его могилой, а затем дома в Канаде? Даже после смерти Джеймс давал ей советы, молчаливые, но верные наставления, не раз спасавшие ей жизнь. А сколько потерял Курт? Логан был его утешением, его молчаливым слушателем, знавшим о том, где побывал ее брат и что такое Рай и Ад, в которые теперь ему закрыт путь. Тот самый Логан, что был ее лучшим другом, не раз спасавшим жизнь, ушел давно, и она уже успела к этому привыкнуть, как-то приспособиться, а теперь вдруг…
- Джеймс… Джеймс, Джеймс. – Дрожащие губы, пальцы рук. Да она вибрировала целиком, как чертова кошка! – Ты меня помнишь? – Затравленный взгляд зверя, изучавшего все вокруг, поглощавшего каждую частичку запахов, кружащих вокруг, Роуг заметила, лишь подойдя чуть ближе.
- Ты с ним заодно?!
- Видали, девка его знает.
- Она с ним!
- Пошли прочь, уроды!
- Заткнись! – Рявкнула так, что, казалось, задрожали стекла. – Выметайтесь отсюда живо, если жить еще хочется. Логан, ты меня узнаешь?

Отредактировано Rogue (08.05.2019 12:22)

+3

6

След от пули вышел уродливым – глубокий рваный канал от края затылка до виска, где торчал кусок металла, не сумевшего пробить адамнтиевый скелет. Росомаха глядел исподлобья на ужас и страх в глазах толпы, которая с замиранием и тихо – так, что было слышно только старый радиоприёмник и звуки срастающейся плоти – наблюдала за тем, как кожа выталкивает инородное тело, как скомканный свинец с характерным звуком падает на пол и закатывается куда-то под барную стойку. Бармен, распластавшийся под ногами, лишился чувств. Разбавленный потом и перегаром запах пороха смешался с запахом страха – и человеческой мочи. Росомаха резко вскочил, как взведённый, выпрямляясь в весь свой скромный рост и скаля зубы. Он их не трогал. Они сами начали. Напали. Думали, что прибили зверя, но всего лишь сделали его ещё злее. Растерзать их в ответ... Крови... Перегрызть их, пока они не... Не что? Чёртова мешанина в голове, словно кто-то щёлкнул тумблер. Животный инстинкт, проявленный в самой пиковой его точке, заглушил все прочие чувства.
Глухое рычание. Росомаха решительно отступил от обмякшего тела бармена в сторону зала Перепрыгнуть через стойку и пустить на фарш замешкавшегося нападавшего, однако, ему не позволяли дальнейшие события: сначала в общую вонь придорожного кафе примешался новый тонкий запах, совершенно чужой для здешнего места, но в то же время казавшийся знакомым лично ему, Росомахе, а с ним в голову ворвался странный вихрь ощущений. Он знал – должен знать! – этот запах... растерзанная память сигналила, что это кто-то хорошо знакомый. Не чужак. Свой? Он не мог понять собственного мироощущения, которое внезапно отдалилось от происходящего и сузилось до каких-то дюймов, когда незнакомец – вернее, незнакомка – сократила между ними расстояние. Росомаха принял оборонительную позу,  по привычке и из осторожности обнажая клыки и сжимаясь в пружину, но не нападал.
Джеймс?
Нечто странное заёрзало внутри. Он не знал этого имени, но оно казалось таким... привычным? Незнакомка приблизилась вплотную, протянула пальцы. Росомаха недоверчиво отклонился назад, не даваясь в чужие руки и сохраняя расстояние.
Логан... Логан?
Он не был уверен, говорила ли она с ним – с Росомахой, с Оружием. Он не знал этих имён, не помнил, но почему-то чувствовал, что они знакомы. Тем не менее, незнакомка обращалась именно к нему: если имена и звучали непривычно и одновременно знакомо, то глаза её прятать правду не могли; а именно в них он внезапно для себя – для одиночки и цепного пса – обнаружил не страх, не неприязнь не стадное желание затравить зверя, а что-то тёплое, дружелюбное, со светлой тоской. И запах. Он уже слышал его сегодня, когда выкапывался из могилы. Кто же она такая?..
Просто зверь сказать не может – и потому Росомаха молчал, прислушиваясь к единственно верным животным чувствам: к запахам, к чужой динамике движений, к собственным инстинктам. Незнакомка двигалась плавно, словно боялась его спугнуть, и он это принял за знак расположения, хотя и продолжал стискивать зубы и отклоняться назад, уже вжимаясь запятнанной рубахой в барный шкаф. Её лицо казалось знакомым. Волосы. Глаза. Руки. Глубоко внутри что-то сжималось в приятный ком, но призывало держать расстояние. Кто она?..
Он ни сказал ни слова. Да и не смог бы, потому что животные не разговаривают – животные рычат. Росомаха взвыл, но больше от ярости, чем от боли, когда в кафе раздался второй выстрел, а следом и третий, и четвёртый – и так до шести, пока в барабане магнума не останется ничего, кроме запаха пороха и тёплого железа. Просвистевшие пули прошли сквозь плоть; одна из них застряла под ребром, другие вышли навылет и подняли звон битого стекла. Теперь во всей этой вонище усиленно несло спиртом и кровью. Росомаха, потерявший равновесие под инерцией выстрела, отшатнулся на пару шагов, являя малоприятное зрелище. Рубашка тут же пропиталась красными пятнами, но исцеляющий фактор делал своё дело. Гнев – тоже.
Громко взревев, Росомаха позабыл напрочь о незнакомке и ринулся мимо неё в толпу на обидчика, у которого бывшая улыбка обернулась печатью ужаса. Достать его. Растерзать в клочья, чтобы он никогда больше не стрелял в него. И когда незадачливый стрелок понял, что его поступок был более, чем просто идиотским, Росомаха полоснул когтями по чужой кисти, усекая пальцы до жалких обрубков. Кровь хлынула фонтаном, а последнее, что возникло на лице стрелка, прежде чем он истошно заорал – неописуемый и дикий страх.

+4

7

В каждом своем слове девушка видела отклик в глазах друга, любое неосторожное движение вызывало лишь стандартную настороженность, граничащую с возможным доверием. Роуг подходила все ближе, всем своим видом давая понять, что не навредит, что знает его. Все проблемы минувших недель как-то отошли на второй план, а в голове вертелось лишь одно слово «живой». Ну и пусть ничего не помнит, пусть боится ее и готов растерзать окружающих, не важно. Главное – он жив, ее друг, товарищ, наставник. Логан жив! Наклонив голову, Мари громко всхлипнула. Верно, для окружающих они смотрелись как-то странно, нелепо, словно она пыталась приручить дикого зверя, но уж кому как не Шельме знать, что глубоко внутри, там, под слоем кожи и адамантина скрывается храброе сердце, отеческая забота, добрая улыбка, сострадание и любовь. И пусть он всегда скрывался под маской бывалого вояки, нелюдимого дикаря, эта самая маска сейчас ее не обманет! Анна разобьет ее, сотрет в порошок, ляжет костьми, но вернет друга. Как и он, когда-то давно, пытался вернуть ее.
- Прошу, не убегай… - Едва различимый шепот. Ей сейчас так тяжело, так больно, что готова закричать и лишь мерный ход стрелок настенных часов нарушает их уединенную идиллию. Время, казалось, остановилось. Мужчина совсем рядом, всего каких-то пару шагов впереди. Южанка уже ощущает запах земли с одежды воскресшего. Еще чуть-чуть, еще немного и дрожащие пальчики коснуться лица Росомахи.
Хлопок. И алые пятна крови брызнули на женское лицо мощным фейерверком. Затем еще один и еще. Покрываясь алой росой, Шел едва уберегла рассудок, чтобы не свихнуться. Она застыла, все еще вглядываясь в лицо товарища, теперь исказившееся в гримасе боли и ярости. Люди пытались убить Джеймса. Тщетно тратя патроны, они старались застрелить того, кого не берут ни пули, ни копья. Смешные. Глупые. Трусливые. Практически мертвые. Защитить людей от разъяренного Росомахи – дело не шибко благодарное и южанка сейчас боролась с желанием выбрать именно тот самый путь Эрика, с которым он не так давно повстречал ее. Однако, Логан оказался куда более решительным.
Замешкавшись всего лишь на какие-то пару секунд , Роуг упустила из внимания перемещения Росомахи, переключившись на нападавших. Она даже не сразу сообразила, что ее саму могут застрелить, раз убить когтистого не получается. Это как-то странно отошло на второй план. Обернувшись в сторону криков, Анна вздрогнула. Как в старые добрые времена. Словно много лет не разделяли их первую встречу, словно и не было этих годов. И вот она снова юная девчушка, ведомая своей приемной матерью-злодейкой, а вот и он – злой Росомаха, не раз спасавший ее жизнь, не смотря на все события прошлого. Нет, так не должно быть. Нет. Остановитесь.
- Нет! – Крик оказался таким пронзительным и болезненным. – Остановитесь, не надо! Не трогайте его!
- Ты подружка этого ублюдка?!
- Да ты видел, как она на него пялилась? Точно призрака увидела.
- Уходите все от сюда! Уходите! – Злость на окружающих росла с геометрической прогрессией. На окружающих, на себя, на Логана. Все должно было быть не так! Вся ее жизнь должна была быть другой! Она всегда была сильной, всегда была примером независимости и гордости, но сейчас развалилась на куски, словно штопанная кукла. Эксперименты над Гамбитом, последовавшее расставание и боль в его глазах, так тщательно замаскированная под поражение… Волна. Возвращение Феникса и утренняя встреча с креолом. Волна. Воскрешение Джеймса. Волна. Тяжело дышать. – Пойдем домой, а? – Так по-детски наивно, словно она звала своего отца домой, словно захлебнулась в отчаянии. Подступившие слезы не давали возможности разглядеть в толпе скопившихся людей своего друга. Он был где-то там, впереди. Озлобленный, затравленный, словно зверь. – Пойдем.
- Вызывайте полицию, мать ее, скорую, да хоть военных! Этих выродков надо изолировать от нормального общества! – Вопли в толпе. – Таких, как вы на опыты пора сдавать, чтоб не на животных тестировали все, а на вас!
- Да вызывайте хоть гвардейцев Папы Римского! Никто из вас не имеет права хоть в чем-то нас обвинять. Никто! – Давно девушка не разговаривала с мутантоненавистниками. Обычно дело начиналось и заканчивалось дракой или массовым побоищем, но сейчас у нее просто не осталось никаких сил на драку. Нет, разнести весь бар в щепки она бы сейчас смогла, и глазом не моргнув, но стоило ли оно того? Все это время, пока говорила, Мари приближалась со спины к Логану. Он прекрасно ее ощущал и знал, как близко она сейчас находилась, а прекратившаяся бессмысленная стрельба давала время на передышку. – Уведите раненного, окажите первую помощь. – Нахмурившись, взглянула на лежавшего на полу незадачливого стрелка. – Логан, прошу, пойдем. Нам нечего здесь делать. Прошу. – Пальцы едва коснулись вздрогнувшего, словно от боли,  плеча мужчины.
- Да ты совсем охренела?! – Позади девушки послышалось какое-то движение. – Он чуть не укокошил Эдди! – Наверное, если бы Анна могла двигаться быстро, как Пьетро или же останавливать время, словно какая-то волшебница, то смогла бы хоть что-то изменить, как-то повлиять на произошедшее, но… Когда когти плавно вошли в двух сантиметрах выше солнечного сплетения, Мари попыталась еще сделать вдох, как-то возмутиться на возглас мужчины у себя за спиной. Тщетно. Вместо голоса она беспомощно открывала рот, пытаясь сделать вдох. Кажется, это называется пневмоторакс? И откуда столько умных слов всплывает в голове, когда ты на самом краю? Хрип и вот она пятится назад, пытаясь по инерции вытащить застрявшие внутри ее такого сейчас податливого тела когти, увлекая за собой изумленного Росомаху. Он не ожидал, сам не понял, как так вышло, сработали рефлексы, заточенные на убийство и собственную защиту.
- Он ее убил! Он убил свою подругу! Чертова мразь, стреляйте в него! – Каких-то секунд еще хватало, чтобы услышать в пульсирующем мозгу крики вокруг. Затем последовал рвотный рефлекс, и изо рта побежала тонкая струйка крови. В мутнеющем сознании, уходящем куда-то далеко, туда, где легко, где нет боли и страха, где она может быть счастливой, новь зазвучал такой знакомый голос «non mon coeur!». Хрипящее-бурлящий свист вместо вдоха, оголенная ладонь мощной хваткой опустилась на правое предплечье Росомахи, забирая его регенерацию, память, злобу, страх и отчаяние. Tu as raison, mon amour, pas aujourd'hui!

+2


Вы здесь » Marvel: All-New » Настоящее » [16-18.08.16] Ashes and claws