Up
Down

Marvel: All-New

Объявление

    Сейчас было важно, чтобы все пазлы сложились именно так, как Стефан задумывал. Чтобы Вали разделался с Лoки быстро, дабы тот не мучился – странно, но при мысли о возможной мучительной смерти Стрэндж на мгновение ощутил нечто среднее между жалостью и сочувствием. Чтобы Святая Святых снова дала беспамятному новую жизнь. Чтобы Вали не заподозрил подвоха до того, как передаст Слова. Чтобы Слова не убили Стефана, организм которого слишком «очеловечился» за время без магии.
    © Doctor Strange

* — Мы в VK и Телеграме [для важных оповещений].
* — Доступы для тех, кто не видит кнопок автовхода:
Пиар-агент: Mass Media, пароль: 12345;
Читатель: Watcher, пароль: 67890.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marvel: All-New » Неучитываемые эпизоды » [15.07.2016] The Gods left us long ago


[15.07.2016] The Gods left us long ago

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

https://b.radikal.ru/b25/1812/a5/4f6009fb6af8.png

Адская кухня, Нью-Йорк, США

Daredevil, Captain America


Разум человека — его основное орудие выживания. Жизнь дается ему, но выживание — нет. Тело дается ему, средства к существованию — нет. Разум дается ему, его содержание — нет. Чтобы жить, человек должен действовать, но для этого ему нужно знать суть и цель действия. Он не может добыть пищу без знания о ней и способе ее добывать. Не может вырыть канаву или построить циклотрон без знания цели и способа достичь ее. Чтобы жить, человек должен думать.
— Ты веришь в Бога, Красный?Я часто сравниваю себя с каким-то ненормальным, так как ловлю себя на слепой вере. Если есть Бог, то где он? Космос давно изучен мной.
— Иногда я и сам удивляюсь тому, как ещё не потерял веру в того, кто постоянно отсыпает мне гору дерьма за ворот, Капитан.
— И, не смотря на это, мы оба тут.

[audio]https://soundcloud.com/knacker-2/a-funeral-of-a-provincial-vamp[/audio]

Отредактировано Captain America (01.12.2018 22:03)

+3

2

Здесь почти не слышна беспокойная жизнь Адской Кухни. Точно сквозь священные стены дома Божьего не проникают звуки городской суеты – шумно проезжающих машин и голосов тысяч людей, скрипа и скрежета. Здесь царит тишина, но это ничуть ему не помогает – каждый раз, приходя сюда, Мэтт обнаруживает в себе глухую пустоту. После того, как демон едва не разрушил его жизнь, его вера вновь пошатнулась. И эти стены не оказывают ровно никакой помощи для того, чтобы ее спасти.

Но он все еще верит. Верит в Бога и в Его законы, свято их блюдет, но успокоения не находит. Исповеди не помогают, и уходит он все с той же тяжестью на душе. И почему-то сегодня он вновь пришел, занял место на одной из скамей, уставился в одну точку невидящим взглядом, погружаясь в свои размышления.

Хочется понять, для чего он здесь. Если покоя нет, если вера слаба и ненадежна, то почему он исправно возвращается в это место, сидит, думает, исповедуется и уходит, понимая, что никакого смысла в этом не было? Священника спрашивать об этом без толку – тот ответит одной из тех фраз, что одинаково и усложнят, и упростят ситуацию, и вызовут новые вопросы.

Мэтт ощущает, что ему хватает одного из них, который звучит рефреном в висках, стоит о нем задуматься. Верит ли он в Него или его вера иссякла? Если так, то он всего лишь держится за нее, отчаянно не желая лишиться того единственного, что не позволяло ему скатиться на самое дно и стать ничем не лучше тех, с кем он сражается.

С тех пор, как он вернулся со своего путешествия по Америке, прошло немало времени. Сорвиголова вновь встал на защите города, оберегая невинных от преступности, приходя на помощь к тем, кто в нем нуждается, и, путая планы тех, кто эгоистично полагает, что имеет все права на жизнь за счет страданий других. Адвокатская фирма успешна. Те немногие его друзья, кажется, счастливы. Только сам Мэтт бродит кругами, не находя себе места.

Воспоминания о пережитом никогда не уходят, никогда не покидают, не позволяют жить, не думая о прошлом. Прошлое ни за что не отступит, как ни старайся, как ни лезь вон из кожи, чтобы идти вперед. Пожалуй, оно и не дает ему окончательно простить самого себя за все те свершенные преступления, на которые толкал его демон.

И так – верит ли он после всего?

До него доносится шум чьих-то шагов. Твердая поступь, значит, не священник, который всегда ступает тихо, мягко, точно боясь нарушить царящее умиротворение. Для прихожан же время слишком позднее, ведь уже вечер, а в такое время мало тех, кто приходит в церковь. Разве что те, кто ищет свои ответы на свои вопросы.

Сюда чаще всего приходят именно за ответами.

Запах позволяет ему опознать того, кто входит в двери, идет по широкому проходу между скамьями. Мэтт вскидывает голову, постукивает пальцами по трости. Неожиданно. Стива Роджерса встретить здесь Мердок совершенно не думал. Звуки шагов разгоняют тишину перед ним, позволяя ему отчетливее «увидеть» очертания внутреннего убранства храма.

Роджерс определенно не мог не заметить единственного посетителя, точно не мог не опознать, ведь тайна личности Дьявола Адской Кухни известна ему и всем Мстителям.

- Меньше всего я ждал увидеть здесь славного героя Америки, - произносит спокойно, едва тот оказывается рядом, и не повышает голос. – Здравствуй, Капитан.

Не он один, похоже, сегодня ищет Господа.

+2

3

То был тихий вечер, который должен был завершиться чем-то грандиозным. Стив сам себе поставил эту цель, выходя из съемного номера. Как он оказался в Алской кухне? Вопрос довольно простой: очередная миссия, которая заключает в себе поиски чего-то необходимого для Щ.И.Та из того огромного списка, что был создан на очередном собрании. Если говорить вкратце — тихая вылазка за поиском бумажной волокиты. И именно после этого, как только был собран полный отчёт, мужчина решил посвятить время себе и своим маленьким прихотям.

Улицы постепенно темнели, а фонари начали ярко зажигаться им в обратную, но не смотря на это пешеходы не спешили в свои квартиры, шатаясь по просторам Кухни. Тут было все совершенно иное, чем в том месте, где Грань вырос и живёт по настоящий момент: Бруклин с этим местом казался словно невинным ребёнком, ибо под этим мирным Адским покрывалом скрывалось нечто ужасное. А шёл в такое время Кэп в церковь. Как давно он был в таких местах? Даже и вспомнить трудно. Сейчас было бы смешно видеть такого человека как он рядом с Настоятелем, что слушает божьего отпрыска, пока тот раскаивается в своих грехах и ищет выход через утешение. Но встретили его совершенно иначе. Оказывается, Господь оказался нужен не только ему.

Знаешь,  я давно заметил довольно странную вещь. В детстве, да и до того времени, как посмертно потерялся во льдах, я часто ходил в церкви на утренние молитвы. Ходил я не для того, чтобы замаливать грехи, а для того, чтобы быть как можно ближе к Богу, — говоря это, Капитан аккуратно сел на соседнюю чужую скамью от своего собеседника и направил взгляд вперёд: на то место, откуда каждый день святой отец вещает устами высших сил.

Высшие силы — кто знает, что это такое? Задав этот вопрос толпе, вы услышите сотни ответов со своими вариациями: для кого-то это коварная судьба, для кого-то это взмах волшебной палочки, для кого-то это нечто паранормальное и так до бесконечности. Одна версия будет гонять другую, украшая третью и соединяясь во что-то иное. Но самое частое, что вы смолите услышать - Бог.

Кто для тебя Он?   — поинтересовался Грант, после некоторого молчания.

Та тишина была для того, чтобы солдат вкусил всю атмосферу этого здания. В этой местной церкви царила своя собственная атмосфера, выработанная годами. Тут было слишком тихо, что даже городской шум не позволял себе шагнуть за порог этого священного места. Звуки исходили лишь от тех, кто пришёл поговорить о своих проблемах. Они часто просили у Высшего помощи, кто-то молил о совете, кто-то о просветлении. Каждый требовал от своего покровителя некого рода благодати для своего светлого будущего, но получали лишь... тишину.

Наверное странно видеть тут такого человека, как я, — продолжил он монолог, чувствуя что Метт позволяет ему выговориться. Ведь для чего ещё приходят в это место, как не для поговорить, — Но именно сегодня я почувствовал какую-то потребность в нечто великом. Мне захотелось, впервые за долгое время, почувствовать себя обычным человеком, чьи потребности крутятся вокруг денег да любви. Карьере и семье. Мне захотелось сюда придти не Капитаном, а тем самым обычным парнем из Бруклина. А зачем сюда приходишь ты? Послушать себя или других? — а взгляд рассказчика уже блуждал по вечерним пташкам, которые заглянули на вечернюю молитву в надежде найти своё успокоительное. Пара людей, а столько надежды и веры шло от них, что на пару секунд Стивен и сам себя поймал на мысли «а не помолиться ли и ему?».

+3

4

Голос Капитана тихим эхом разносится по просторному залу. Мэтт слушает, молчит, не перебивает. В это место всегда приходят для того, чтобы выговориться. Высказать то, что нигде больше не произнести, так как это почти нереально. Не от того, что тяжело, а от того, что тогда это будет монолог в пустоту. Никто не будет слушать, а присутствие Бога нигде не ощущается так хорошо, как здесь.

У него самого, кажется, не было выбора – верить или нет в Него. Возможно, что был, но Мэтт всегда знал и чувствовал, что Бог есть, а потому безукоризненно верил. Но теперь все изменилось, и все чаще на ум приходят те самые извечные вопросы, которые человечество в моменты своего глубочайшего отчаяния неизменно задавало, приходя в храмы и смиренно опускаясь на колени.

- Сложный вопрос. Наверное, Он для меня тот, кто может дать ответы на мои вопросы, - пальцы крепко сжимают трость.

В тишине ответов не найти. Собственные мысли звучат громко, перебирают старые воспоминания, снова и снова, и не дают успокоиться. И вместо того, чтобы молиться, Мэтт ненамеренно вслушивается в присутствие других людей. У них полно забот, полно переживаний, но их вера так же крепка, как у него до всего того, что вывалилось на него, заставив почти сломаться. Это вызывает в нем надежду на то, что еще не все потеряно.

Сегодня он не оказался одиноким в желании прийти и поискать Бога в Его же доме. Он слегка поворачивает голову в ту сторону, откуда доносится голос Роджерса, окрашивая храм звуками и словами. У любого, рано или поздно, возникает желание оказаться самым простым человеком, избавиться от вечных размышлений о том, как бы спасти мир и не допустить катастрофы, способной унести жизни тысяч, или как выстоять под наваливающейся волной преступности в одном единственном районе Нью-Йорка.

Капитан просто желает вспомнить юность. Те годы, когда он был обычным человеком, а не солдатом, защищающим порой не только родную страну и противостоящим опасностям, которые сложно представить. Мэтт понимает, что это тяжелое бремя, а потому он не удивлен тем, что Роджерс находится тут.

Мэтт думал о простой жизни. Думал часто. Но, в итоге, так и не смог стянуть с себя маску Дьявола и покинуть ночные улицы Адской Кухни, предоставив ее самой себе. Быт простого адвоката прост и почти лишен всяких рисков – выбрав его, он успешно оградился бы от большинства проблем, но нет.

- Я пытаюсь найти покой в душе. Прихожу сюда довольно часто, но не нахожу ничего, кроме тишины. Словно Он перестал меня слушать. Или же это я разучился подбирать нужные слова для того, чтобы описать то, как я раскаиваюсь в своих грехах. Священник говорит, что слова не столь важны, сколь то, что я чувствую, но от этого совета становится ничуть не легче.

Скорее всего, Он перестал слушать в качестве наказания. Мэтт понимает умом, что не он ответственен за те ужасные события, но понимает и иное – то, что если бы его вера была тверда, то демон не смог бы проникнуть в его душу. Он продолжает попытки жить дальше, и порой это у него получается, но случаются моменты, когда справиться в одиночку становится сложно.

- У тебя должно быть тоже накопилось немало вопросов к Нему, - у всех есть вопросы, ведь каждый размышляет, думает, решает что-то для себя и ищет помощи на стороне. - Ты веришь в то, что Он слышит нас сейчас?

Это вопрос, на который каждый отвечает по-своему. Должно быть любой, в ком есть хоть капля веры, спрашивает у себя и пустоты вокруг об этом.

+2

5

На его словах Капитан непроизвольно улыбнулся, все еще смотря на вечерних посетителей.  Все потому, что в некотором роде он чувствует то же смятение, что и его собеседник. Своеобразное горе на двоих, ответ на решение которого найти неимоверно трудно. Две души на перепутье, ибо после всех их содеянных поступков их постигло чувство опустошения. Это чувство мерзкое по своему существованию, и безжалостно в дальнейшем. Оно начинает есть тебя по кусочком, каплей за каплей, каждый раз, когда становиться трудно. И так происходит перелом, ибо от тебя самого прежнего практически ничего не остается. Ничего не остается от тебя для той борьбы, которые преодолевают препятствия. И как бороться дальше, если нет ни сил, ни возможности, ни перспектив? Никак, остается лишь ждать молчаливо помощи и молить о пощаде. И как раз тут возникает вера. Осознание ее всегда приходит в час нужды. Вот почему от него все только что-то требуют, никто не приходит в церковь для того, чтобы спросить, как минимум, "как у тебя дела" у самого божества. Но такие мысли больше смахивали на какое-то извращение, от чего Роджерс сам себе усмехнулся и произнес следующее:

Мне часто говорили, что Бог все видит и слышит. Что он видит злодеяния каждого, и каждому достанется за свои поступки. Про хороших ребят мне говорили тоже самое, — в конце его голос немного стих, ибо Грант снова предался секундной слабине воспоминаний, а после, как вернулся в нашу реальность, продолжил, — Вот только, к моему сожалению, практика показывает обратное: злодеи торжествуют, а добро получает по шишке. И тут возникает вопрос: на чьей стороне сам Господь? Я думаю, что может быть он и слышит, но прислушивается лишь к некоторым.

Тут в воздухе послышался легкий хлопок дверью, а после тихие перешептывания. Солдат повернул голову в сторону и увидел следующую картину: видимо задолго до его появления тут девушка решила пройти в исповедальню, дабы посоветоваться с самим святым Отцом. По ее заплаканному лицу было понятно, что случилось какое-то горе. Но сейчас слезы высохли на ее глазах, а сама неизвестная держится ровно и даже пытается улыбаться. После двое попрощались и разошлись. Священнослужитель остановился на некоторое мгновение, дабы осмотреть всех присутствующих и остановился взглядом на самом Мэтте, а после двинулся обратно в свою опочивальню. У него было очень уставшее лицо, эмоционально уставшее.

Выбирая профессию, я бы ни за что не совместил ее с верой, — подытожил Америка, все еще переваривая в себе тот безэмоциональный взгляд священника, — После такого количества горя, в них стираются все положительные эмоции. Остается только скорбь для чужих и сострадание для высшего.

+3

6

Мэтт задумывается. Ему тоже все говорили, что Господь всеведущ – Он есть везде и живет в каждом, наказывает, направляет на верный путь, поддерживает в трудный час, оберегает, и раньше он действительно чувствовал Его присутствие, ибо верил. Теперь же его вера подтачивается угрызениями совести и тлетворными сомнениями, не оставляя никакого шанса на то, чтобы осознавать сердцем, что все будет хорошо.

И он все чаще задумывается о том, правда ли все это. Во время своего путешествия он повидал достаточно грязи, понял, что в некоторых местах тьма сильнее, чем свет. Тот городок, в котором он навел порядок, точно так же, как и Адская Кухня, кишел преступниками и утопал в коррупции. Невинные жители страдали и молили о помощи, стоило лишь им оказаться в стенах церкви, но где же был Бог?

- И прислушивается ли Он вообще хоть к кому-то? Я не знаю, каким образом все еще продолжаю в него верить после всего того, с чем мне пришлось встретиться, - выдыхает, ровнее ставя свою трость. – Наверное, забавно то, что я неизменно прихожу сюда каждый раз после того, как сталкиваюсь с беззаконием и несправедливостью.

Ему не кажется верным обвинять Бога в том, что тот не обращает внимания на детей своих смертных. Он дал им землю, дал им целый мир, дал им свободу и право решать на то, какой именно будет их жизнь, но сам ушел, оставив их одних. Знал ли Он, что люди будут зачастую идти легчайшими путями, и знал ли о том, что грехи будут неотступно следовать рука об руку с ними, порождаемые самой человеческой природой.

Мэтт слышит, как тишина в храме нарушается. Громкое эхо волной проносится по просторному залу, отскакивает от стен и скамей, сталкивается с теми, кто сидит на них, и затихает. Он слышит горечь девушки, почти чувствует сожаления священника. Слышит их голоса, краткий диалог, что происходит между ними. Мердок поджимает губы, ощущая на себе взгляд святого отца. Его он знает лично, у него он исповедуется, но в последнее время на исповеди он почти не ходит, увы, ибо не находит того, что ему необходимо.

- Ты про святого отца? – спрашивает, почти уверенный, что речь идет именно о нем. – Его профессия, пожалуй, самая сложная. Точно тяжелее охраны города от преступности или спасения целого мира.

Мягко усмехается, зная, что в этих словах есть кое-какая крупица истины. Нет ничего сложного в том, чтобы сражаться, достаточно иметь отвагу и ярое желание защитить тех, кто сам за себя постоять неспособен, но ежедневно выслушивать чужую боль и горе необходимо нечто большее. И Мэтт не знает, что именно для этого необходимо.

- Не у каждого найдется достаточно терпения на подобное.

+2

7

Терпение. Это словно значит многое, и у каждого есть свое определение этому слову. Для кого-то это термин означает покорное молчание, для кого-то равнодушие. А вот какое нужно терпение, чтобы быть Мердоком? Это был довольно забавным вопросом, от чего даже сам Капитан тихо усмехнулся. Какие силы нужны были для того, чтобы побороть свою потерю и встать на ноги. Каким могучим войном нужно быть, чтобы одолеть свою слабость и превратить наоборот ее в способность. Не смотря на свою потерю зрения, Красный не сдавался до самого конца. Он встал на путь, который защищает слабых, дает урок  и повод для гордости окружающим, и наказывает тех, кому нужно преподать хорошее поведение. Звучит как погребальная речь? Не спорю. Не зря же они двое встретились в этом храме, ловля себя на мысли, что потеряли верю не только в себя, но и в Высшего.

Будет звучать глупо, — снова нарушив благословенную тишину в прямом смысле этого слова, начал Грант, а после немного замялся подбирая слова, — Не хочешь выпить по чашке чая? Я знаю, что ты не из пьющих, а я тем более. Но это место не для того,чтобы обсуждать наши боевые успехи прошлого и наше нереальное счастливое будущее. Эта скамья для молитв Богу. Но как молится, если не можешь найти подходящих слов?

После этого Роджерс еще раз поднял глаза на крест, что находится прямо у первого ряда, а после прошелся по самому храму. Насколько все таки это было величественное и красивое место. После он молча поднялся со своего места, мысленно попрощавшись с присутствующими тут силами и направился в сторону выхода, где далее уже ждал своего попутчика на этот вечер. 

Адская кухня всегда несла по ночам жестокость и кровожадность ко всем, кто затерялся в ее дворах в такое время суток. Каждую ночь кто-то кого-то грабил, убивал, насиловал и избивал. Один из самых опасных и преступных районов, которые он только знал. Не удивительно, что в таком месте зародились такие герои, как Джесс, Мэтт и так далее.

Как ты утешаешь себя тем, что смог помочь одному, а другому человеку — нет? Ты никогда не ловил себя на мысли, что возможно, другой жертве помощь была нужнее, чем той, что ты спас на данный момент? — поинтересовался он после выхода из церкви у Сорвиголовы, как только шум улиц окружил своих вечерних гостей. Погода стала прохладнее, чем была до этого, от того Америка запустил руки в карманы своих брюк. Шли они куда-то прямо, даже не обговорив свою последующую точку остановки. Их путь пролегал мимо каких-то высотных зданий, что сделаны были из красного кирпича и явно были жилыми. По другую сторону была пустая проезжая часть, где иногда на высокой скорости пролетали либо машины, либо несмышленые мотоциклисты. Кэп даже не стал интересовать о том, куда ведет его собеседник, он просто доверился тому, при этом украшая их прогулку беседой просто по душам.

+2

8

Подходящие слова. А ведь их действительно нет. Мэтт столько раз молился, что уже не знает, о чем еще говорить.

А о чем молится Капитан? В нем все видят бесстрашного героя, который встает на защиту не только родной страны, но и всего мира, если то требуется. В него верят, за ним идут, слушают его приказы и выполняют их беспрекословно. Герой. Символ для многих, если не для всех. И все же он человек со своими слабостями, желаниями и переживаниями.

Задаются ли люди, его окружающие, каково ему самому приходится? Мэтт спрашивает себя, не находит ответа. Определенно, не так просто. За тем, чтобы понять эту простую истину не нужно уходить в глубокие размышления – и так понятно ведь.

И они здесь. Молятся, помимо своей задаваясь вопросами о том, а слышит ли их Тот, кто дал им силы для того, чтобы противостоять врагам.

- Без понятия, как это делать, - у него нет слов, а вера истончается с каждым днем, как в Господа, так и в свое «нереально счастливое будущее», как выразился Роджерс.

Мэтт встает со своего места, направляясь к выходу вслед за Капитаном. Свежий вечерний воздух наполняет легкие. Августовский вечер, тем не менее, прохладен, несмотря на то, что днем солнце палило, загоняя жителей в тень, в дома, в здания. И это не столь удивительно – ночь вот-вот вступит в свои права. А вокруг уже разносится шум Адской Кухни.

Мэтт по привычке слушает, что происходит вокруг, но затем оставляет это занятие, вспоминая о небольшом кафе неподалеку.

На вопрос Стива Мэтт не сразу отвечает. Сложно, ведь сам не раз об этом задумывался. Не раз, пока разбирался с одними преступниками, он слышал вдалеке других. Он один. Он не может оказываться во всех местах одновременно. Будь это так, будь у него такая способность, то преступности в этом районе стало бы меньше.

- Никак. Невозможно себя успокоить, если понимаешь, что ты мог бы помочь, но был занят другим. Из-за этого я выхожу каждую ночь, чтобы помогать все больше и больше. Это замкнутый круг, из которого невозможно выбраться.

У каждого бывают мысли о том, чтобы сложить с себя бремя и жить спокойной жизнью. Мэтт не исключение. Наверное, и Капитан так же думал о чем-то подобном хотя бы раз в своей жизни после очередной миссии. Все думают, но никто не уходит до самого конца. Верно, звучит довольно печально.

- А ты думал о спокойной жизни без спасения мира перед завтраком или обедом? – Мэтт все же об этом спрашивает, желая убедиться в том, что его размышления хотя бы отчасти верны. – Ты бы смог просто жить, наблюдая за тем, как кто-то другой делает всю работу?

Он бы не смог. И сейчас он слышит, как живет Адская Кухня, чувствует и ощущает страхи тех, кто спешит по домам. Улавливает довольное биение сердце тех, кто явно вышел не для того, чтобы котят с деревьев снимать. С такой способностью он точно не смог бы долго находиться в стороне.

+2

9

А вот это уже интереснее вопрос, — подметил Капитан, как только очередь подачи диалога перешла на него. Хотел бы он жить спокойным размерным темпом, убивая свое здоровье на какой-то работе, а после приходя домой к своей жене и детям? Возможно. В его голове даже образовалась довольно милая картина семейного очага. На ней изображена большая просторная комната, которая вдоль и поперек украшена рождественскими украшениями. Горит камин и приятно ласкает своим теплом пригревшихся рядом с огоньками людей. То была женщина и укутавшийся в плед ребенок. Лица их были практически не видны: то ли не хватало воображения у солдата, то ли на то не было дано права. О таком он мечтал редко: не потому, что мало мало времени на помечтать, а потому что нет смысла лишний раз себя дразнить, после такого "похода" погружая себя в серую реальность.

Каждый бы хоте видеть у себя дома человека, который ждал тебя все это время. Который без лишних слов просто встретит тебя дома. И неважно, кто это будет:  друг, брат или сестра, подруга или невеста, — краем глаза он поглядывал на Красного, ибо легенды об его бурной жизни дошли даже до ушей самого Америки, — Ну или на крайний случай кот или пес, — тут он уже описал ситуацию, которая была ближе всего к нему самому.

Тут их путь подошел к какой-то пустой кафэшке, что прилегала к заправочной станции. Людей практически не было, а потому помещение пустовало и было видно то, как в круглосуточном заведении официант практически засыпал на одном из столиков. То была какая-то обычная забегаловка, как и многие вокруг: не пользующаяся спросом, но державшаяся на плаву только благодаря приезжающим к ним машинам. Стив указал на вход кивком головы, но по итогу их путь продолжился дальше: куда-то туда, вглубь темных кварталов зловещей Кухни. И как раз там начались их приключения, которые яро разбавят этот тихий и мирный вечер.

То были простые ребята издалека, но чем ближе их силуэты становились, тем отчетливее были видны их неприятные рожи, именно рожи, под светом уличного фонаря. Они сидели на пустых баках и о чем-то громко обсуждали, совсем не беспокоясь о давно спящих людях, под окнами которых те стояли. И стоило двум путникам оказаться просто перед ними через дорогу, как подозрительные личности поднялись сво своих мест и с какой-то агрессией на лице начали пристально наблюдать за героям.

Какова вероятность того, что наша с тобой встреча будет пополнена дракой? — тихо спросил Роджерс у адвоката, при этом незаметно поглядывая на людей, что шли позади них.  Их явно хотели ограбить. Грабители, наркоманы, обычная шпана? До чего же смешно.

+2

10

Интереснее. Мэтту тоже хотелось бы узнать мнение другого героя без страха и упрека о степени возможности подобного. Ответ не заставляет себя долго ждать. И… он не может с ним не согласиться. Одинокая квартира и его самого угнетает. Он не раз пытался изменить это, даже предпринимал попытку создать семью. Попытка с треском провалилась. Ему даже вспоминать не хочется, так как все действительно вышло не так, как он желал. И стоит ли ему после этого пробовать вновь?

Возможно. Прошло достаточно времени, чтобы он перестал желать загонять себя в одиночество и жить одной работой и еженощным спасением Адской Кухни. Но пока это всего лишь размышления. Не больше, не меньше.

- С животными могло бы получиться, но каждый раз меня останавливает то, что это – дополнительные хлопоты с чисткой, кормежкой и прогулкой, - мягко усмехается. – Не подумывал завести себе кого-нибудь?

Мэтт не утруждается постукивать тростью перед собой. Адская Кухня полна звуков, шумов, и от всего исходят волны – эхо, которое позволяет ему увидеть мир перед собой. В темных тонах, без цветов и красок. Мир силуэтов. Мало кто понимает, как он видит. Большинство, кто в курсе его сверхъестественных чувств, считают, что он просто слышит и как-то чувствует, но никак не представляет, что он «видит».

Мимо его внимания не ускользают личности. Обычные грабители, сбившиеся в одну стаю. И все равно Мэтт решает идти, так как им остается всего лишь пройти одну улицу, чтобы попасть туда, где есть отличное кофе.

- Скоро будем на месте, - проговаривает, надеясь на то, что эти ребята не вскочат со своих мест.

Ошибся. Участившееся сердцебиение мужчин наглядно подсказывало ему, что они не пропустят их. Мэтт же надеялся на то, что вечер еще не опустился на Адскую Кухню. Грабители начинают действовать, когда становится достаточно темно. Но не в этот раз. Они идут за ними, мня себе, что это они охотники, загоняющие дичь. Мэтт крепко сжимает трость – от таких личностей он и чистит улицы каждую ночь, и безрезультатно.

Капитан догадывается, что их ждет. Сорвиголова внезапно усмехается. Это действительно забавно. Если задуматься, то становится очень весело.

- Они считают, что мы легкая добыча. И что основную угрозу для них представляешь именно ты. Я ведь слепой, в очках и с тростью. Что я могу сделать им? – слышать их тихие переговоры и ускоряющиеся шаги заставляет его поджать губы и вздохнуть. – А кафе всего за поворотом. Я надеялся, что мы пройдем спокойно. Когда-нибудь я перестану надеяться на подобное, ведь это же Адская Кухня.

Адская Кухня. И этим все сказано. Одно это название легко может пролить свет на все и объяснить происходящее. Здесь ничто не бывает простым. И такие случаи не редкость. Оттого мирные граждане по вечерам спешат по домам, не ходят в одиночку и даже просто парами, не задерживаются подолгу на улицах.

Мэтт радуется тому, что сегодня оделся куда проще. Вступать в схватку в деловом костюме слишком неудобно.

А тем временем их уже окликают. Спрашивают, который час. Спешат, стараясь нагнать. И напасть. Агрессия исходит от них, раздается хрустом пальцев, мягкими ударами кулаков об ладони. Готовятся. Что же. Это и правда будет забавно.

+2

11

Им оставалось идти всего несколько минут, но приключения настигли героев даже тут. Позади послышались чужие голоса, окликающие их, а он не смог не повернуться, чтобы ответить на летящие в спину вопросы. Что двигало Грантом в этот момент? Чувство такта, или раздирающее все чувство любопытства. Он вел себя расслаблено, даже улыбался в ответ этому неугомонному типу, который все таки нагнал ночных путников.

Дружище, не подскажешь сколько сейчас времени? — задал этот человек вопрос, при этом плюясь себе прямо под ноги. Роджерс не любил множество людских привычек, о которых сразу же можно позволить себе такую роскошь, как суждение по первому взгляду. И сейчас как раз таки был именно тот жест, который просто выводил его из колеи. Но то был не подходящий момент, чтобы говорить о надлежащем тоне и о том, что этот плевок чуть было не попал на только что почищенные коричневого цвета ботинки Америки.

Без десяти минут десять, друг , — беззаботно ответил он своему собеседнику, достав руку из кармана и посмотрев на свои наручные часы. А их тем временем окружали. Словно шакалы, они подходили сразу толпой на крупную добычу, дабы напасть сразу стаей, а не по одиночке. В таких семьях всегда считается за правило то, что нужно держаться друг друга. А одиночество граничит со смертью.

И вот двое героев уже стоят в центре образовавшегося практически круга, где сама фигура состояла из каких-то дворовых бродяг. Мужчины не представляли никакой угрозы вообще: обычные наркоманы, которым нужны были деньги на новую дозу, а потому они нападают на первого встречного с тем, что только попадется им под руку — дубинка, бутылка, охотничьи ножи. Прямо типичная картинка из очередного фильма — все происходило слишком шаблонно для этого века. Самые громадные из этой шайки смотрели в упор прямо на Стива, остальные же изучали Мердока, ибо считали что тот просто идеальная добыча на эту ночь. Вот только те очень и очень сильно ошибались, к их же сожалению.

Ну друзья, — начал было Капитан, аккуратно снимая с себя кожаную куртку и перебрасывая ту через руку. Она была его любимой, а потому он не хотел навредить своей вещи и решил убрать ту от греха подальше, — О чем будем разговаривать?

Беседа была довольно простая. Практически тут же, как только солдат пошутил, на него накинулись именно те два бугая, посчитав мстителя равным себе по силе. Конечно, все было обратное, но перевес шел на сторону противника из-за количества тел в команде. Сам адвокат уже во всю воевал со своими оппонентами, ловко парируя каждый удар. Но даже не смотря на то, что они были спасителями этой вселенной, эти воры все равно попадали кулаками в мягкую плоть, выбивая воздух из легкий.

Надо будет к тебе по чаще приезжать, — говорил Кэп куда-то в воздух, прекрасно зная, что Мэтт его услышит, — Давно я так не дрался, как в свои лихие сороковые. Мне нужно сказать "спасибо, Господь"? — произнося это, он впопыхах вытирал текущую кровь из носа и рта, и при этом успевал уворачиваться от чего-то острого. Нож, стекло, заточка — он сам не понимал, что держала эта тупая гора мышц, но пытался увернуться телом в подходящий момент и не пораниться.

+2

12

Силуэты вокруг маячат, движутся, окружают, стараются «запереть» их в кольцо – верная западня для любого. Сколько раз сам Мэтт вмешивался в подобные происшествия, помогая бежать невинным жертвам? Сколько раз пытался выбить их них все дурные помыслы и заставить если не встать на путь исправления, то хотя бы забыть о попытках искать в подворотнях и на темных улицах беззащитных?

Иногда, как в этот раз, Мердоку кажется, что все, что он творит, бессмысленно. Ибо сколько бы он ни чистил Адскую Кухню, та была и продолжает быть одним из самых опасных районов Нью-Йорка.

И ведь это не изменится. Точно ничто не заставит Адскую Кухню пересмотреть свои взгляды на жизнь. Город красив, является домом для многих жителей, и именно по этой причине они не уезжают, не покидают свое место, ища чего-то нового и более безопасного, но все равно он еще и гнездо для многих криминальных личностей.

В голосах слышится агрессия, отсутствие чувства такта. Так все знакомо и привычно. Он дома. Хотя эти улицы, кишащие отборными преступниками всех мастей, трудно назвать домом. Родными обычно называют зеленые улочки, чистые и опрятные, где дети играют себе спокойно, и можно не бояться за их сохранность. Улицы Адской Кухни таковыми не являются. И все равно в них есть нечто, за что он все еще сражается.

Мэтт ощущает расслабленность в Роджерсе. Тот не боится. Он и сам не боится, примерно представляя, на что способны эти парни. Самое большее – помахать кулаками и тем, что у них в руках находится.

- Да, ребята, банально донельзя, - проговаривает, как только резко учащается пульс – прямо перед началом драки.

Первый же, кинувшийся на него, получает прицельный удар тростью в лицо, а точнее в глаз, так как вой раздался на всю улицу. С остальными Мэтт разбирается уже с помощью кулаков, отбрасывая трость. На самом деле это просто – уклоняться от ударов, наносить свои, затем уходить в сторону, ориентируясь исключительно на свой слух и звуковые колебания в пространстве.

«Зрение» в этой ситуации несколько подводит, так как все смазывается из-за увеличивающегося шума. К этому Мэтт тоже был готов.

Несколько ударов Мердок все же пропускает. Затем еще и еще. Так тоже всегда бывает. Ни из одной драки невозможно выйти, не получив ни единой царапины, а он не обладает пуленепробиваемой кожей, чтобы считаться кем-то вроде терминатора.

- Наверное. Или «спасибо, Адская Кухня», - проговаривает, со всей силы прикладывая противника лицом об стену. – Приезжай в любое время. Тут всегда будет теплый прием… смотри, какие ребята гостеприимные!

И правда. Противники попались чрезмерно агрессивные. Они махают чем-то острым прямо перед самым носом, заставляя его предпринимать попытки выбить это нечто из их рук. Рядом Капитан разбирается с самыми крупными особями банды. Это слышится по грузному топанью по асфальту. А ему достались мелкие и юркие. Не так удобно, конечно, но с ними справиться можно. Просто их многовато.

+1

13

Вот сейчас он прочувствовал на себе то, что значит настоящий маленький Ад среди всего живого, сейчас он понял то, что этот район на самом деле являлся неким пристанищем всего злого, что только есть. Пока его мысли складывали довольно забавные эпитеты и сравнения, связанные так сказать с "говорящими" названиями, Стив не забывал плясать с теми громилами, которые так и пытались прижать нашего героя в какой-то угол, дабы лишить того возможности маневрировать между их телами — чем больше тело, тем хуже оно уклоняется, даже сыворотка тут не поможет, если ты является огромной и тупой скалой, как эти два неотесанных болвана.
Постепенно драка стала более агрессивной, чем была до этого: ночные бродяги решили браться за более тяжелую артиллерию, доставая фиг пойми откуда кто пистолеты, кто охотничьи ножи. Становилось опаснее с каждым моментом, но Гранта это наоборот только раззадорило еще больше, даже не смотря на то, что ему разбили нос, в очередной раз выбили весь кислород из грудной клетки очередным тяжелым ударом, новой руганью из чужих уст. Ничего не смогло уничтожить то веселое настроение, с которым мужчина рвался в бой.

О, ты носишь крестик, — произнес Грант своему оппоненту, вписываясь корпусом в мусорный бак. Так он специально отошел на безопасное расстояние, дабы перевести дух и стереть соленую кровь со своих губ. А дальше, выплюнув остатки, он продолжил высказывать свое мнение противнику, пока тот так же дал тебе тайм-аут, — А знаешь ли ты, что Бог не одобряет такие ночные прогулки? В такое время суток ты должен спать в своей кровати с надеждой на светлое утро. А ты так низко пал.

Эти слова только взбесили здоровяка, но тот не смог злиться слишком долго: Капитан бесплатно и успешно "выключил" бойца, попадя ровно в голову крышкой от той мусорки об которую держался все это время. Наконец-то — про себя порадовался Америка, чуть присев в коленях. А как только его тело пришло в норму и смогло держаться ровно на ногах, солдат поднял испачканную в грязи кожаную куртку и поковылял к своему другу, который в тот момент занимался своей толпой детей. Роджерс пришел уже под самое окончание (он даже не заметил то, как далеко он со своей частью этой возни отошел от самого места действия): Мердок валялся на земле, весь истерзанный и в чем-то грязном, но при том тот тоже улыбался.

Тихий час окончен, — произнес агент своему коллеге и протянул тому руку, прекрасно понимая, что Красный "видит" ее и использует. Пока слепой поднимался с сырого асфальта, улицу оглушила сирена городских властей, которые неслись на всех парах на место происшествия. — Над нужно отсюда выбираться как можно скорее.

спустя минут пятнадцать

Они вошли в то пустое заведение, которое до этого прошли мимо. Двое грязных, чумазых, взъерошенных мужика, которые были испачканы кровью нарушили мирный покой в кафе. Официант спросонок не понял по началу что происходит, но после вскочил со своей барной стойки и хотел было потянуться к телефону, что висел на стене, но капитан его опередил:

Друг, мы просто хотим выпить, не более, — тут же громко произнес Кэп, присаживаясь на пустое кожаное сидение. Все тело немного ныло от потасовки, а в некоторых местах жгло, что предвещало о появлении синяков. После он потянулся за салфетками, чтобы вытереть кровь со своего лица, но та к сожалению засохла и только вода могла бы ему помочь в этом деле, но было слишком лень.

Стакан воды. И... Кофе. Без сахара, — заказал он у того парнишки, что все еще испугано смотрел на своих гостей.

+3

14

Драка оканчивается так же быстро, как и началась. Мэтт встает с земли, отряхивается, примерно прикидывает то, как выглядит – не самым лучшим образом. Противников было много, противники были быстры. Но для него не особая проблема. С бойцами Руки намного сложнее справиться, особенно если их несколько.

Уже в кафе он слышит перепуганный стук сердца официанта. Не обращает на это внимания, пытаясь привести себя в порядок. Неким образом солнцезащитные очки он не сумел потерять. В последнее время он начал носить их, так как можно подобрать себе такие, которые не слетают, в отличие от тех, которые слепые специально носят, чтобы дать понять окружающим, что они слепые.

Тело саднит. Мэтт рад тому, что одежда на нем черная. На ней не видны следы крови. Впрочем, у него всего пара царапин – было бы хуже, он бы почувствовал. Синяки и ушибы – основные проблемы, которые дают о себе знать, едва он садится рядом с Роджерсом.

- А мне просто кофе, - заказывает, слыша то, как совсем рядом, за поворотом, полиция осматривает избитых и валяющихся на земле бандитов. – У полицейских сегодня работы будет много. Парень, хватит трястись от ужаса. Мы не плохие парни. Не для тех, с кем мы только что поздоровались, конечно, но…

Поджимает губы, так как прекрасно знает, что некоторые из этих ребят выйдут из полицейского участка быстро. В тот же день. Просто по той причине, что не все из них могут разыскиваться, и не всех из них можно посадить за решетку. Увы. Так и выходит, что часть тех, кого он ловит, возвращается на улицу, едва успевает он передохнуть.

Это тоже наказание Божье?

Если так, то Бог несправедлив.

Ни к нему, ни к невинным, что живут в Адской Кухне и желают спокойной жизни. Не больше, не меньше.

- И как тебе впечатления? Понравился район? Он очарователен в это время суток, - веселится, но не смеется. – Адская Кухня во всей своей красе.

В это время суток, когда из своих нор выползает вся мерзость, которая только возможна. Мердок пожимает плечами. Роджерс должен знать то, каковой является Адская Кухня. Один из опаснейших районов Нью-Йорка. И каким-то образом именно в нем появляются уличные герои. Если они вообще называют себя героями.

Обычные парни и девушки, которым просто не хочется сидеть, сложа руки. У кого-то есть сверхсила, у кого-то непробиваемая кожа, у кого-то еще что-то…

Мэтт морщится, притрагиваясь к лицу. Да. Очень скоро оно будет блистать во всевозможных синяках. Не так пугает, но на работу лучше не выходить в ближайшее время, ибо побитый адвокат никому не будет внушать доверия. До него только доходит, для чего нужен стакан воды Роджерсу, хмыкает – в воздухе стоит отчетливый запах крови. Не только от Капитана, но и от него самого. По нему прошлись знатно.

- Ну как? Не отбило желания возвращаться в Адскую Кухню?

+1

15

Хотел бы он снова оказаться тут? Конечно. Тут он почувствовал себя живым: живым настолько, насколько это было возможно — впервые за долгое время ему было по-настоящему весело, несмотря на ту зудящую боль, которой отдаются новые раны. Грант тихо рассмеялся на новое приглашение от Мердока, но не смешил отвечать. А тем временем к  их столику принесли стакан холодной воды. Салфетка, что была аккуратно сложена на столе, благополучно опустилась в жидкость: Стив начал стирать со своего лица уже давно высохшую кровь. Та отдавала неприятным запахом, да и немножко жгла в уголках губ.

Это было определенно весело, — подытожил солдат,безжалостно сминая влажную бумажку в своей руке, как только привел кое-как свое лицо в порядок, — И я вернусь сюда при первой возможности: ты интересный собеседник Мэтт, но еще интереснее как партнер по спаррингу, — тут его голос замолк в лукавой нотке, отдавая почесть дурацкому молчанию для поддержания интриги.

А стрелки часов тем временем показали ровно полночь. У него совсем не осталось времени, а потому на данный вечер его экскурсия по Адской Кухни подходила к своему печальному завершению. Роджерс даже не дождался своего кофе. Мужчина только горестно простился со своим попутчиком и поспешил прочь, сожаления о том, что на выполнения порученному ему задания не выделили больше времени.  Тут можно даже поставить забавное сопоставление с Золушкой, но то уже другая история, да и сам Капитан не терял  ничего по пути. Тут наоборот, он обещал вернуться.

the end

Отредактировано Captain America (26.12.2018 19:15)

+1


Вы здесь » Marvel: All-New » Неучитываемые эпизоды » [15.07.2016] The Gods left us long ago